Julia Stark Jr

Привет, Лана! С добрым утром! Сегодня меня не будет весь день, так как я уехал в штат Колумбия. Вернусь поздно вечером, постарайся никого не убивать, взрывать, бить и тому подобное, а то мне придется платить штраф. Если тебе что-нибудь понадобится — сразу зови Джарвиса, он тебе поможет. Насчет того, какого хрена он разговаривает, я тебе потом расскажу, ты мне только напомни. И еще — Тор со Стивом уехали в штаб Щ.И.Т. и вернутся только завтра утром. Да-да, я знаю, что ты сейчас разозлишься, потому что я оставил тебя наедине с Оленем. Но, пожалуйста, постарайся с ним поладить. Тебе придется провести с ним всего лишь... 15 часов и 30 минут. Ладно, мне нужно уходить. Ты самая хорошая племянница! P.S — Если Локи будет тебя домогаться или еще чего — можешь использовать оружие из лаборатории. Я со злостью скомкала письмо и швырнула его в соседнюю стенку. Чертов Старк совсем совесть потерял: к нему приехала племянница, а он тут по штатам разъезжается! Если такое еще раз повторится, то я с удовольствием опробую на нем любое из оружия, предоставленного в лаборатории. Продолжая проклинать все на свете, я приготовила себе бутерброд и оставила его на тарелке. Затем, немного поразмыслив, я включила телевизор и направилась к холодильнику, чтобы достать оттуда новую банку с шоколадной пастой Nuttela. К сожалению, пасты осталось очень мало (дядюшка постарался), и мне пришлось выгребать из банки остатки. Когда я вернулась к своему бутербродику, его там не оказалось. — Что за ерунда такая?! — прошипела я, крепко сжав в руках ножик, которым собиралась намазать на хлеб пасту. — Кто посмел украсть мой священный бутерброд с поджаренной колбасой?! На ко-о-о-о-осте-е-е-ер! — Чего разоралась, смертная? — услышала я наглый мужской голос за своей спиной. Я развернулась и встретилась нос к носу с Локи, пожиравшим мой бутерброд. — Совсем того, что ли? — Эй! — возмутилась я. — А самому сделать бутерброд никак? Между прочим, я потратила пять минут своей жизни, чтобы приготовить его! А потом пришел мистер Наглая Рожа и слопал мой шедевр! Тебе не стыдно? — я сжала губы и вопросительно посмотрела на Оленя. — Нет, не стыдно, — бросил он, запихнув в рот остатки бутерброда. — И вообще, если ты приготовила этот бутерброд, значит, сможешь приготовить еще один, смертная. — Не называй меня смертной! — Не кричи на меня, идиотка! Неужели все смертные такие «уникальные»?! Я взывыла и принялась размахиваться ножом, от которого Локи с ловкостью уворачивался. Чтобы защититься, он достал из шкафа тарелки и принялся кидать их в меня. Я завизжала и побежала прочь из кухни, дабы спрятаться от расстрела. Напоследок Олень пробормотал что-то на неизвестном мне языке, отчего я почувствовала непривычное покалывание в груди. Я потерла глаза, осознав, что мне ужасно хочется спать. Но я же только что встала! Да ну и ладно, пойду прилягу. У меня закатываются глаза, и я теряю сознание прямо у порога своей комнаты. А ближе к вечеру до меня наконец дошло, что сделал Локи.

***

Когда я проснулась, то обнаружила симптомы некой странной болезни, а именно: мне ужасно захотелось слопать целую кучу банок с шоколадной пастой; уничтожить все мороженое, что существует на нашей планете; меня тянуло посидеть у кого-нибудь на ручках и подергать за щечки. А при всем этом, страннейшим образом, моя одежда висела на мне, как после стирки. Странно, Ватсон, странно. Эм-м, кого я назвала Ватсоном? Лана, у тебя едет крыша. Пора принимать таблетки. Испуганно озираясь по сторонам, я побрела к зеркалу, все время спотыкаясь о дурацкую рубашку. Рубашку?! Я широко распахнула глаза, не веря своему отражению — на меня смотрела маленькая девочка трехлетнего возраста с круглым лицом, покрытым веснушками, и забавным носом. Она была в клетчатой рубашке на over 90000 тысяч больше ее размера. Япона мать, так это же я в детстве! Я принялась дергать себя за волосы, чтобы убедиться, что все, что я вижу в зеркале — иллюзия, просто иллюзия. Но все тщетно — я понимаю, что Локи превратил меня в маленькую девочку. Боже мой, неужели я навсегда останусь такой... Такой мелкой! А что, если меня увидит Тони?! Ешки-матрешки, что же делать!? Помогите, срочно! Я забилась в угол комнаты, обхватив себя руками. Ужасно хотелось плакать, и опять-таки я не понимаю почему, и поэтому я принялась реветь, словно маленький ребенок. Кем я, в общем-то, сейчас и являлась. К несчастью, на мой крик прибежал Тони, вернувшийся из штата Колумбия. Интересно, когда он приехал? Ну так вот, мой дражайший дядя влетел в комнату, вскрикнул и ткнул в меня пальцам. — Кто. Ты. Такая? — спросил он, скорчив гримасу, отчего мне стало смешно. Господи, я сейчас плакать должна, а я, черт побери, собиралась хорошенько посмеяться! Дура ты, Лана! Тони осторожно подошел ко мне, всматриваясь лицо. После долгих раздумий его лицо покраснело, и я даже испугалась, что он сейчас взорвется. Бомбочка, понимаете? — Ну что, дядюшка? — спросила я, поразившись своему писклявому голосочку. Вот уж не ожидала... Какая я певица, если у меня такой идиотский голос?! — Это Локи?! — грозно проговорил Старк. — Чтобы он в Аду горел! А по-моему, Олень и так пришел к нам из Преисподней.