После полуночи

— Ну что, я рассказываю? — спросил Артит, и все присутствующие в зале кивнули. Тот задумался на мгновение и начал: — Два года назад система СОТУС была более суровой: правил больше, наказания строже, собрания проводились не после занятий, а после подготовки к спортивным соревнованиям между факультетами. Участие тогда было обязательным для всех, а не как сейчас. Короче, собрания начинались часов в семь-восемь и продолжались два-три часа. В тот день оно затянулось особенно, и я имел неосторожность спросить, ни соизволит ли наш дорогой глава отпустить нас готовиться к тесту по матану. С этого, собственно, все и началось… 2 года назад. — Чего тебе, 0206? — раздраженно спросил Пи’Там, глядя, как один из младших, уже бивший поклоны дереву и отхвативший самое строгое наказание (сто кругов по футбольному полю), тянет руку. — Пи, как долго еще продлится собрание? У нас завтра сложная контрольная по математическому анализу, и нам необходимо подготовиться, — спокойно ответил Артит, поднимаясь. — Контрольная, значит… понятно. Хорошо. Иди, готовься. На пятый этаж. И не спустишься оттуда, пока я не разрешу. — Пи, но уже начало двенадцатого. Нам запрещено находиться там в такое время… — Я сказал: иди на пятый этаж и готовься к контрольной. Живо. Младший вежливо поклонился и ушел, а Там продолжил собрание. Спустя какое-то время все было закончено, и наставник с друзьями направился к выходу из университета. Уже на улице его товарищ заметил: — Слушай, в аудитории на пятом свет горит… — Твою ж мать! — Там посмотрел на часы: без пяти минут двенадцать. — Там этот парень, Ун. — Кто? — Артит, первокурсник. Я сказал ему идти заниматься на пятый этаж и не уходить, пока я не разрешу! Думал попугать его немного. Сам знаешь, какие байки по универу ходят. Черт, я совсем забыл о нем… Я побежал. — Но уже почти двенадцать, — возразил другой наставник. — В том и дело, на этаже уже трое ребят погибло. Не знаю, что там творится: призраки, маньяки — но я себя не прощу, если по моей вине с этим мальчишкой что-нибудь случится, — возразил глава и побежал. Найти нужную аудиторию не составило труда, а Артит действительно нашелся сидящим за учебником по математическому анализу: у него еще хватило сил учить… — Ун, почему ты еще здесь? — Пи, ты сам сказал: не уходить, пока не разрешишь… — ответил Артит, поднимая глаза, в которых отразился испуг. — Пи, за тобой… — Что? — Ун моргнул и в следующий момент ответил: — Нет, ничего… можно идти? — Да, пойдем скорее! В следующую секунду раздался звук захлопывающейся двери. — Какого… — пробормотал Артит, когда они вышли из класса. Выход из коридора преграждала черная дверь. — Раз, два, три, четыре. Первый наставник повешен. Пять шесть семь, восемь… Второй наставник задушен. Девять, десять, ноль, Кто нарушил мой покой? — Не смешно! — крикнул Пи, а Ун только прошептал: — А он и не смеется… Когда Там посмотрел туда же, куда и младший, то еле сдержал вопль: в конце коридора на выходе из актового зала стоял… стояло… Это. Расплывающийся силуэт. Свет немного падал на него, и парни увидели человека в разодранной футболке с надписью «СОТУС»: она вся была в крови, тело юноши в ссадинах и синяках, руки в черных пятнах, словно его хватали и держали, а лицо… темная кровь и пустота на месте глаз. И он медленно шел к ним, а губы шевелились: — Раз, два, три, четыре, Свет в коридоре отключен. Пять, шесть, семь, восемь. Третий наставник замечен… Девять, десять, ноль. Я за твоей спиной! И пропал. Через мгновение в предплечье Тама впилась когтистая рука, свет погас, Артит засветил телефон и вскрикнул, потому что вблизи это создание оказалось еще страшнее и теперь напоминало гниющий труп: провисшая кожа, запавшие скулы, синюшная кожа и ощущение некой материальности, потому что раны на руке Тама были вполне себе реальными. Свет словно немного обжег призрака (или чем оно было), Там схватил Артита за руку и потянул за собой. Они добежали до актового, захлопнув за собой двери. Свет не включался, а заряд телефонов в конце дня держался на честном слове. — Что это было, пи? — Артит говорил шепотом, хотя хотелось заорать. Но он понимал, что криком делу не поможешь… — Да не знаю я… Пару лет назад на этаже ночью произошли три несчастных случая: погибли два моих наставника и охранник. Один покончил с собой… со вторым… не знаю, нашли следы удушения. Дело не раскрыли. Охранника нашли без глаз. С тех пор появилось это правило. Что это такое, я не знаю, но… — Но? — Этот парень… он похож кое на кого. Но я не уверен… — Ты не один, Там? Кто с тобой? Если вы оба наставники, я убью обоих, — голос был противно-шипящим. - Зря ты примерил красную рубашку, Там. А ведь мы были друзьями. — Прэт? — пробормотал пи, а Артит снова засветил фонарик, молясь, чтобы батарейка на мобильном пожила еще немного. — Раз, два, три, четыре. Кабинет инженерного дела! — прошипел призрак. — Он что, в прятки с нами играет? — пробормотал Артит. — Пи, под окном той аудитории, где я сидел, стоит грузовик с брезентом. Если разбить окно и прыгнуть, есть шанс не убиться. На перелом я согласен, лишь бы убраться отсюда… — Пошли, — кивнул Там. — Ун, прости меня. Если бы не я, ты бы тут не застрял. Я хотел забрать тебя сразу, как закончим, но успел забыть о тебе. Если бы не Сплит, я бы и не вспомнил… прости. — И от приведения я драпал бы в одиночку. Спасибо, блин! — нервно проговорил Ун. — Я раньше во все это дерьмо не верил, пи, и сейчас мне чертовски страшно. Твои извинения ничего не дадут. Давай выберемся отсюда максимально целыми, тогда и будем пеплом голову посыпать, кто из нас испортил отношения первым. Идет? — Артит говорил тихо, но голос заметно дрожал, и Там осторожно сжал плечо парня: — Даю слово, мы выйдем отсюда живыми. — Меня устраивает, — хмуро пробормотал Ун, позволяя Таму первым войти в класс. Там подошел к окну, видя, что грузовик с брезентовым тентом по-прежнему стоит. Тогда он взял стул и разбил стекло, услышав крик призрака: — Не сбежите! Артит еле успел оттащить наставника от окна, когда стекла полетели назад. — Да какого хрена? — прошипел Там не хуже призрака. — Похоже, пока не наиграется, не успокоится… — проговорил Артит. — Слушай, а ты - молодец. Спокойный. — Лучше молчи, если не хочешь моей истерики. Я сейчас использую методику, которую мы учили в армейской школе. Чтобы не бояться, я думаю о том, что когда умру, это дерьмо закончится, - нервно ответил Артит. — Да ты оптимист гребаный, — рассмеялся Там. — Почему мне кажется, что он идет сюда? — прошептал младший, и дверь в аудиторию открылась. Как они оттуда выбежали, ни один потом не вспомнит. И началась гонка из аудитории в аудиторию, потом в актовый, потом они тупо сидели у черной двери, а потом у них сели телефоны. Оба были уже достаточно исцарапаны, у Тама на шее выступили следы пальцев, после того, как призрак неплохо так для мертвого его придушил. И если бы Артит не откопал в актовом свечу и не зажег ее валявшейся в кармане зажигалкой, которую ему дал курящий одногруппник, еще одним трупом стало бы больше. Пробегая сотый круг по аудиториям, они скоро дожгли свечу, а после снова пришли в актовый и сели в угол, прижимаясь друг к другу плечами: — Света у нас нет, а я задолбался бегать, пи, — пробормотал Артит. — Если он нас достанет: я не злюсь на тебя. Ты же не виноват, что он здесь есть. Ты не знал о нем. — Я виноват. Потому что в ответе за тебя, должен заботиться о своем младшем, а я вместо этого только наказываю и унижаю. А ведь в универе были случаи, когда ребята не выдерживали. На соседнем факультете был суицид, и программу там закрыли. — А этот? Тоже? — Если это тот, о ком я думаю, то я ничего не понимаю… — ответил глава, а в актовом раздался голос: — Так вот вы где… а я вас вижу. Больше не сбежите. — Прэт, отпусти моего младшего. Он застрял здесь из-за меня, — Там поднялся, подходя к призраку вплотную. — Ун не должен был быть здесь. Отпусти его. — Так он — младший… Замечательно… — прошелестел призрак. — Ай’Ун, наставники ведь издеваются над тобой, как надо мной когда-то? Посмотри, что они со мной сделали… А ведь я был симпатичным парнем. Я приглянулся их Главе. Номера у нас совпадали, помнишь, Там? И он с дружками затащил меня сюда ночью. Рассказать, как они развлеклись со мной? Как сняли одежду и заставляли убегать и прятаться от них в аудиториях? И били каждый раз, когда находили… обычно, по яйцам, им нравилось, когда я кричу. А потом им и этого стало мало. И засунуть в меня член им показалось хорошей идеей. А второй — еще более хорошей. Говорят, от этого не умирают. Нет, но это адски больно. Мышцы рвутся с противным звуком, а потом ты не видишь и не слышишь ничего… А глаза? Они засунули мне в глаза карандаши. На часах было двенадцать ноль две. И я умер. А их даже не наказали, хорошо быть сыном ректора университета, верно? Я нашел двоих из них. Это было приятно: когда я его душил, он трепыхался, как когда-то под ним трепыхался я. Второй не выдержал игры и повесился сам. А охранник увидел то, что не должен был. И потерял глаза. А третий… Если Там уже наставник, значит, третий уже выпустился. Но ничего, и ты подойдешь, приятель. Я слышал, как ты доводишь до изнеможения этого парня. А сюда ты его за этим привел? Поразвлечься так же, как со мной? Разве нет? Тоже хочешь его? Хочешь раздеть его, ударить? Но мы не позволим, правда, Ай’Ун? — Какого черта ты несешь? — Там, кажется, забыл, что перед ним призрак. — Прэт, какого черта? Я не собираюсь делать с ним ничего подобного! Это мой младший, черт возьми! Я никогда не думал о подобном! — Ай’Ун, он ведь бесит тебя, правда? — призрак обошел Тама и приблизился к Артиту: — Ты поможешь мне. Мы вместе от него избавимся. Наставники только и делают, что мучают и издеваются. Но сегодня мы позабавимся с ним. Он ответит за все. — Конечно, пи’Прэт, — ответил Артит, а сам кивнул Таму на дверь и одними губами произнес: — Беги… Но Там остался на месте: — Я не побегу, Ун. Ты из-за меня тут застрял. — Так ты солгал мне? — прошипел призрак. — Хотел дать ему время на побег? Как благородно! Тогда развлекусь с обоими! — Лапы от него убери, тварь! — крикнул Там, подходя к Артиту и хватая того за руку. Призрак потянулся к ним, но наткнулся на препятствие. — Почему? — удивленно пробормотал он. Артит и Там бросились бежать, не размыкая рук, и в конце коридора не увидели двери. Уже слетев пулей с лестницы и останавливаясь в холле, они наткнулись на смертельно бледного охранника, который с ужасом смотрел на двух парней в синяках, царапинах и в разорванных рубашках. — Эй, вы что тут делаете ночью? Вы подрались? На часах было шесть ноль пять, и Артит с Тамом оглушительно расхохотались: — Подготовился к тесту, блин, — сквозь смех проговорил Артит, и охранник вызвал скорую. Наше время. — Вот и все. Мы бегали от него, сколько могли, потом тянули время, как могли, а потом наступило утро, — закончил Артит. — Он охотится за наставниками, но вряд ли другие уйдут целыми. Охранника он не пожалел. А теперь сидим тут, бережем свет. Главное, чтобы фонари не сели раньше времени. — Что сделали наставники с тем парнем? — спросил Конг. — В универе об этой истории все молчат, хотя, когда Там учился на первом курсе, его одногруппник погиб здесь, в этом актовом зале. Всем говорили, что это несчастный случай. Но, похоже, после собрания наставники решили над парнем поиздеваться, изнасиловали и убили. И теперь призрак мстит всем наставникам, так как не смог отомстить тем, кто его убил, — закончил Артит. — И программу «СОТУС» еще не отменили? — возмутился Вад. — Ага, декан так и напишет: «Прошу отменить программу „СОТУС“, дабы удовлетворить живущего в корпусе призрака». Вопрос, в какую из психиатрических клиник его отвезут? Да и при чем тут наставничество и убийство? Эти парни убили его, потому что мудаки, а не потому что наставники, — ответил Прэм. — У нас тоже были ситуации с рукоприкладством, — пожал плечами Артит, — но глава узнал, их вышибли из универа. Сейчас вам куда легче, чем нам в свое время, но вы все равно находите неприятности на жопу. Но что теперь, убить вас всех? — Ты все-таки решил попробовать, Ай’Ун? — прошелестело за дверью.