Терзаемые Демоном

      Я сидел в парке до тех пор, пока не начал подмерзать — так хотелось избавиться от проклятья. Глядя на пожелтевшие листья, я всё это время думал, и в итоге понял: кажется, я поторопился.       Встать и забрать коврик и рюкзак с медикаментами заняло пару минут. Достав яблоко, я пошёл обратно в сторону города; нужно было ещё раз взвесить все за и против, придумать пару вариантов сверх имеющихся. Вот тут моя фантазия и буксовала. Придя в свою временную обитель на Тисовой улице, выслушал крики дорогой тётушки, и тотчас направился в чулан.        За эти пару лет он сильно изменился. Часть трофеев я потратил на его обустройство, немного, чтобы не возникло никаких подозрений. Кое-где заделал щели, зашкурил потолок, раскладушку безжалостно выкинул и заменил на кровать с деревянным каркасом и матрас. Это тот минимальный уровень комфорта, на который я был согласен. Привычки из прошлого остались со мной, и вся жизнь, проведённая в походах, отразилась в этой комнате.       Кстати, лампочку я убрал. Зрение понемногу восстанавливалось, постепенно трансформируясь. Пока что я различал только силуэты, но чувствовал — через пару лет ночью буду видеть так же отлично, как и днём. Было не очень смешно, когда для вылазок приходилось брать с собой фонарь.       Не раздеваясь, я лёг на кровать и стал перебирать в уме варианты с оковами. Наличие близкого источника магии манило с каждой секундой все сильнее. Источник демонов был хаотичным, и требовал огромного контроля. Для примера: пожелав зажечь свечу и не уделив должного внимания и концентрации, можно было спалить половину военного лагеря. Демоны обучались владению собственной силой до безусловных рефлексов — не контролирующих свой исток или ядро попросту уничтожали. Поэтому мы так рьяно шли на призывы, ведь не только душу мы брали для оплаты, но и магию, в надежде получить второе ядро, более стабильное. А чувствовать это ядро, но не иметь возможности его использовать… Это так бесило.       Первым вариантом было найти одаренного мага, такие тут точно есть. И заставить, уговорить, купить его услуги, чтобы избавиться от ограничителей. Но неизвестно, кто их ставил. Если мне попадется тот, кто и наложил проклятье, то он получит надо мной безграничную власть. Если непричастный — есть вероятность, что меня просто пошлют подальше, ну или воспользуются ситуацией в свою пользу, что тоже будет рабством, но у простого мага. На самом деле, этот план был сложен — непросто ребёнку найти подходящего мага, и даже будь я старше, всё равно вариант слишком проблематичен.       Хотя вторая идея была не менее опасна. Можно попробовать сорвать блоки выбросами силы на эмоциональном уровне, как я сделал, когда активировал руны. Но тут неизвестно, что дальше случится с ядром. Самое безобидное, если в дальнейшем я смогу использовать магическую энергию только при определенном эмоциональном состоянии, что уже не есть хорошо. Самое страшное — полное уничтожение истока.       И последний, третий вариант. Пробить блок не с внутренней стороны, а снаружи. Использовать внешнюю энергию мира, которую сейчас я из-за блоков не чувствую. Для этого нужен рунный круг, который будет направлять энергию мира в меня. Причём регулируемый, так как канал со временем придётся увеличивать. А для начала хватит и небольшого отверстия, которое будет выдавливать необходимые капли энергии.

***

      Проснувшись раньше семейства, я про себя порадовался очередному выходному дню от ада, называемого школой. Скинул кое-какую еду в рюкзак и отправился в парк — нужно было подготовить площадку для страшного и ужасного ритуала, с принесением в жертву тринадцати разумных. Лучше, конечно, девственниц, но где мне их искать? Подошли бы и обычные люди… Вообще я не знаю, для чего они нужны — особенно девственницы, но так написано в литературе этого мира. Похоже, обычные обыватели считали, что все ритуалы, связанные с демонами, требуют море жертв и реки крови. Лично мне будет достаточно восьми камней и грамм сто своей крови для рун. Хорошо, что в наборах для туризма, которые могли продать ребёнку, был компас, с которым нарисовать восьмиконечную звезду с привязкой на стороны света займет полчаса делов. Главное — точно вкопать камни, которые будут накапливать энергию, перенаправляя её в центральный камень, а уже из него — в меня.       Из-за того, что я вышел рано, поиск камней, земельные работы и черчение звезды смог закончить к обеду, который порадовал меня парой зажаренных голубей. Конечно, если бы не несколько сделанных мной кормушек, то голубей в округе давно бы не было, а так, прикупив пару булок хлеба, мясом я обеспечивал себя на месте.       Пообедав, я принялся за руны. Так как я в них не мастер, то пришлось с ними повозиться. Я очень долго их перебирал, чтобы получить хоть какой-то близкий к необходимому результат. Угробил на них две недели!!! И это — для простого круга типа «заряжающих артефакты». И всё равно не имел полной гарантии, что оно точно сработает.       Сейчас оставалось нанести руны на булыжники, прикрыть от дождя и вернуться домой — мне требовалось получить эмоциональный всплеск, обязательно сегодня. Иначе я сорвусь и точно устрою какой-нибудь ритуал из тех книг, которые прочел в этом мире.

***

      — Ты где шлялся, отродье? — уже как полчаса орала моя тётушка. — Ты почему молчишь, когда с тобой разговаривают?!       Не говорить же ей, что в гробу я видал всю их семейку, или, наверное, сразу в братской могиле, после их встречи с мастером пыточного дела. Жаль, что от мыслей о пытках меня отвлекла прилетевшая со стороны дяди оплеуха. Встреча со стеной напомнила мне, что стоит тщательнее себя контролировать, и лишь это спасло его от смерти путём получения тупым предметом в голову.       — Мы тебя кормим, одеваем — всё за свой счёт! И если ты не отрабатываешь своё содержание, то ничего больше и не получишь. ТЫ ПОНЯЛ?! — и чего дядя разошёлся? Вроде трезвый. — Я не слышу ответа!       — Понял, дядя Вернон, — главное, взгляд на него не поднимать.       Сорок пять минут высказываний всяких претензий, несколько болезненных для ребёнка ударов — и я уже кипел. Теперь оставалось дождаться ночи и не успокоиться, а то целый день подготовки и это насилование самого себя в эмоциональном плане пойдёт насмарку.       Как назло, твари долго не ложились спать — наверное, обсуждали, как здорово они поставили обнаглевшего мальчишку на место. Из-за них я только после полуночи смог выбраться из дома, продолжая накручивать себя на ходу. Мне нужно было огромное количество злости, чтобы сделать выброс. Когда я подошёл к месту ритуала, то напоминал паровой котёл, который готов был взорваться. Пройдя в центр звезды и сев на камень с рунами, я выпустил свою ярость наружу с одним желанием — запустить этот ритуал.       В тот момент я, скорее всего, опять переборщил, так как сразу отключился. Хорошо хоть ненадолго. Очнулся от боли, которую причиняла мне конструкция из камней, направляющая в меня энергию. Терпел её сколько мог, но оковы пробить не удавалось; каналы, не предназначенные под проходящую по ним энергию, обжигали огнём.       После того, как вылез, час не мог даже двигаться. Зато, когда начал отходить, включилась в работу голова. Я понял, что совсем не обратил внимания на пропускную способность неразработанных каналов, за что и поплатится. Ничего, оклемаюсь, поправлю пару рун — и обратно в центр боли. А сейчас я полз в сторону мешка с запасами за бутылкой воды, подводя итоги дня. Ограничители не снял, зато мозги себе прочистил — а то совсем забыл и об осторожности, и о том, что нахожусь в теле человеческого ребёнка. В общем, на все это уйдёт гораздо больше времени, чем я предполагал.

***

      Два года я убил на расширение каналов и разрушение оков — и вот однажды исток наконец выдал небольшой, но вполне уверенный поток магической энергии. Да, её хватало лишь на простейшие манипуляции, но от радости я заставил всю площадь в моём лагере в одну секунду покрыться травой, а деревья — мхом. А потом в темпе принялся делать периметр, где была бы постоянная температура, чертить новый круг, скрывающий этот кусок зелени посреди зимы от посторонних глаз.       Второй важной проблемой (то есть родней), я занялся через неделю от пробивания каналов. Мне нужно было больше времени для тренировок, а школа и родня сильно мешали. Нет, школу я бросать не собирался, так как там было то, что потерять я не хотел. Библиотека. Да, в начальной школе она слабая, там нет почти ничего углубленного. Но на данный момент меня и это устраивало. А родные дядя и тётя, чья опека была хуже, чем концлагерь, были мне нужны как связь с этим миром.       Все это можно было решить с помощью амулета, настроенного на лёгкий скрыт. Буквально пару капель энергии — и на меня будут обращать гораздо меньше внимания. А то с каждым годом в доме на Тисовой обстановка накаляется все сильнее. И я чувствовал, что теперь срыв не переживу либо я, либо родня.