Рай на земле

      - «Завтра я уезжаю» – хотел сказать, но так и не смог произнести эти слова Сингто. – Я скажу ему вечером, в клубе.       Они практически не виделись в этот последний день. Сингто с Джейном доделывали крышу сарая, и когда Крист пришел позвать его на речку, ему пришлось отказаться. Но и сказать, что сегодня видит его в последний раз, он не смог. И себе тоже. Он усердно продолжал работать, высунув кончик языка, усиленно отгоняя мысли и любые сожаления. Но вечером одевался с особой тщательностью и даже нанёс каплю парфюма, хотя после встречи с местными комарами. он больше не хотел повторять подвига первых дней. Джейн тоже был перевозбужден, но это проявлялось в бесконечной болтологии и подсмеивании над нонгом. Сингто, наконец, узнал, все слухи и сплетни, что ходили о нем и Кристе, и даже мелькнула небольшая трусливая мысль - не ходить сегодня в клуб, но он с непоправимой ясностью понял, что завтра он уедет и больше никогда не увидит этих людей и какая разница, что они о нём думают. А он ещё раз хочет постоять на сцене, посмотреть на виртуозную игру на барабанах, посмеяться над шутками и напоследок крепко обнять удивительного парня, любящего яркие цвета, вкусные вещи и своих друзей.       То, что Сингто уезжает Крист узнал от других. Он очень разозлился, что новый друг сам не сказал ему и вначале хотел игнорировать этим вечером его. Но увидев, как его обступили со всех сторон, ворвался и вытянул его из толпы и потянул за собой. В руках у него была бутылка с чем-то спиртным, он глотнул сам, а после передал Сингто. Тот сделал глоток. Сладость вначале глотка не давала возможность понять, насколько он был крепким, но после второго глотка, он закашлялся от крепости. - Куда ты меня тащишь? - Пойдем, а то уедешь, и не узнаешь какие они - гнезда для коров - и для чего их используют люди. Он затащил его в большой сарай и выбрав стог сена поменьше. Сложив лодочкой руки у колен, приказал: – Запрыгивай, а потом подашь руку мне.       Вскоре они лежали на скошенной траве. Она была сухой, но не настолько, чтобы превратиться в плотное сено, колючее и пахнущее прелостью и увяданием. Она еще была живой, мягкой, в ней чувствовался запах луга, цветов и солнца.       Они молча лежали, не решаясь начать разговор. Сингто тонкой травинкой щекотал губы и кожу над ними, лежащего рядом парня. Крист поёживался и хохотал и просил так не делать. Но снова и снова легонько, чуть касаясь, Сингто продолжал мучительную ласку, вызывая трепет не только в теле Криста. Каждое раздражающее прикосновенье, передавалось и его пальцам, а после разбегалось по всему телу. И его собственное тело отвечало, стягивая внутренности в тугой жгут, колотилось в паху и сильное возбуждение захватило его. И он откинулся на сено, часто дыша, пытаясь прийти в себя. Никогда еще простое желание дотронуться не вызывало в нем такую сильную реакцию. Крист захотел повторить щекочущую пытку. Поднял травинку, провел по губам Сингто, пощекотал ямочку над верхней губой, провел по контуру нижней… Это было так! раздражающе щекотно, но Сингто даже не дернулся. Терпел и наслаждался этой, запредельной для ощущений, лаской. Капельки пота проступили по всему телу, и от жара его стало лихорадить. - Не могу больше, – раздался хриплый голос, Крист склонился над губами Сингто и тихонько прикоснулся. Куда подевался тот самоуверенный, любящий шутки и мелкие пакостничества, парень. Сейчас он был нежным, трогательным, неуверенным и … желанным. Сингто улыбнулся и одним быстрым движением подмял его под себя - Ты зря это сделал, – прорычал он над ним. Крист так густо покраснел. Что стало видно и при свете луны, но смог найти в себе силы и ответить на призыв - Зря??! - Зря назвался моим парнем и поцеловал первым.       Сингто приближал свое лицо не торопясь, давая возможность лежащему под ним парню, отказаться, сбежать, но Крист ждал и когда лицо приблизилось слишком близко, прикрыл глаза и приподнял подбородок вверх.       Сингто вернул поцелуй. Лёгкий, привыкающий, словно снимающий пробу. И подарил свой - глубокий, чувственный, долгий, сносящий последние запреты. Потому как с третьим, их футболки улетели дальше в гнездо, а их тела встретились, прижались и еще больше понравились друг другу. Они целовались и целовались, лаская плечи и шею друг друга. Вот рука Сингто спустилась вниз. Крист перехватил ее, легонько сжав. - Мы сегодня пойдем до конца? - в его словах сквозили неуверенность и страх. - А ты хочешь, до конца? - вопросом на вопрос прошептал Сингто. Крист не ответил. - Можем ограничиться поцелуями, – Сингто пытался сдержать разочарование, но зверь, живущий в штанах, уже давно не мог терпеть, и сожалением сквозило каждое слово. Он стал поднимать руку, как Крист, не говоря ни слова, направил ее к себе в штаны и прижал сверху на своем органе. Сингто почувствовал нежную гладкость чужого члена и чуть сильнее сжал. Раздался тихий стон. Он сжал еще раз и немного погладил. Стон повторился. Трусы мешали, но он ждал. Ждал, когда Крист сам захочет большего. И тот спустил свои штаны, предоставив Сингто простор для действий. Его длинные нежные пальцы заскользили, вызывая стоны и бесконтрольные движения. Очень скоро они потерялись в накале эмоций, до конца не осознавая, что происходит, но полностью отдаваясь им.       Сено лезло со всех сторон, щекотало все тело, покалывало пах и ягодицы. Но этот небольшой дискомфорт не мешал Кристу плавать в волнах экстаза. К рукам присоединились губы, и парень не выдержал и с громким стоном выплеснулся наружу. Сингто не знал, что делать с этой горькой, вяжущей субстанцией, оказавшейся в его рту, и тихонько выплюнул куда-то в сухую траву. А руки Криста уже подхватывали, снимали бельё, меняли их местами, а мягкие горячие губы продолжали целовать. Влажный язык проник в его рот и вылизал все остатки своей же спермы. После целовал чувствительную шею, прикусывал мочки ушей. Сингто не выдержал, его давно возбужденный орган требовал разрядки и он, опустив руку, всего пару раз провел по нему, как тот освободился от зудящего желания. Но Крист не прекратил его ласкать и целовать. Его прикосновения, прикусывание, дикое желание, свозившее в каждом жесте, в каждом касании, в каждом поцелуе опять нашли отклик в теле и еще более сильный. Как и после первого прыжка с обрыва, который Сингто сделал не раздумывая, а по велению обстоятельств, последующие разы он знал, что хотел и внутренний восторг охватывал его. Губы Криста не стали понемногу знакомится с членом, а сразу вобрали в глубокий влажный горячий рот и тесно сжали. Чуть отпустив, двинулись вверх и снова, плотно обхватывая, вниз – на полную длину. - Мммм. Подожди – с придыханием, еле произнося звуки, Сингто потянул его бедра к себе – я тоже хочу…       Сингто никогда и подумать не мог, что ему может понравиться, лежа в гнезде коровы, ласкать чужой, мужской орган. Но это было классно. Немного стыдно, немного страшно, немного непривычно, но дико возбуждающе. В этот раз Сингто не выплюнул, а проглотил. Крист тоже, а после перекатился к нему, обнял и продолжил целовать. - А ты неугомонный… - Я то? А сам, сколько презиков просил? - Так ты решил быть круче? - Нет, просто мне нравится тебя целовать. После того первого раза, всё хотел повторить. - А говоришь не гей – тепло улыбнулся Сингто. - Нет – вскрикнул Крист и хотел добавить, что только он вызывает такие чувства, но не добавил. И зря. Сингто вспомнил, что у Криста есть девушка и как только он уедет, он вернётся к ней. - Ну что же, теперь у тебя есть опыт. Надо идти, а то ПиДжейн поднимет на уши всю деревню. Нам рано выезжать.       Сингто выскользнул из объятий и стал одеваться. Сено кололо нещадно. Его нежная, не привыкшая к такому кожа, зудела и чесалась. Он хотел, как можно скорее попасть домой под холодный душ. Крист тоже стал одеваться. Молча они спустились с сеновала, и пошли к дому бабушки Джейна. - Не подходи ближе к дому, Булл будет ревновать и разбудит весь дом. Попрощаемся здесь – и он протянул руку. Крист молча посмотрел на неё, не говоря ничего, кивнул, и пошел к себе домой.       Сингто успел принять душ, под которым стоял пока зубы не стали клацать от холода, и лег спать, когда вернулся Джейн. - Ты дома? - Да - Хорошо, – Джейн тоже не хотел говорить. Прощаться всем было тяжело. Повозившись, и найдя что-то перекусить, он вскоре улегся на свою необъятную перину и затих. Сингто не помнил, как сон унес его. Спал он или нет, но утро наступило быстро. Они позавтракали и выехали обратно, в Бангкок.       Их машину долго провожали глаза грустного, упрямого, злого парня. Сингто ехал и думал, что Рай на земле всё же существует. Потому что нет ничего ужаснее и трагичнее быть изгнанным из него. И знать, что больше никогда он не сможет вернуться туда. Он обхватил руками свои колени и изо всех сил пытался держать себя в руках. Всё внутри жгло, пекло, покрывалось лопающимися волдырями, и не было такого крема, чтобы снять эту боль.       А упрямый мальчишка и не думал сдаваться. Он вернется от тетки, у которой проводил время каждые каникулы, домой в Бангкок и обязательно отыщет своего Сингто. Он сумеет так увлечь его собой, что тот захочет всегда быть рядом. И Сингто больше не получит его так просто, на блюдечке, но и никуда не денется. И влюбится и потеряет голову, так же как и он. Где он там учится? Что ж, он поступит туда же. - Нет, Сингто, тебе никуда не деться от судьбы, а судьба твоя – я.