Ты - самый большой страх моей жизни.

Солнце приятно ласкало моё лицо своими лучами, пока мы с Зейном гуляли по улицам тихого парка. Я не могла перестать улыбаться каждый раз, как прохладный ветер развевал мои волосы. Мой организм заряжался таким умиротворением, что я могла только и всего: молча наслаждаться своей относительной свободой в эту минуту. Несмотря на своё поведение, Зейн всё ещё оставался начеку, и я это понимала по самым простым и характерным для него жестам: его хватка на моей ладони, его слова, предостерегающие меня о побеге, его постоянная слежка за каждым моим движением. Наша прогулка длилась всего минут пятнадцать, но мне это уже казалось вечностью. Это напоминало Рай, в котором я даже за минуту пребывания на свежем воздухе могла отдать всё и радоваться этому, точно маленький ребёнок рождественскому подарку. - Предлагаю пойти на аттракцион, - вдруг подал голос Зейн, ворвавшись в моё спокойное личное пространство. Я встряхнула головой и обратила на него своё внимание. - Ты уверен? - засомневалась я отчасти от того, что испытывала страх к некоторым слишком быстрым аттракционам. Я не хотела играть на своих нервах прямо сейчас. Я ждала этой минуты всё это проклятое в доме Зейна Малика время, и мне бы не хотелось терять такую возможность как следует отдохнуть. - Конечно! - воодушевлённо поддержал Зейн. - Американские горки, смотри. Я проследила за его рукой и взглянула на то, как быстро летели эти железные машины с кричащими людьми. Ничего привлекательного. Абсолютно. - Может, есть другие аттракционы? - вполголоса спросила я и продолжила идти. Зейн догнал меня и тихо посмеялся. - Догадываюсь, ты боишься, - предположил Зейн, что я немедля решила опровергнуть, чем сразу себя и выдала. - Нет, я не боюсь. Это обыкновенная карусель. - Ах, ах, ах, кому ты врёшь, Эмили? - дразнит парень. Я закатила глаза на его слова и выдохнула. - Я не хочу, чтобы вместо хорошего времяпровождения я чувствовала тошноту или головную боль. Мы можем просто погулять? - У нас будет ещё много времени, - сказал он. - Давай же, тебе нечего бояться, я рядом. Я обещаю, что с тобой будет всё в порядке, - настаивал парень, подводя меня к безумным гонкам. Хоть его слова и не имели особо выраженного эффекта успокоения, легче мне всё-таки стало, ведь быть в одной бочке с кем-то не так страшно, как одной. Я больше ничего не говорила ему в ответ и лишь терпеливо ожидала, когда ворота откроют. Зейн приобрёл два билета, при виде которых мои внутренности ещё сильнее скрутились в страхе и предвкушении. Несмотря на ужас, распространяющийся по моим венам, я начинала распознавать чувство заряда энергии, адреналина. При всей своей боязни оказаться на высоте двадцати метров над землёй я хотела подвергнуть себя настоящему экстриму, который помог бы мне освободиться от тяжести в груди. Я пришла в себя, как только почувствовала руку Зейна на своей ладони. Он сжал мою кисть и, подмигнув, повёл на открытую площадку. - Это твой первый раз? - поинтересовался парень, перетягивая ремень безопасности через меня. Я подняла глаза на него и честно кивнула. Когда я услышала предупреждающий звонок, вся моя храбрость моментально улетучилась, и я почувствовала лишь громко клокочущее сердце в своей груди. - Всё однажды бывает впервые, Эмили. Это жизнь. Я прикрыла глаза, как только наш железный зверь начал ускоряться, поднимаясь вверх. Мои руки вцепились в металлическую перекладину. Через несколько секунд моё сердце взлетело, как и наша машина по горке. Я раскрыла уста, не успевая насыщать свои лёгкие холодным воздухом. Всё вокруг меня бешено вертелось. - Тебе нужно расслабиться. - Я услышала рядом со своим ухом голос Зейна, который, на удивление, смогла чётко распознать при шуме. Почувствовав прикосновение на своей руке, я открыла глаза и посмотрела на ладонь Зейна. Парень взял мою левую руку в свою и поласкал её пальцами, как будто стараясь вселить в меня дух бодрости. - Просто забудь, где ты сейчас. Расслабься, Эмили, - инструктировал он, продолжая говорить в моё ухо. Я кивнула и резко выдохнула, отбросив всё напряжение. Быть на одной волне с ветром теперь стало легче. Моя душа была буквально раскрыта на распашку, пока я, закрыв глаза, чувствовала, как ветер ударяет мне в лицо. Мне нравилось быть свободной в тот момент. Зейн поместил обе руки на мои предплечья и посмотрел в мои глаза. - С тобой всё в порядке? Я кивнула и слабо улыбнулась парню. - Видишь, я не лгал тебе, - ответил он, перебросив через моё плечо свою руку. Я пробежала своим языком по нижней губе, уже в который раз чувствуя неловкость под его движением по отношению ко мне. Всё это утро Зейн относился ко мне так, словно я была не его заложницей, а лучшей подругой (или того хуже - его девушкой). Это не могло не волновать меня, потому что смена его настроения была слишком резкой. Я пыталась верить в то, что он хочет измениться в лучшую сторону или что хотя бы один день он желает провести вне его привычной криминальной деятельности, но это всё ещё было маловероятным явлением. - Хочу пить, - пробормотала я, подняв голову к нему. Зейн посмотрел на меня и кивнул. - Я бы тоже не отказался. Пойдём к тому киоску, - указав взглядом на будку с напитками, предложил парень. Я просто кивнула и последовала за ним, так и находясь под его плечом в объятии мужчины. Прошло несколько часов с того момента, как мы с Зейном вошли в парк и начали хорошо препроводить наше время. Последние тридцать минут брюнет не замолкал ни на минуту,  без конца рассказывая забавные истории. С каждым разом сдерживать свой смех из-за скованности в его присутствии стало невыносимо, поэтому я вскоре расслабилась и начала отвечать ему теми же эмоциями, которые он дарил мне. Я не была против того, чтобы провести свой день на позитивной ноте, и оставаться в таком же хорошем настроении, в каком пребывал брюнет прямо сейчас. Чем бы ни было обусловлено его расположение духа, эта сторона его существования нравилась мне больше, нежели доминирующая. - А ты любишь? Я зажала трубочку между передними зубами и растерянно посмотрела на брюнета. Мы продолжали медленно идти по дороге. - Люблю, что? - переспросила я, потеряв нить разговора. - Быть в парке. В мою голову врезались воспоминания моего времяпровождения с семьёй в данной развлекательной локации, и я впервые за все эти дни по-настоящему улыбнулась. - Да, - на одном дыхании ответила я и увидела в его глазах потребность услышать больше. - Каждые выходные я была там с Джессикой. - Джессика? - Моя младшая сестра, - пояснила я, снова создав с Зейном зрительный контакт. - Она любила сладкую вату и аттракционы. Посещать парк становилось привычкой. Это было единственной возможностью собираться вместе всей семьёй. Не считая того, что горькое воспоминание вернуло меня во времена, в которых я больше не могла оказаться, я распознавала только приятное тепло в своей душе. Мне чертовски сильно не хватало таких дней в моей жизни, тех эмоций и улыбок, которые украшали каждое фото на телефоне моей матери. - Вкусный коктейль, - сменила разговор я и едва нахмурилась от осознания того, что заговорила с ним не на самую подходящую тему. Он всё ещё являлся Зейном Маликом - тем, в руках которого я была беззащитна. Уже завтра или даже сегодня вечером парень мог вернуться к своему прежнему обличию. - Ты скучаешь? - задал вопрос он, хоть и тема про мою семью была опущена мною. - Да, - коротко и без особого желания ответила я. Безошибочно поняв, что я не хотела много об этом говорить, Зейн больше эту тему не затрагивал, чему я была несказанно рада. В моей душе для него места не находилось, даже если он включил режим порядочного парня. Через пятнадцать минут ходьбы Зейн предложил присесть и отдохнуть на свежем воздухе. Он, кстати, успел купить мороженое, поэтому сейчас сидел и бесстыдно ел его прямо передо мной. Почему он не спросил, хотела ли я тоже мороженое? Я опустила глаза и покачала ногами вперёд и назад, наслаждаясь тёплой погодой и просто до дрожи в руках замечательным днём в компании такого человека, как Зейна Малика. - Я могу поделиться с тобой, Эмили. Я не был виноват в том, что осталось одно мороженое. Я повернула к нему голову и кивнула, не скрывая своего желания попробовать десерт. Я вопросительно изогнула правую бровь, когда Зейн приблизил стакан мороженого к моему лицу. Он, в самом деле, хотел, чтобы я ела из его рук? Это неизбежно приведёт к тому, что я испачкаюсь. Так оно и вышло! Я издала смешок, чувствуя на своём носу холодное мороженое. Зейн улыбнулся, обнажив свои зубы, и поднёс свой палец к моей кожи, собирая с кончика носа каплю мороженого. Я облизала свои губы. - У тебя отличный выбор, - произнесла я, не переставая изучать взглядом каждую черту его лица. В этот самый момент он казался копией моего отца со всеми его проявлениями настроения: его шутки, его объятия, его вера в то, насколько сильной я была, чтобы преодолеть американские горки, его заботливый взгляд. Буквально всё в этом парне сегодня являлось чем-то невообразимым. Если бы я сейчас сказала боявшемуся Зейна Малика прохожему, что брюнет может быть вот таким парнем: беззаботным и настоящим, то этот человек мне бы не поверил. Он, скорее, плеснул бы мне в лицо воды, чтобы я проснулась и посмотрела в глаза реальности. Я резко встала и побежала в сторону зелёной аллеи. - Эмили! В голосе Зейна я едва ли распознала ноты беспокойства и предупреждения. По всей вероятности, он думал о том, что я намеревалась сбежать, но я не собиралась этого делать, хоть и не была против этой идеи. Я всего-навсего хотела порезвиться, пока была в хорошем настроении. За своей спиной я услышала быстрые шаги и улыбнулась, забежав на газон. - Поймал. Тело мужчины неожиданно врезалось в моё, толкнув меня к стволу близстоящего дерева. Я почувствовала сильную хватку на своей талии и засмеялась. Зейн повернул моё тело в своих руках и прислонился ко мне. Я облокотилась о дерево и снова издала смешок. Выражение лица брюнета смягчилось, как только он увидел мою широкую улыбку и осознал, что это не являлось моим побегом. - Что ты себе позволяешь? - улыбнулся он и поднял руку, зацепив ветку дерева. На меня посыпались зелёные листья, и я посмотрела вверх, вновь растягивая свои губы в улыбке. - Толкаться нечестно, - сказала я, смотря на его лицо, которое находилось буквально в десяти сантиметрах от меня. - Нечестно? Ты что, в детском саде? - хрипло посмеялся он. Я, чёрт возьми, впервые услышала его смех! Я в шутку толкнула его в грудь и отпрянула от дерева, однако парень настолько резко прижался ко мне, что наши уста на некоторую долю секунды соприкоснулись. Я распахнула глаза и рвано вздохнула, испугавшись того, что только что произошло. Зейн не дал мне и минуты, чтобы понять о произошедшем, как вновь присоединил свои губы ко мне, взяв моё лицо в ладони. Я не успевала двигать своими губами за его, но он и без того мог управлять моими устами, вовлекая их в затяжной поцелуй. Я немного задрала голову, дабы освободиться от его губ, но ничего не смогла сделать из-за его рук, держащих меня, поэтому только выдохнула от приятной слабости в ногах. Даже если я не хотела его целовать, слияние наших уст заставляло меня не противиться этому ощущению, с которым я впервые имела дело. Этот поцелуй был моим первым. Я в первый раз целовала человека перед собой по-настоящему, в чём и заключалась разница между этим и тем насильственным поцелуем Зейна Малика. Моё неровное дыхание нарушало поцелуй Зейна, но он не отрывался от меня: продолжал играть с моими губами, точно музыкальным инструментом со струнами они были. Я открыла глаза и столкнулась с его пронзительным взглядом. Его губы перестали двигаться против моих - теперь они поверхностно касались их. Я сглотнула и увела свой взор в сторону, ни с того ни с сего почувствовав смущение. Я даже не целовала его. Я не хотела этого делать или попросту не имела понятия, как это делать. Зейн отодвинулся от меня и молча протянул руку, которую я, поколебавшись, приняла. Я находилась в полнейшей растерянности от всего, что происходило этим днём. Мы вышли на дорогу, и ровно с тем моментом, когда я хотела поинтересоваться, почему он себя так вёл, в правый мой бок врезался ребёнок, оттого я пошатнулась на месте, но устояла. Когда до моих ушей долетел звук падающего предмета, я посмотрела на землю и быстро освободила свою руку от хватки Зейна. Всё произошло быстро, в мгновение ока. Мир вокруг меня начинал сыпаться на части. Я больше не чувствовала той радости, что любила распознавать весь этот день, поскольку треснувший предмет являлся последней вещью, с которой я бы хотела попрощаться. Мой телефон.