Квартал красных фонарей

      Де Валлен. Один из самых старых районов города. Когда-то недалеко отсюда была гавань, и в этом квартале отдыхали высадившиеся на берег моряки – откуда и специфический характер услуг, предлагаемых в этом районе.       Первый раз Стайлз пришёл сюда с друзьями (и даже не подозревал, как сильно его жизнь изменится с тех пор). Он тогда проиграл пари Джексону, что проведёт ночь с одной из этих девочек за нескончаемым потоком витрин, если тот всё-таки получит повышение в фирме, в которой они втроём со Скоттом вкалывали день и ночь. Ребята просто решили съездить в долгожданный и безусловно заслуженный отпуск по окончании первого рабочего года. Ну и почему, собственно, не Амстердам?       Джексона всё-таки повысили (”Ну что, съел, Стилински?”), а Стайлз... сдержал обещание. Зашёл к первой попавшейся, – кажется, ее звали Бриттани (или Бритни), – и честно попытался лишиться девственности. Но, к разочарованию этой милой блондинки (и к удивлению самого Стайлза), оказалось, что не такой уж он и натурал, каким привык себя считать.       Да, история, конечно, забавная, особенно если учесть, что у него вообще не встал, и всё случилось только благодаря чуваку, которого он встретил позже в баре на этой же улице. Кожаная куртка, чёрные волосы, сексуально нахмуренные брови и серо-зеленые глаза. Незнакомец сидел за стойкой и неспешно потягивал пиво, изредка переговариваясь с барменом и откровенно не замечая заинтересованных взглядов, то и дело скользящих по спине. Поэтому Стилински особо не заморачивался, разглядывая этого чувака, на которого собирался дрочить следующие пару недель, когда тот, будто прочитав его мысли, резко повернул голову и посмотрел прямо на Стайлза. У парня кусок в горло не полез. Они то пришли перекусить, а не горячих мужиков цеплять, тем более, Стайлз уверен: Скотт и Джексон – не геи, (хотя насчёт второго ещё можно поспорить). Но, когда Хмуроволк, а Стайлз почему-то мысленно назвал его именно так (наверное всё дело в бровях), встал и с хищной ухмылкой направился в сторону Стилински, парень не выдержал и, жалобно посмотрев на ребят, которые, кажется, вообще ничего не видели, кроме меню, резко выскочил из-за стола и со всей силы припустил к кабинкам туалета.       Уборные в этом квартале, кстати, тоже отличались от обычных. Нет, пошлые надписи на стенах никто не отменял, но другая деталь – красное освещение, присущее только этому месту, было даже здесь.       «Дыши, Стилински. Этот тип ведь не заявится сюда. Нет, ну серьёзно, не будет же он выламывать дверь?» - успокаивал сам себя Стайлз, уже находясь в одной из кабинок и попутно набирая сообщение Скотту, что позже вернётся в отель. Парни собрались в Музей эротики, но, похоже, уже без него.       Правильно, не будет. Зато ждать и караулить подле нее – как раз об этом Стайлз и не подумал, через добрых двадцать минут вываливаясь из злосчастной кабинки прямо в объятия к самому горячему парню на всём белом свете.       — О Господи, — только и успел пролепетать Стилински, прежде чем его толкнули обратно и с силой припечатали к стенке, жадно впиваясь в губы.       В тот вечер, их, скорее всего, слышало всё заведение (ну, по крайней мере, Стайлза точно). Потому что, блять, невозможно быть таким совершенством, мистер я-затрахаю-тебя-до-смерти.       Грязный секс с незнакомцем в туалете одного из баров Амстердама. Да, не так Стайлз представлял свой первый раз. Но он не жалуется. Ещё чего, зато у него теперь самый лучший парень на свете, которого, как выяснилось в процессе, зовут Дерек, и просто незабываемые впечатления от отпуска.