Терзаемые Демоном

      Прошло два года, как я оказался в этом теле. Когда я попал в донора, ему было пять лет; за это время мной была проделана титаническая работа. Но, если меня сравнивать с собою прежним, то это капля в море.       Раньше я не уделял внимания физическим навыкам, полагаясь на магию и пси-способности. Больше всего на пси, так как именно эта сила была основой в нашей иерархии. А сейчас приходилось уделять время на развитие нового тела. Поначалу помогала литература, подаренная моему «кузену». А затем и магия, следуя моему желанию, начала ускорять изменения. Но физические нагрузки все равно приходилось использовать — для общего развития.       Чтобы не попасться, приходилось тренироваться только ночью, когда вся «дружная семейка» спала. Поэтому днём я передвигался, буквально засыпая на ходу, так как нагрузки не хотелось уменьшать. Я оставался таким же худым, но стал более жилистым.       А вот с магией была проблема. Эта сила не подчинялась мне от слова вообще. Пришлось начинать с медитации, долгой и упорной медитации. Как ни странно, родственники мне в этом помогли, заперев в моей чудной обители на неделю. И как думаете, за что? За то, что Дадли разбил из рогатки соседское окно. Когда Дадли расколотил какую-то проклятую вазу, меня на два дня закрыли в чулане без еды. За всё, что творил этот хряк, наказывали меня. Приходилось тихо пробираться ночью в кухню, чтобы не умереть с голоду — магия не могла на тот момент кормить и поить меня.       Однажды, когда дорогой дядюшка бил меня (как обычно, из-за проделок мелкого хряка), из меня вырвался сгусток сырой, ничем не сформированной магической силы. Дядю тогда знатно приложило об стену. И, как итог — месяц заключения в чулане с новым замком на двери. Твари как-то догадались, что это не «Дадличек» еду таскает. Я жил, словно раб — непередаваемые, отвратительные ощущения. Их не понять тому, кто никогда не был рабом.       Первые результаты по возвращению моих способностей появились только через месяц. Со стороны, наверное, было смешно, что я, демон, ранее силой мысли и без магии стирающий за́мки, теперь в теле ребёнка, поднимающего магией свою первую щепку. Но даже этому успеху я так обрадовался, что едва не поднял всех соседей восторженным воплем. Спустя ещё один месяц я уже мог удерживать в воздухе примерно один килограмм веса, и решил приступить к пирокинезу. Все та же первая щепка неохотно начала тлеть.       Но я не подумал, что чулан не самое подходящее для этого место; запах горелого стоял ещё пару дней. И, как только закончилась моё наказание, я мог уже вплотную заняться вторым аспектом моего былого могущества.       Выйдя из дома, я сразу же направился в сторону парка. Искать укромное место пришлось долго. За мной опять увязался Дадличек со своим «сканером», но маленькое тело лучше приспособлено для догонялок по пересеченной местности. До подходящей поляны я добрался лишь спустя полчаса, стараясь как можно дальше уйти от людей.       Хотя это даже не поляна. Пустое место площадью около шести квадратных метров, несколько поваленных деревьев, на которых удобно сидеть. Особый плюс был в том, что сейчас, в начале лета, со стороны совершенно незаметно, что тут происходит.       С пирокинезом я провозился намного дольше — очень сложно контролировать концентрацию. Когда поднимаешь деревяшку телекинезом, ничего опасного случиться не может. С огнём же — не рассчитал сил, и вот итог: потеря сознания от встречи с деревом и небольшой кратер, будто яма для котелка. Повезло, что на Тисовой я только запахом отделался. А то полыхал бы домик, а я остался бы без крыши над головой. Не лучшей крыши конечно, но пока выбирать не из чего, или улица, или этот дом. А пока я не восстановлю телекинез, я на улицу не сунусь.       На этой полянке я совершил моё первое осознанное убийство в этом мире. Однажды я сидел и медитировал; вокруг летали поднятые мной камни, некоторые уже начали плавится. Так было проще контролировать дозировку, по капле перетягивая силы из телекинеза в пирокинез. И в этой тишине вдруг раздалось шебуршание. Испугавшись раскрытия, я метнул на этот звук все не оплавленные камни — не надеясь на свою меткость, решил взять количеством.       Тогда же я впервые ел такое пресное мясо. Убитая мною птичка была небольшой, но голод, который появлялся после интенсивных тренировки, смогла утолить с запасом. Мысль питаться таким образом, чтобы набрать вес и при этом не зависеть от своей семейки, мне пришлась по нраву. Нужно будет взять себе соли, а еще — как-то добыть набор для туриста. Возможно, что-то продаётся в магазинах.       А по возвращению в «милый дом», меня «обрадовали» новостью о какой-то школе. А я-то думал, что у меня наконец-то появилось время для тренировок.