Под шум грома.

— Мако? — мистер Фетуки сел рядом с шатенкой. — Мако, мне очень жаль. — Нет! — крикнула она, роняя слёзы на документы. — Расскажите. Расскажите, как это случилось? — Ты уверена, что хочешь это услышать? — мужчина чувствовал себя виноватым не только перед самим собой, но и перед девушкой, которая сейчас сидела возле него. — Да, расскажите мне всё! Умоляю. — Точных сведений нам пока неизвестно. Самолет твоих родителей разбился, — его голос был тихим, в глазах читалась пустота. Он не меньше переживал смерть своих близких друзей. — А тела? Тела, — она нервно теребила листок. Складывала, разворачивала и снова складывала. — После падения самолет несколько часов горел. Там ничего не было найдено, — он выдержал паузу, после чего продолжил. — Следователи считают, что это было подстроено. Никаких сведений нет! — Как? — еле слышно спросила она. — Кому, кому они могли помешать? Это бред. Этого просто не может быть! — Твои родители занимались перевозом крупной суммы денег! Своего рода, поставщики, — он достал из кейса еще одну папку с бумагами. — Последние месяцы мы с твоим отцом часто говорили о его работе. Он переживал, что с ними может что-то случиться, и написал завещание. И ещё. Он попросил меня быть твоим опекуном на тот случай, если их не станет. — Замолчите! — крикнула Мако, вставая с дивана. — Я не верю! Не верю вам! Этого все какая-то шутка, да? Вы меня разыгрываете? — Мако, я понимаю твое состояние, но тебе нужно взять себя в руки! — Я не хочу вас слушать! — после этих слов шатенка побежала в свою комнату на второй этаж. Заперевшись, она села в один из углов и больше не могла сдерживать душевного крика. Слезы обжигали лицо. Сердце было готово выпрыгнуть из груди. Перед глазами все расплывалось. Не хотелось ни видеть, ни слышать, ни дышать. Каждый новый вдох давался всё труднее. — Ненавижу! — крикнула Мако, ударяя рукой по стене. — За что? За что вы так со мной? Слышите? — кричала она, захлёбываясь слезами. — Почему? Почему вы оставили меня? Несколько недель Макото не выходила из дома. Она не отвечала на звонки, не открывала дверь. Девушка хотела быть одна со своим горем и не хотела, чтобы ее жалели. Мако казалось, что она сможет сама, без чьей либо помощи справиться со своей бедой. Она попросила, чтобы мистер Фетуки не беспокоил ее. Девушка обещала позвонить, как только придет в себя. Ей было стыдно перед подругами, которые каждый день приходили к ее дому и стучали в ожидании, что дверь откроется. Но Макото не могла, да и не хотела никого видеть. Каждое утро Кино читала свежие газеты. В новых номерах постоянно повторялись статьи про её родителей: «В авиакатастрофе погибли работники Токийской Авиалинии… Причина катастрофы до сих пор неизвестна. Мы приносим искренние соболезнования их друзьям, коллегам, родственникам и единственной дочери Макото Кино». Эти заголовки она читала каждый день и уже знала их наизусть. Телевизор и радио Мако не включала. Там о происшествии не умолкают. Девушка совсем перестала есть. За последние дни она похудела килограммов на пять. Слабость постоянно стала напоминать о себе. Макото казалось, что пасмурная погода за окном выражала ее состояние души. За эти недели шатенка думала, что разучилась говорить. Мако забыла, как звучит ее голос. Только во снах ей удавалось слышать себя, но с рассветом она забывала сны и все, что в них было, кроме одного. Макото была уверена, что там, на небесах, ее родители «живее всех живых». *** — Мако! Мако, как ты? Где ты? — в телефонной трубке раздался обеспокоенный голос Усаги Цукино. — Дома. — Мако, мы скоро будем. Слышишь? — Да. Макото вздохнула, расправила плечи и быстро пошла в сторону кухни. Негоже принимать гостей без свежезаваренного чая. Если она хочет начать наслаждаться жизнью, то должна принять тот факт, что девочки несомненно примут участие в ее «реабилитации». — Мако! — сказала Минако, осторожно проходя в кухню. — Мина, — ответила Кино и неожиданно для самой себя искренне улыбнулась. — Мы сочувствуем, — тихо прошептала Рэй, выглянув из-за левого плеча Айно. — Да, — пробормотала Мако. — Господи, ты такая бледная! — Усаги подошла к хозяйке дома и провела ладонью по ее щеке. — Как давно ты ела? — Хотару прошла на кухню и открыла холодильник. — Не помню. Может, неделю назад, а может, и две. — Мако! — Усаги взглянула на девушку. — Так нельзя. Ты должна поесть! — Простите, но мне совсем ничего не хочется. — Мы понимаем, — заверила Рей, направляясь к плите. — Сейчас мы тебя накормим и отправимся гулять. — Но… — Никаких «но»! — Усаги взяла шатенку за руку и повела наверх. — Прости нас, Макото! — За что? — пробормотала она, уставившись на удивившую ее подругу. — Что не пришли раньше! — Я бы вас все равно не пустила. Понимаешь, мне так плохо без них! — Кино еле сдерживала слезы. — Мако, — блондинка обняла ее. — Мы сделаем всё, что в наших силах. Мы постараемся помочь тебе отвлечься. — Как дела в школе? — шатенка перевела тему, которая ранила её с новой силой. — Хорошо. Учителя понимают, что тебе сейчас нелегко. — Ну, хоть что-то радует! — Мы поможем тебе сдать контрольные, — Цукино подмигнула девушке и открыла шкаф с одеждой. — На улице прохладно. — Усаги, может, я лучше дома посижу? — Ну уж нет, подруга, — твердо заявила она. — Насиделась уже. — Я просто не хочу портить вам настроение. — Эй, ты чего? — сказала Усаги, укоризненно посмотрев на хозяйку дома. — Все будут в порядке! Слышишь? — Да. — Мако! — в комнату влетела Минако. — Почему у тебя не работает электричество? — Да? — Макото была удивлена, ведь по вечерам она всегда пользовалась электроэнергией. — Ладно, — Усаги протянула девушке спортивный костюм. — Надень его. — Может, вызвать электрика? — предложила Минако. — Как хочешь, — Мако пожала плечами и направилась в ванную. — Ты уверена, что там все в порядке? — Рей внимательно следила за подругой. — Да, счетчик в норме, — уверенно произнесла Хотару, закрывая настенную дверцу, за которой находились щитки. — Но вызвать электрика не помешало бы. — Ну, этим мы займемся позже, — брюнетка указала на гору посуды, которая явно пылилась больше недели. — Вот и решили, — Хотару показала язык подруге. — Ты мой посуду, а я пойду вытру пыль в гостиной. — Не-е-е-ет! — жалобно простонала Рей, но все же принялась за дело. — Уса! — Хотару заметила блондинку, выходящую из гостиной. — Ладно, Мамору, пока, — весело произнесла она и убрала мобильник в карман. — Мы же договорились — никаких звонков ребятам, — укоризненно произнесла Хоти. — Но ведь никто не слышал, — девушка с двумя оданго оглянулась по сторонам. — Усаги, какая ты нетерпеливая. — Знаю, — блондинка услышала шаги на лестнице и обернулась. — Мако, ты очень хорошо выглядишь! — Да ладно! — Кино махнула рукой. — И правда, отлично, — из кухни вышла Рей с полотенцем в руках. — Намного лучше, чем час назад. — Это точно, — подметила Минако, идя позади Кино. — Ну, что? — Усаги обвела всех взглядом. — Идем? — А как же перекус? — удивленна спросила шатенка и поймала на себе взгляды подруг. — Что? Это все Минако и Усаги. Они мне забили голову пончиками! — А от вас, оказывается, есть толк! — Рей повесила полотенце на стул и, взяв сумку, обратилась к девочкам. — В «Карону»? — Да! — хором произнесли подруги и вышли из дома. *** — Неф, ты уверен, что стоит именно сейчас это сделать? — блондин с хвостом устремил взгляд на друга. — Думаю, да! — Мы и так натворили дел! — Мамору закрыл книгу и положил её на одну из полок. — Мы можем сделать только хуже, — Ючиру обвел взглядом парней. — Вы действительно считаете, что в ее жизни может произойти что-то хуже того, что она имеет сейчас? — Неф выглядел удивленным. — Мы хотим подождать, — Ятен подошел к шатену. — Тебе совсем не жалко её? — Сейчас не идет речь о жалости! — пробурчал Нефрит и налил в бокал красного вина. — Мне не знакомо это чувство. — Хватит пить! — Мамору выхватил из руки друга бокал. — Ты хоть помнишь, когда последний раз был трезвым? — Что с тобой происходит? — Ючиру потряс сидевшего в кресле Нефрита за плечи. — Ничего! Ну так вы пойдете? — Нефрит забрал бокал, принадлежавший ему. — Неф! — крикнул Ятен, не выдержав. — У тебя хоть есть капелька совести? — Пойдем! — Мамору подошел к двери. — Он пьян, с ним бесполезно о чем-либо говорить! — Ну и проваливайте! — крикнул шатен, бросая в захлопнувшуюся за парнями дверь бокал, который вдребезги разбился. — Не хотите идти со мной? Я сам схожу. *** Под вечер настроение Макото было удовлетворительным. Весь день девушки ходили по магазинам, сидели в кафе, гуляли в парке. Они даже уговорили прокатиться Макото на карусели. В общем, день удался, и шатенке действительно помогла поддержка подруг. — Мако, скажи, а когда ты сможешь пойти в школу? — вопросом Усаги удивила не только подругу. — Да хоть завтра! — Ты уверена, что уже можешь ходить в школу? — тревожно произнесла Рэй. — Да, вполне. Мне пора взяться за учебу. — Мы обязательно тебе поможем с предметами, — уверенно сказала Минако, хлопая ресницами. — Наверно, я пойду, — устало произнесла Мако. — Может, ещё прогуляемся? — Усаги с надеждой посмотрела на девушку. — Я бы с радостью. Но нужно подготовиться к школе. Сами понимаете, меня там не было больше двух недель. — Я провожу тебя, — Хотару улыбнулась. — Спасибо вам за то, что вытащили меня на улицу, — мягко произнесла шатенка. — Мако, мы должны были хоть чем-то тебе помочь! — И у вас это получилось, Рей, — с волнением ответила Макото. — Ну, тогда до завтра? — До завтра! — хором произнесли Уса, Мина и Рэй. — Пойдем? — Хотару зашагала по улице. — Да. — Мако, прости! — Хоти тяжело вздохнула. — За что? — За то, что не пришли раньше. Тебе нужна была поддержка. — Хотару, перестань! — Мако улыбнулась подруге. — Я говорила уже Усаги и скажу тебе: даже если бы вы и пришли раньше, я бы не пустила. — Все равно, прости. Мы приходили, но не решались войти. — Ну если ты так хочешь, то я тебя прощаю, — весело произнесла Мако, целуя подругу в щеку. — Завтра в школе тебе будет тяжело. — Знаю, но ничего. Худшее позади! — Мако, прости за вопрос, но все же. Кто будет твоими опекунами до совершеннолетия? — вопрос подруги заставил Макото Кино вспомнить о мистере Фетуки, о котором девушка совсем забыла. — Друг отца. — Ты ему доверяешь? — настороженно спросила Хоти. — Не знаю, но у меня нет другого выбора, — Макото взглянула на вечернее небо и улыбнулась закату солнца. — Они доверяли ему, а это многое значит. — Может, ты и права, — задумчиво произнесла Хотару. — Но все равно, будь осторожна. — Не переживай! Если что, я смогу постоять за себя, — с уверенностью произнесла шатенка. — Ну вот и твой дом! — Может, лучше я провожу тебя? — спросила Томое. — Уже темнеет, я переживаю. — Не стоит. — Уверена? — Хотару пронзила подругу неодобрительным взглядом. — Да. — Ну как знаешь! — девушку обнялись на прощание. — Пока! — Пока! — ответила Макото и направилась в сторону дома, до которого было несколько кварталов. Она шла по вечерним улицам Токио, наблюдая за влюбленными парочками, которые беззаботно прогуливались по городу. Девушка утратила ощущение реальности и наблюдала за происходящим, словно из параллельной вселенной. Теплый воздух обволакивал тело, не давая Кино почувствовать холода. Складывалось ощущение, что природа заботится о девушке, понимает ее внутреннее состояние души и тоже хочет помочь. Как ни странно, в голове шатенки не было никаких мыслей. Она просто шла и наслаждалась шелестом листьев, запахом родных улиц, веселыми голосами прохожих, свистом ветра. Впервые за последние недели девушка стала ощущать вкус жизни. — Мако! Она провела взглядом по боковому тротуару и замерла. — Чего тебе, Нефрит? — У меня есть к тебе разговор! — Я думаю, ты уже сказал мне все, что мог, — она сделала шаг вперед, но остановилась. Парень схватил девушку за руку и повернул лицом к себе. — Ты все-таки выслушай меня. — Ты пьян, — Макото отдернула руку и отстранилась от него. Запах алкоголя дурманил шатенку. — Это сейчас неважно! — Нефрит снова начал подходить к ней. — Чего ты хочешь? — девушка стала пятиться назад. — Поговорить, — он ехидно улыбнулся и засунул руки в карманы. — Разве есть о чем? — Мако равнодушно посмотрела на парня. — Ну, я хотел сказать, что мне очень жаль твоих родителей! Для Макото было это странно, но в его голосе чувствовалась нотка сожаления. — Ты все сказал? — на глазах шатенки начали наворачиваться слезы, и голос задрожал. — Прости. Я не хотел, чтобы ты сейчас плакала, — он выглядел довольно печально. — Мне правда очень жаль. Хочешь, я помогу тебе отвлечься? — Нефрит, — она снова сделала несколько шагов назад. — Иди домой. — Нет уж, — он рывком схватил девушку и притянул к себе. — Прошлый раз у нас не получился. Но сейчас нам ничто не помешает. Он крепко прижал Макото к себе и начал силком вести ее по улице, направляясь к машине. Девушка извивалась, но стальная хватка парня была сильнее. Она попыталась закричать, но смекалка Нефрита сработала быстрее, и он зажал ей рот рукой. — Отпусти меня! — воскликнула она, когда парень расслабил ладонь. В ответ девушка лишь увидела на его лице улыбку. Через несколько секунд Макото ощутила, что его руки полностью ослабли, и он начал падать. Позади Нефрита Мако увидела Мамору, который еле удерживал своего пьяного друга. — Открой дверь машины! — он достал из его кармана ключи и кинул шатенке. Она быстро выполнила его поручение. — Мако, не держи на него зла! Он пьян! — Что? — Кино удивленно вытаращила глаза на брюнета, наблюдая, как он затаскивает на заднее сидение машины своего друга. — Не кричи! — Мамору взял девушку за локоть и отвел в сторону. — Я знаю, что он поступил как свинья, но он пьян. — Я тут при чем? Что он вечно таскается за мной? — она бросила взгляд на машину, где на заднем сидении лежал без сознания шатен. — Это ты у него спросишь сама, — он немного помолчал, а после посмотрел ей в глаза. — Извини их за тот случай, глупо вышло, — он снова выдержал паузу. — Я сочувствую тебе. — Я никогда вас не прощу, — голос дрожал, а из глаз потекли слезы обиды и горечи. — Может, тебя подвести до дома? — Нет, — по телу пробежали мурашки, когда Мако увидела в глазах брюнета искренность. — Скажи, что я могу для тебя сделать? — Мамору, просто оставьте меня в покое! — она развернулась и пошла по дороге, не оглядываясь. Но все равно ощущала на себе его сожалеющий взгляд, пока не завернула в один из переулков. Как только Макото поняла, что парень ее не видит, она прижалась к стене какого-то дома и заплакала. Сердце снова начало стучать с бешеной скоростью. По телу бежала дрожь, которая заставляла вздрагивать каждую частичку ее тела. Начался дождь, и она снова ощутила себя никому не нужной. Медленно, с заплаканными глазами Мако шла к своему огромному и пустому дому, в котором ей вновь будет одиноко. Переходя дорогу, шатенку обрызгала машина, и на душе стало еще противнее. Она сжала кулаки от злости и подумала: «Чтоб твою машину молнией шарахнуло, раз ездить не умеешь!» Дойдя до дома, она открыла дверь и ощутила пустоту внутри помещения, тяжело вздохнув. Сняв промокшие кроссовки, она быстро поднялась в свою комнату и отправилась в душ. Горячая вода успокоила продрогшее от холода и дождя тело. Когда Макото наконец уснула, утомленная событиями прошедшего дня, в ее снах странным образом переплелись образы какой-то женщины, которую она никогда не видела, но которая усердно шла за ней, пытаясь догнать и о чем-то рассказать.