Катастрофическая ошибка

Николь       Я не хотела, чтобы Вэйверли погибла, потому что её судьба спасти человечество, а моя, спасти её саму. Мне было очень страшно, когда зараженные толпами валили на меня. Никогда в жизни, не испытывала такого страха. Но я должна быть сильной ради своей малышки.       За несколько лет до появления вируса, я приобрела себе GAU-19/A (раннее название — GECAL 50) — американский многоствольный крупнокалиберный пулемёт с вращающимся блоком стволов под патроны 50 BMG (12,7×99 мм). Этот малыш имеет шесть стволов, темп стрельбы две тысячи выстрелов в минуту. А так же ему достаточно пол секунды, для достижения максимального темпа стрельбы.       Я берегла его для, так сказать, черного дня, и он наступил. На меня бежали несколько тысяч зараженных, но близко подобраться им не удавалось, мой малыш с бешеной скоростью, убивал одного за другим. Мне не надо оборачиваться, чтобы увидеть как на меня смотрит Вэйвс, я это чувствую. Она во мне прожгла огромную дыру, а сердце кровоточит из-за дикой боли. Больше я не увижу её, но она будет жива, это самое главное.       Когда закончились пули, мне на помощь пришел мой любимый тесак, подаренный когда-то другом. Я не быстро устала, ведь надо было двигаться очень быстро и недолго думая. Несмотря на то, что их количество значительно превышало одну меня, но у меня было ощущения, что я не одна. Во мне было так много силы, благодаря малышке Эрп.       Моей ошибкой было, не заметить поврежденный бак с бензином в моей машине, и когда жидкость дотекла к огню, все взорвалось.       Неужели это конец? Вэйверли спаслась? У меня было так много вопросов на которые никто не мог ответить, даже я. Чувствую как много пыли в моих легких, с трудом могу открыть глаза. Открываю, минуты две пытаюсь сфокусироваться. Смотрю на открывшуюся мне картину, везде развалины, трупы и огонь. Но как я выжила? Я ведь была достаточно близко к взрыву?       Я была вымотана, мне хотелось просто лежать и не двигаться. Но надо найти убежище, здесь все еще небезопасно. С огромным трудом бреду по улице с ножом в руках. У меня жутко болят ребра от каждого шага, прохожу мимо дома с уцелевшими зеркальными окнами. Ух, ужас, ну и видок, опухший глаз, который плохо видит, рассечена бровь, разбита губа, а на животе огромная гематома. И только сейчас замечаю кровоточащую рану на ноге. Благо здесь, недалеко, есть маленькая аптека.       Изначально все проверяю, здесь пусто, никого живого нет, кроме меня. В поисках нужных медикаментов, нахожу пистолет и несколько магазинов для него. Обрабатываю раны, это было тяжелее чем мне казалось, но самое худшее впереди. Собираю всю силу в кулак, и открываю рану на ноге, прочищаю её, а теперь надо зашить. К сожалению здесь не нашлось обезболивающего, поэтому придется зашивать живьем. Самое сложное в этом, это осознание того, что это будет больно, и от того, что я постоянно думаю о боли, больно мне будет вдвойне.       Как же это было больно, мои крики были похожи на медвежий рев. Скоро стемнеет, мне надо идти и найти для себя убежище.       Через час нахожу небольшой одноэтажный домик. В нем полно еды и все обустроено для выживания. Запираю все двери и окна, прочные стены, не пропустят в дом шум и я смогу отдохнуть. Мне приходится заставить себя поесть, надо набираться сил.       Неделю я провожу просто бессознания, это вымотало меня еще больше. Как же я смогу отыскать Вэйвс, если даже с кровати без проблем не могу встать? Раны совсем не затягиваются, без нужного ухода. Делаю все процедуры, накладываю новые повязки, гематому, снова заставляю себя поесть. Так и прошло несколько недель, только одно и тоже, кровать, процедуры, повязки, еда и снова кровать.       Так и провела целый месяц. Когда мне стало проще передвигаться, я давала себе маленькие нагрузки, чтобы привыкнуть к старому образу жизни. Потом даже на пробежки выходила. Для меня эти полтора месяца безделья, в пустую потраченное время. Я могла начать поиски и хоть чего-то добиться за шесть недель.

***

      Я не знала где начинать поиски своей возлюбленной, может даже потрачу на это всю жизнь, так и не найдя её.Прошло четыре месяца как я в последний раз видела Вэйверли, мне так не хватало её тепла, широкой улыбки, невероятных взглядов, которые меня так заводили. Каждый раз, когда я вспоминала брюнетку, у меня сжималось сердце, мне было страшно, что больше мы не увидимся.       Объездив почти всю Канаду, я решила немного осесть в Манитобе. Именно здесь я потратила целых два месяца создавая протез, о котором рассказывала Вэйверли. Даже несмотря на то, что схемы были у неё, мне они были не нужны, ведь я и так помнила, что именно хотела сделать. И конечно же, на моем изделии красовалась эмблема, это была руна означающая силу. Хоть что-то хорошее случилось за это время.       Хоть что-то хорошее случилось за это время. Но меня угнетало, что я почти сдалась. Я перестала надеется на встречу с Вэйверли, как я могла такое допустить? Нет, я не сдамся! Я найду её, чего бы мне это не стоило.       Я решила составить четкий план, где точно не может быть Эрпов, а где могут и остаться. Единственное, что мне было точно известно, так это то, что Вэйверли не покинет Канаду. Такой факт значительно уменьшал территорию поиска.       Вот так составив план, я направилась в Онтарио. Здесь я пробыла несколько недель, сражалась с зараженными. Хоть это и люди поддавшиеся вирусу, и Вэйверли создала лекарство, я все равно жестоко их убивала. У меня не было чувства сожаления к ним, они лишили меня всего самого дорогого, а я отниму у них жизнь.       Конечно убивать всех мне не хотелось, поэтому погибали только те, кто нападал на меня.       Больше ничего не держало меня в Онтарио, её здесь нет, значит оставаться, нету смысла. Недавно, мне удалось наткнуться на одну радиоволну, по которой передавали координаты местонахождения выживших людей. Я решила пойти туда, посмотрев на карту, и найдя нужные координаты, мое направление в Квебек. Он недалеко от Онтарио, думаю мне не нужно много времени, чтобы попасть в нужное место.       Как я и говорила, мне не нужно много времени. Через неделю, я была на месте. В Квебеке построили новый город, с огромной железобетонной оградой. Пройдя нужные процедуры, меня все-таки впускают в город. Тут так было красиво, что у меня чуть челюсть не отпала, от удивления.       Здесь было так уютно, хоть и много людей. Так много зелени, я так скучала по таким видам, а то куда не посмотри только железо и бетон. Многие леса просто повырубывали для новых многоэтажных, элитных бизнес центров или квартир. А тут все гармонично, дома такие же, как и раньше мы строили, но при этом не уничтожая деревья.       Пока я все рассматривала, в меня врезалась маленькая девочка, у которой не было всей правой руки. — Простите, Мисс. — Ничего, малышка. Как тебя зовут? — поинтересовалась я. — Роуз, а тебя? — Николь, приятно познакомиться с тобой Роуз. — Ты очень красивая Николь. Ты новенькая здесь? — Да, что-то типа того. — А давай я покажу тебе свободный дом, в котором ты сможешь жить? — Роуз так загорелась желанием, что я никак не могла ей отказать.       Пока мы шли, она рассказала все о себе, сказала, что осталась совсем одна в Онтарио и её спасла какая-то тётя Вэви и ковбой. Я не придала значения, имени спасительницы этой девочки.       Поскольку Роуз мне помогла совсем разобраться, я предложила ей свою помощь, мне хотелось подарить этой девочке протез, который я не так давно создала. Малышка охотно согласилась на это. Мне пришлось немного подправить свою работу, ведь протез сделан для взрослого человека, а Роуз всего-то шесть лет. Я управилась за три дня, и вот сегодня Роуз получит новую руку. Все испытания прошли хорошо, рука функционировала просто отлично.       Справившись со своей работой, я решаюсь немного прогуляться, подышать свежим воздухом. Спокойно гуляла я всего минут двадцать, пока в меня кто-то не врезался. — Смотри куда прешь, — рявкнула я. — Сама смо… — до боли знакомый голос девушки, которая так и не договорила. Я медленно поворачиваюсь, не веря своим ушам, да и глазам тоже. — Вайнона, — я не выдерживаю и бросаюсь в объятья старшей Эрп. — О Боже, Николь, — мы стояли и крепко обнимали друг друга, слезы текли сами собой, да и не хотелось их сдерживать.       Вайнона расспросила меня, что со мной случилось и как я выжила. Рассказав все в малейших подробностях и узнав как тут все было, как они это создали. — А знаешь, Вэйвс не переставала верить в то, что ты жива, — снова слезы появились в моих глазах. Вэйверли верила, что я вернусь, а я так часто теряла надежду, что смогу отыскать её. — Она здесь, — боязливо спросила я. — Да, Николь, она здесь, в своем кабинете.       Мне так хотелось увидеть свою малышку, как она изменилась, ведь прошел почти год с последней нашей встречи. Вайнона любезно согласилась меня провести к кабинету Вэйверли. Мы много болтали, даже вспомнили про тот шикарный коньяк. И тут я вспоминаю про вино, которое предназначалось для моей малышки. Мне стало так грустно, что она его не попробует, но Вайнона поспешила меня обрадовать. Та бутылка вина, стоит в комнате Вайноны, в целости и сохранности. Она даже поклялась, что она стоит полностью закрытое и ждет подходящего момента. — Вайнона, она будет рада меня видеть? — я была так неуверенна, мне было очень страшно, а вдруг она меня разлюбила. — Не сомневайся, Николь, — она обняла меня и ушла. Вайнона оставила меня совсем одну возле кабинета Вэйверли, откуда я услышала её голос. — Этого не может быть, Оскар, — услышала я. В её голосе читалась паника и волнение. — Может — сказала я выходя из-за угла.       Вэйверли стояла и не двигалась, мне даже показалось, что она совсем не дышала. Но мое состояние было точно такое же. Я даже не могла поверить, что действительно стою у неё на пороге. — Николь.        Это все, что она произнесла, а потом подскочила и впилась в мои губы. Первое прикосновение было недоверчивое, но затем Вэйверли целовала меня с такой страстью, что у меня даже ноги подкашивались. Мы целовались так долго, пока нам окончательно не стало хватать воздуха.       Как приятно стоять так близко к человеку, которого любишь. Вдыхать аромат его тела, смотреть в горящие глаза. Мы стояли соприкоснувшись лбами. Я обняла Вэйверли за талию, а она вцепилась в мою шею так крепко, что могла задушить. Но мне было все равно, я чувствовала как дрожит брюнетка. Слышались легкие всхлипы. Я просто гладила её по голове и нашептывала как я рада, что все-таки смогла найти её, даже если прошло много времени. — Я так рада, что ты жива, Николь, — все так же крепко держа меня, сказала Вэйверли. — Я тоже Вэйвс, я тоже. — Я люблю тебя, Николь Хот, ты украла мое сердце. — Я тоже тебя люблю, Вэйверли Эрп, больше всего на свете.       После этого, мы все время были вместе, каждая из нас боялась отпустить, чтобы снова не потерять. Но несмотря на все, мы благодарны судьбе, что все произошло именно так.