Forever young

  " Еще рано" - думал Юнги, смотря на улыбающегося Чимина.      " Еще рано" - думал Юнги, когда Чимин поворачивался к нему и махал миниатюрной ладошкой.      " Еще рано" - думал Юнги, приподнимая уголки губ в ответной улыбке, еле шевеля пальцами на левой руке, приветствуя Пака.      Который день подряд Юнги не сводил взгляда с Чимина, досконально изучая его тело. Рельефные мышцы на руках, крепкие бедра, хорошо прорисованный пресс, но милое личико, пухлые пальчики и низкий рост. Чимин привлекал к себе не только физически, но и на духовном уровне - Юнги всегда нравилось находиться рядом с Чимином в те недолгие моменты их оттдыха, когда теплые ладошки обнимали за талию и нерешительно прижимали к себе, когда аккуратный подбородок касался острого плеча, миндалевидные глаза прикрывались от усталости, а маленькое тело расслаблялось, наваливаясь на Юнги.   Только тогда Мин чувствовал себя по-настоящему счастливым. Но так казалость только ему.   В действительности, Чимин обнимал каждого, со всеми делился едой и всем помогал, для хен - лайн он был милым и улыбчивым донсеном, а для макне - веселым и беззаботным хеном. Но Юнги закрывал на это глаза, эгоистично полагая, что тактильный Чимин-и только его.     Это был один из осенних вечеров, когда безумно хотелось укрыться с головой одеялом и поскорее уснуть. Дождь мелко моросил на улице, создавая приятный фоновый шум, а телевизор, работающий на беззвучном режиме, освещал потолок яркими бликами, отражаясь в зеркае, висевшем на противоположной стене.    Пустая чашка из под кофе остыла еще пятнадцать минут назад, неприятно холодя чувтвительную кожу бледных пальцев, заставляя Юнги подняться с дивана и пойти за новой порцией бодрящего напитка. Кухня встретила Мина тусклым светом двух лампочек, переодически мигающих поочередно. Чайник закипел почти сразу же - видимо кто-то тоже решил согреться в этот холодный вечер. Черные тучи за окном не предвещали ничего хорошего в ближайшие пару дней, поэтому и без того депрессивное настроение начинало прогрессировать. Аромат свеже заваренного кофе щекотал нос и Юнги довольно улыбнулся, разминая затекшие от долгого сидения мышцы.    Чимин появился на кухне абсолютно неожиданно. Просто повернувшись назад Юнги замер, встречаясь взглядом с сонными глазами Пака. Чим подошел ближе, опуская голову и утыкаясь носом во впадинку между ключиц, выдыхая теплый воздух на бледную кожу старшего. Маленькие ручки сомкнулись за спиной Юнги, обнимая его.       - Хен, мне ужасно холодно и страшно.       От этого шепота по спине Мина прожали мурашки, скапливаясь на пояснице и пропадая где-то на кончиках пальцев ног. Было чувство, будто волосы зашевелились на затылке от мягкого тембра младшего. Юнги тяжело сглотнул и отстранил от себя Чимина, засматриваясь на его пухлые губы.     - Ты поможешь мне согреться, хен.   И этот умоляющий взгляд, которому просто невозможно отказать. Теплые губы Чимина прильнули к сухим губам Юнги, выбивая из старшего судорожный выдох. Младший медленно целовал Мина, изредка приоткрывая глаза, наслаждаясь видом разомлевшего хена. Углубляя поцелуй, Юнги не надеялся на ответ от Чимина, но младший только сильнее прижался к Юну, выдыхая в губы.    Исчез Чимин также внезапно, как и появился, оставляя после себя смешанные чувства. Надежда на взаимность приятно грела душу Юнги, но остатки разума твердили, что так просто не может быть, не настолько Мин счастливчик, чтобы заполучить к себе в личное пользование очаровашку Чимина.       До вечера следующего дня Юнги ходил в приподнятом настроении, чем изрядно озадачил всю группу. Такое поведение было не типично для вечно вымученного и уставшего рэпера. Но все хорошее имеет свойство заканчиваться. Отличное расположение духа сошло на нет, когда в гостинной во время вечернего  просмотра фильма появились Чимин и Тэхен, при этом держась за руки и мило улыбаясь.    - Нам нужно кое-что вам рассказать - с этого дня мы с Тэтэ вмести, так что просим любить и жаловать. - а дальше пустота. Сердце, наивно полагавшее на то, что Чимин испытывает ответную симпатию, сжалось где-то в районе горла и все просилось выйти наружу с подступающими слезами. Опущенные вниз плечи, стеклянный взгляд и звон в ушах, как последствия душераздирающей боли. Кажется, все поздравляли Чимина и Тэхена и радостно вещали, что в ближайшее время, нужно обязательно будет устроить попойку в честь их признания, все, кроме Юнги. В голове крутился один единственный эпизод - вчерашний вечер, и  поцелуй Чимина.    Зачем он это сделал? Что хотел этим показать или доказать? Что испытывает сейчас, смотря на убитого Юнги? Доволен ли он? Столько вопросов и никаких ответов.    Юнги медленно встает с пола и, держась ладонью в районе сердца, выходит из комнаты. Нужно прилечь, обязательно прилечь и завернуться в теплое пуховое одеяло, где его никто не найдет.     Слезы беззвучно скатываются по впалым щекам, оставляя темные влажные пятна на белой наволочке. Покрасневшие глаза смотрят в стену, изучая русунок на обоях, а тонкие пальцы то и дело растирают влажные дорожки по припухшей коже вокруг глаз. Дверь в комнату тихо открывается, пропуская внутрь свет из коридора.    - Хен, мы можем поговорить? -тихий шепот с другого конца комнаты и новые потоки слез, заставляющие прижать ноги к груди, сворачиваясь в клубочек.      - Чимин-и, я не думаю, что это хорошая идея. Хену нездоровится. Тебе лучше подойти завтра вечером, он обязательно выслушает тебя. - так во время появившийся Хосок спасает Юнги от болезненного разговора, вынуждая Чимина выйти из комнаты, под  пристальным взглядом Чона.    Кровать прогибается под чужим весом, горячие ладони поправляют одеяло и нежно гладят по макушке. От этих прикосновений сердце учащает свой ритм, разгоняя по организму чувство тепла и спокойствия. Глаза наконец-то закрываются, уставая от бесконечных слез, а на душе становится легче, будто что-то внутри спустя долгое время обрело покой.    Уже на грани сна и реальности Юнги слышит едва различимый шепот Хосока, направленный в пустоту комнаты.       - Тебе нечего беспокоиться, хен. Я всегда буду рядом...