IV. Приключение на Ж - Новая история.

POV Чоноп. Дотащив Сона до машины Криса, мы запихали его в багажник, связали его по рукам и ногам и вздохнули с облегчением. Реально, чуть спины не надорвали, пока тащили его. — Так, — устало выдохнул Крис, вытирая проступивший пот со лба, — теперь за город? — Да, — киваю я, закинув кейс, что принадлежал Сону, на заднее сидение автомобиля. — Ты нашёл подходящее место? — Ага, — кивает Крис, направляясь к водительскому месту. — Оно в паре километрах от города, в лесу. Там точно лишних глаз не будет. — Отлично. — говорю я и сажусь на пассажирское сидение. Крис заводит мотор, и мы выезжаем с заднего двора ресторана. Дорога до нужного места заняла у нас пару часов и за это время Сон успел очухаться. Пару раз было слышно, как он вопил из багажника и пытался выбраться. Хорошо, что копов не встретилось по дороге, а то потеряли бы только время и пришлось бы давать взятку, чтобы они молчали в тряпочку. — Вот оно, — говорит Крис, съезжая на малоприметную дорогу и заезжая в лес. — Приехали. Мы остановились на небольшой поляне, где-то в километре от основной дороги. Крис заглушил мотор, и я вышел из машины следом за ним. Подойдя к багажнику, мы приготовили оружие. С такими нужно быть всегда начеку. — Немедленно выпустите меня! — орал Сон, стуча по крышке багажника. — Вы не представляете с кем связались! — Какой он горластый, — морщится Крис. — Ничего, — хмыкаю я, — снимая предохранитель на пистолете, — у нас есть чем заткнуть его. Я открыл багажник, а Крис держал на мушке Сона. От резкого света, Сон зажмурился и перестал орать, но привыкнув к нему, быстро начал нас рассматривать. — Чоноп? — ахает тот, разглядев меня. — Что всё это значит? — Скоро всё узнаете, господин Сон, — усмехаюсь я. Схватив его за ворот пиджака, я вытаскиваю его из багажника, и он падает на землю. Не обращая внимания на его брыкания и крики, тащу его по земле к ближайшему дереву, где мы с Крисом привязываем его. — Немедленно развяжите меня! — продолжал орать и брызгать слюной Сон. — Что за глупые шутки! Чоноп, не думай, что тебе это сойдёт с рук. Будь уверен, твой отец обо всём узнает! — Он и так знает. — спокойно отвечаю я, убедившись, что верёвки надёжно держат его. — Что? — опешил Сон, перестав дёргаться. — Что всё это значит? — Я уже спрашивал вас на счёт этого человека, — говорю я, присев на корточки и снова показав ему фотографию своего покойного тестя, — и ваша реакция прекрасно дала мне понять, что вы очень хорошо знали этого человека. — Ну знал и что дальше? — фыркает Сон. — Какая теперь разница, он уже давно мёртв. — А такая разница, — рычу я, врезав тому по морде, — что это отец моей жены! И мне нужно знать — смерть её родителей — твоих рук дела? — Так я тебе и сказал. — засмеялся Сон. — Крис? — Что? — Дай-ка нож и затки ему рот какой-нибудь тряпкой. Крис отдал мне охотничий нож, а сам отошёл к машине, где нашёл в багажнике какую-то тряпку. Вернувшись к нам, он схватил Сона за подбородок и надавив особо болезненно, запихал ему в рот эту тряпку. — Благодарю. — благодарю друга и хватаю Сона за руку, отгибая один палец, прижав ладонь к земле. — Ты собрался ему пальцы отрезать? — спрашивает Крис, с интересом наблюдая за моими действиями. — О, я ему не только пальцы отрежу, — усмехаюсь я, глядя Сону прямо в глаза. — Я буду отрезать ему палец за пальцем на руках и ногах, а потом отрежу член, уши, нос, а дальше начну отрезать куски мяса на ногах, пока он не расскажет всю правду. — Ну ты кровожадный, конечно, — смеётся Крис. — Недаром ты правая рука Юн. — Учился у лучших. Закончив болтать, я прикладываю лезвие ножа к пальцу и надавливаю. Лезвие, как масло разрезает плоть, натыкаясь на кость, а Сон бьётся, как в лихорадке и пытается орать, срывая голос, так и не сумев выплюнуть тряпку. Прикладываю ещё усилия и нож, с хрустом, разламывает кость, отрезая мизинец от ладони. — Ну что? — ухмыляюсь я, взяв в руки отрезанный палец, вертя им перед лицом Сона. — Будешь говорить, или мне продолжить? Сон тут же замотал головой, с ужасом смотря, то на меня, то на отрезанный палец. Крис помогает ему, убрав кляп, на что тот сразу же начинает орать: — Больной ублюдок! Я тебя в порошок сотру! Крис тут же снова затыкает его кляпом. — Какая избитая фраза, — вздыхаю я, вертя в руке нож. — Вот все твердят одно и то же, а потом их кишки висят гирляндой из распоротого брюха, — резко замахиваюсь и вонзаю нож в его безымянный палец, отрезая и его, а Сон снова бьётся в агонии, потеряв ещё один палец. — Говори, сука! Ты заказал убийство семьи Ан?! Киваю Крису и тот убирает кляп. — Да! — кричит Сон. — Это я! Я их заказал! — у него началась истерика. — Если бы он не артачился и сразу же отдал мне формулу тех наркотиков, то и он и его сука были бы живы! Жаль, что мои ребята не добрались до его крысят. Надо было и их грохнуть в тот же день! Его слова взбесили меня похлеще чем красная тряпка быка. Снова замахнувшись, вонзаю нож ему в живот и прокручиваю широкое лезвие, делая большую дыру, а после дёргаю рукой в сторону, вспарывая ему живот. Из его живота хлынула кровь и начали выпадать внутренние органы. Зрелище не из приятных, но именно сейчас это зрелище доставляло неимоверное удовольствие. Что может быть лучше, когда ты смотришь на то, как прямо у тебя на глазах подыхает ненавистный тебе человек? — Я за свою жену убью любого, — рычу я, глядя тому в глаза, наблюдая за тем, как он захлёбывается собственной кровью. — И ты, мразь, сделал огромную ошибку, когда решил навредить её семье. — П… пощади… — хрипит он. — А ты пощадил их?! Твои ублюдки убили её родителей прямо у неё на глазах! Они разве пощадили их? Нет! Вот и ты подохнешь тут, тварь! А потом я доберусь до всех твоих близких и так же выпотрошу их! Я уничтожу всё, что когда-то было тебе дорого! Снова дёргаю рукой, в которой был нож и перерезаю тому глотку. Пару минут и Сон подыхает от потери крови и нехватки кислорода, что не мог поступить из-за того, что он захлёбывался собственной кровью. — Что с ним делать? — спрашивает Крис, развязывая верёвки и сжигая их, предварительно облив бензином из канистры. — Сожги, — отмахиваюсь я, встав на ноги и подойдя к машине, — только зубы повыдёргивай и спрячь, чтобы не опознали. Вытерев нож от крови, кладу его в багажник, а сам достаю кейс и проверяю его содержимое, пока Крис возился с трупом. В кейсе валялось кучу бумаг, что особо не представляли для меня какой-то ценности, но вот пару листов мне показались странными. — Крис? — Что? — спрашивает парень, чиркая спичкой и кидая её на облитый бензином труп. — Как думаешь, зачем ему были нужны чистые листы, на которых были лишь его подписи? — Хм… — задумался Крис. — Обычно так делают, для разных махинаций. — Что ж, — ухмыляюсь я, забрав эти листы себе. — Они мне точно пригодятся. Как там у тебя дела? — Горит. — усмехнулся Крис, поглядывая, как языки пламени лижут мёртвую человеческую плоть, а в руке он подбрасывает небольшой мешочек, где побрякивали вырванные зубы. Дождавшись, когда труп обгорел до неузнаваемости, мы садимся в машину и возвращаемся в город, по дороге выбросив мешочек с зубами где-то рядом с трассой. — Спасибо тебе, за помощь. — благодарю я Криса, пожимая ему руку. — Обращайся, — улыбнулся Крис. — Тае привет передавай. — Обязательно. Крис снова сел в свою машину и уехал по своим делам, а я направился к своему автомобилю, что оставил возле ресторана. Сев за руль, я достаю телефон и набираю отцу. — Да? — отвечает он сразу. — Отец, я всё выяснил, — докладываю я. — И? — Это его рук дело. — Ты разобрался с ним? — спокойно спрашивает отец, хотя я понимаю, что ему трудно сейчас. — Да, — вздыхаю я. — Он больше не доставит проблем. Мы обо всём позаботились. — Вот и славно, — тяжело вздохнул отец. — Тая ещё не знает? — Нет, — я прикрыл глаза, представляя свою любимую. — Я не знаю, как ей лучше сообщить об этом… Не хочу её лишний раз волновать. — Она должна знать. — Знаю. Я ей расскажу, как приеду домой. — Удачи, сынок. Береги её и наших внуков. — Конечно. Закончив разговаривать с отцом, я отключаю вызов и убираю телефон. Завожу мотор и направляюсь сразу домой. Хочу поскорее ощутить её в своих объятиях и так провести весь оставшийся день. Нет. Всю оставшуюся жизнь. — Родная, я дома! — кричу с порога, скидывая ботинки и ставя кейс, что я забрал с собой, у двери. Но ответа мне не последовало, что естественно меня насторожило. Я точно помню, что Тая никуда сегодня не собиралась, и сама говорила, что будет весь день дома. Но тогда почему же она мне не отвечает и не встречает? Обхожу всю квартиру, так и не найдя её ни на кухне, ни в кабинете, ни в гостиной, и в ванной её тоже не было. Оставалась последняя комната — наша спальня. Дрожа мелкой дрожью из-за переживания за свою любимую, я кое-как открываю дверь в спальню и вхожу внутрь, замирая на пороге. Моя малышка сладко посапывала на кровати, обложившись стопками из вещей. Видимо она уснула, когда складывала постиранные вещи. Я помню, что доктор Чой говорила о таком, что во время беременности может часто и довольно сильно клонить в сон даже без всякой усталости. Мягко улыбаюсь, глядя на свою любимую и тихо прохожу в комнату. Подойдя к кровати, так же тихо забираюсь на неё и ложусь рядом, притягивая свою девочку в объятия. — М? — промычала она сквозь сон, прижимаясь личиком к моей груди. — Ты уже вернулся? — Да, родная, — отвечаю ей шёпотом, целуя в макушку. — Ты спи. — Ты обещал рассказать, когда вернёшься… — всё так же сонно пробубнила она, не открывая глаз. — Обязательно расскажу, но пока что поспи. Как проснёшься, я всё расскажу. — снова целую её в макушку и сам устраиваюсь удобней. — Хорошо… Тая всё же снова заснула, а я просто лежал и любовался ей, такой умиротворённой и такой чертовски красивой. Мне жизни не хватит, чтобы налюбоваться ей. Люблю её, до безумия.