Тэхен, почему ты тоже зовешь моего папу "папочка"?

      Загруженный своими проблемами Юнги совсем забыл про ту ситуацию с Чимином, а слова Гука выбили его из колеи. Он ведь прекрасно знал, что тонсен слишком впечатлительный. И воспоминания о собственном скотском поведении начали будить давно уснувшую совесть. И что теперь делать? Он не знал…       Вечером ему позвонил Чон. И хоть Мин не признавал, но понимал, что ждал этого звонка. — Привет, ну что там с юристом? Нашел подходящего? — Привет, честно, вообще не занимался этим вопросом. Я о Чимине думал, — честно признался Мин. — Неужели совесть проснулась? Я был сегодня у него. Его Тэхён нашел в бессознательном состоянии в кровати и вызвал скорую… — от этих слов у него душа в пятки ушла. Шуга подскочил с кровати и с легкой истерикой в голосе спросил: — Он, что, с собой покончить пытался?! — Да нет же! Не перебивай. Врачи сказали, что у него тяжелый нервный срыв и истощение. Думаю за эту неделю он и крошки в рот не взял и сильно похудел. Когда я к нему пришел, он даже голову не повернул в мою сторону. Стеклянным взглядом смотрел в стену. И всё… Если честно, то это выглядело немного жутко… Честно говоря, после того, что я сегодня видел мне хочется рожу твою самовлюбленную разбить. Слушая это, ему самому захотелось врезать, понимая в каком состоянии сейчас Чим. — Гук, неужели всё настолько плохо? — Ты сломал этого человека. И, думаю, только ты можешь вернуть его к нормальному состоянию. Но для начала определись со своими чувствами к нему. Если ты его любишь, то в лепешку разбейся, но верни нам нормального Минни. Если нет, то исчезни из его жизни, мы сделаем всё сами. — Мне нужно время, — Мин подошёл к окну и нервно потер виски. Ему придется принять решение. — Тебе 24 часа. Ладно, у меня тут еще с хёном трудности. Так что у меня свободного времени нет. До связи. — Пока.       Не один час Юн переваривал сказанное Чоном. Все таки тонсен не имел привычки преувеличивать. А это означало, что всё действительно так плачевно, как младший описал. Поэтому осознание своей ничтожности поглощало его. Но Гук прав — он действительно должен определиться в своем отношении к Паку. Мин попытался вспомнить все моменты, которые связывали его с тонсеном. Вспомнилось как он впервые поздоровался с младшим, который жутко его засмущался. Эти краснеющие щечки, смущенный взгляд и дрожащий голос сразу покорили его. Юнги никогда не нравились самоуверенные и самовлюбленные личности, которые добивались его внимания. Потом пришло на память пьяное тело Чимы, которое он пытался поднять. Ну, а воспоминания о пьяном и кадрящем его Чимине — это было просто эпично. Юнги не встречал в своей жизни таких привлекательных личностей: Пак никогда с ним не спорил, всегда поддерживал. Он был скромным и в тоже время довольно пошлым; был пухленьким и накаченным; был как ребенок, но при этом мыслил не по годам зрело. И стоило Мину вспомнить, как он волновался за своего тонсена, всё стало на свои места — он уже очень давно неравнодушен к Чимину. Да, о любви пока рановато говорить, но да неё было уже очень недалеко. И теперь ему придется исправлять всё что натворил, и нести ответственность за свои поступки…

***

      Спустя еще неделю после последней встречи с Тэ, Гук закончил подготовку своего плана по примирению с обиженным парнем. Настало время воплощать его в жизнь.       Последнее время они не пересекались: ни в больнице у Чимы, ни в садике Сюмина, ни в парке, в котором хён любил прогуливаться. Поэтому пришлось за ним следить, но это того стоило.       Тэхён упорно продолжал обижаться на Чонгука. Но проведенная совместно ночь и первый сексуальный опыт сделали своё дело — они стали последней нитью, которая окончательно закрепила чувства к этому тугодуму. Всей своей ванильной душой он ждал, когда возлюбленный наконец падёт ему в колени и начнет вымаливать прощение. Но всё произошло совсем по другому.        Блондин не стал изменять своей привычке и пошел домой той же дорогой, что и обычно, несмотря на странное предчувствие. Идя по аллее, по которой ходил почти каждый день он заметил написанные фразы, которые вели до его подъезда. От этого Тэ с замиранием сердца последовал в указанном направлении: «Ким Тэхён — самый верный человек, которого я встречал» «Ким Тэхён — самый увлекательный человек» «Ким Тэхён — самый честный человек в моей жизни» «Ким Тэхён — самый заботливый человек» «Ким Тэхён — ты прекрасен» «Ким Тэхён — ты лучшее в моей жизни» «Ким Тэхён — ты навсегда мой» «Ким Тэхён — я люблю тебя»       В подъезде его ждал еще один сюрприз. Все ступеньки были посыпаны лепестками роз вплоть до его квартиры. Романтик в Тэхёне ликовал. Он прекрасно знал чьих это рук дело, и потому он без опаски вошёл в открытую квартиру, успев простить Чона и в случае чего возобновить отношения. На пороге его квартиры лепестками роз было выложено сердце, а дорожка из цветов вела его в гостиную из которой послышалась знакомая мелодия… Настоятельно рекомендую включить на этом моменте песню Minibus ost. What the duck       Шокированный Тэхён медленно вошёл в комнату из которой доносилась знакомая песня…

»**Звёзды в небе, мы не знаем, когда они упадут. Но тогда эта любовь имеет смысл. Скажи мне, как долго я буду ждать тебя? Я обниму тебя, когда придёт время прощаться…»

      Отпевший Чонгук подошёл к стоящему столбом Киму: — Ещё услышав эту песню, которую ты пел в той комнатке, я влюбился в тебя. И с каждым проведенным днём с тобой я всё больше и больше влюблялся. Я повёл себя как последний мудак. Но я не могу без тебя. Я люблю тебя. И я умоляю тебя — пожалуйста, давай начнём всё с начала, — на последних словах он встал на колени перед Тэ и умоляющим взглядом на него посмотрел. В этот момент Кима не заботили такие мелочи, как довольно палевные надписи, ключи от его квартиры у Чона и лепестки на ступеньках, которые ему придется выметать. Он об этом даже не думал. Все его мысли были сосредоточены на умоляющем взгляде, стоящего на коленях возлюбленного тугодума. — Гукки, я слишком тебя люблю, что бы отказать тебе.       Он поднял Чона с колен и нежно прижался к его губам, позволяя себе то, что он так давно хотел — расслабиться в сильных и нежных Чонгуковых руках…