Тэхен, почему ты тоже зовешь моего папу "папочка"?

      Что там, черт возьми, происходит???

Тем временем в зале

— …А я ему говорю: «Ты идиот Джи! Я никогда не продам тебе свою машину»… Твою мать, Чимин, ты меня вообще слушаешь? — так как Ким и Чон ушли, Юнги решил попробовать себя в роли болтливой бабы, вынося и без того пьяный мозг младшего. — Нет, и уже давно. Ты уж извини, но созерцать твою пьяную моську намного увлекательней, чем слушать твой словесный понос. А еще у тебя член хорош, — невзначай заметил Чимин. Всё таки он по пьяни постоянно кого-то кадрил. Трезвым он милашка-стесняшка, а под градусом пикап-мастер. Он так даже Тэхёна закадрил в своё время. Но для Юнги это было сровне летнему снегу. — Он то, конечно, выше всяких похвал, — самодовольно отметил пьяный хён. — Но ты то откуда знаешь? — Я так думаю, и мне интересно узнать — прав ли я. Поэтому я хочу предложить тебе сыграть партийку в карты. Если я проиграю — я раздеваюсь догола, если ты — то ты, — почему-то Чимин забыл что Юнги был единственным, кто ни разу не проиграл. Но что ж поделать. Пьяный мозг трезветь не хотел. — Ну ок…       Это была игра не на жизнь, а на смерть, которая сопровождалась тихими стонами из коридора (сами знаете кого). Благодаря этому старший возбудился, что начало заметно отвлекать. В тот момент он даже не осознал что его возбудили именно мужские стоны и в глубине сознания он знал чьи стоны. Поэтому он и проиграл. — Ну что ж… я весь во внимании, — Чимин начал гаденько хихикать, потирая маленькие ладошки. — Эй, Юнги-младший, ты проснулся? От такого количества выпитого, рамки приличия давно были сорваны. Потому что при них Мин ни за что в жизни не разделся б догола перед тем, кто ему нравится … возможно ему не безразличен. Где-то в отголосках памяти были моменты в которых Юн видел младшего не как друга, а как парня. Но осознать этого мог. Он не думал о том, что происходит. Не строил планов, не задавался вопросом: «а что будет дальше?» И очень зря, потому что ситуация начала выходить из-под контроля. — Ого, хён, так ты готов! — рассмеялся Чим, видя как на глазах наливается «достоинство» старшего. — Что? К чему готов? — пьяный голова старшего уже вообще ничего не воспринимала, поэтому он так жестоко тупил. — Познать прелести однополого секса, или ты хочешь сказать, что не хочешь меня? — с ноткой обиды протянул Пак, понимая, что Мин его хочет, потому что вставший колом член был тому свидетелем. — Ты у меня сейчас договоришься, — он решил не поддаваться на провокации младшего. Всё же эта игра его порядком забавляла. — Ну и что ты сделаешь? — смодовольно спросил Пак. Но такого ответа он точно не ожидал. — Нууу… например, лягу спать. — Что-о-о? А блондин говорил абсолютно серьезно, натягивая на себя покрывало, и сворачиваясь калачиком на диване. — Неет! Так дело не пойдет! Юнги, сегодня ты спать не будешь, — провопил Пак и начал снимать с себя оставшуюся одежду оставляя одни боксеры. Естественно парень не смог проигнорировать эти вопли, поэтому сейчас он лёг на спину и пожирал глазами идеальное мужское тело. Если Юн когда-то говорил, что он натурал, то сейчас он на грани того чтобы переметнуться на сторону радужного флага. Потому что, по его мнению, Чимин выглядел идеально: смуглая кожа красиво отливала от яркого освещения комнаты, пухлые щечки заметно поалели, а хорошо прочерченный пресс невероятно смотрелся в сочетании с детским личиком. Ну, а задница его это вообще — «без комментариев». Одним словом — Юнги залип. Шатен не остановился, продолжая плавно двигаться, усевшись на бедра старшего, чем его довел … Повалив на диван младшего, Мин начал в порыве страсти терзать и без того пухлые губы Чимина. Поцелуй не нес в себе никакой нежности. Только сиюминутная страсть и похоть. Ничего больше. А поотрезвевший Минни был вне себя от счастья, пытаясь привнести хоть каплю нежности в этот грубый поцелуй, потому что наконец-то добился этого натурала Или не добился?..