I'll try.

Бренда ни отказывалась от прошлого, она просто приняла будущее. Они свободны от «Порока», они будут свободны от болезни. Бренда всегда будет помнить, как это - быть против всех, бороться и не сдаваться. Она обязана своей жизнью одному единственному человеку, долг, который никогда не выплатишь. (Это внутри неё. Течёт в её крови.) Перед ней стоял Томас. Томас - боец, лидер, герой, спаситель. Томас, который потерял всё. Море ласкало его голые ступни, а прибрежный ветер трепал чёрные, как смоль волосы, но взгляд, в нём было столько пустоты и страданий (других/своих/общих). Томас привык брать всё на себя. Эти его ночные кошмары, вечные синяки под глазами, трясущиеся руки, он будто выпадал из реальности, погружаясь в воспоминания. Бренда отдала бы сейчас всё за сыворотку стирания памяти, только Томас бы её не принял. Он больше не был тем мальчишкой, которым она его помнила в первую встречу, он был мужчиной. Томас как-то сказал ей “будь моим сердце” (своё он отдал Терезе), и в этой его просьбе было столько всего, чего порой нет в клятвах перед алтарём, в первых поцелуях и признаниях в любви, в предсмертных записках и на надгробных камнях. Томас был для нее закрытой книгой в пуленепробиваемом сейфе, а тут оказался парнишкой с душой на распашку. Сколько в нем было боли. Боже, милый, как же ты ещё жив, а не задохнулся, не выхаркал все свои разъеденные внутренности?

…

- Ты всё равно всегда будешь любить ее, - хрипит Бренда, утыкаясь носом куда-то в районе ключиц. И голос её тяжёлый и тягучий, но, чёрт возьми, без крупицы осуждения, без доли злости или ненависти; весь пропитанный сочувствием, сопереживанием, сотканный из заботы и понимания. Томасу думается, что он не заслужил и миллиардной части всего этого. //Если кровь должна была пролиться, то она должна была быть его. Тереза - имя, как оголённый провод под напряжением. Его девочка, его сильная, храбрая девочка. Со своими убеждениями и верой: помочь всем, пожертвовав несколькими. Спасти человечество, убив их любовь. В этом была она вся. Отдавать, сострадать, созерцать, но не предавать, нет. Она же так себя и не простила. Она не предала их – она не предала себя, то во что она верила. Он любил её именно такой.// - Я попытаюсь, - он обязательно будет жить, она бы этого хотела.

…

Томас не умел «оставлять людей», оставить Терезу он так и не смог.