Роза пустыни

Лечение проходило успешно. Жади восстанавливалась. Всё чаще слышался смех из её уст, она стала очень приятной собеседницей. Мало того, вкус к жизни у Жади появился такой, какого, пожалуй, она не помнила никогда. Она запоем читала книги Антонио, ходила за продуктами на рынок, училась готовить у Фредерики и, надо сказать у неё хорошо получалось. Она каждый день стала выходить куда-то: то в театр, то в музей, то в кино. Конечно, лицо её всё ещё часто озарялось печалью, но это уже была светлая печаль. Дальше – больше. События завертелись с удвоенной силой. Просто вихрь какой-то! Жади оформили вид на жительство в Потругалии, а ещё Фредерика вот-вот должна была родить своего первенца и прекратила летать. А на своё место порекомендовала Жади, тем более, что Жади знала португальский и арабский и стала летать по маршрутам внутри страны, в Бразилию и арабские страны. Правда взяли её с условием, что она выучит английский и перейдет на европейский стиль одежды. Всё складывалось удачно. Английский учился хорошо, то ли потому, что это был третий язык, а каждый последующий, как правило, учится легче, то ли у неё были способности, но всё было по плечу. А касательно внешнего вида… Тут произошла совершеннейшая метаморфоза. Жади решила начать жизнь с чистого листа и произвела кардинальные изменения. В первую очередь, она решила, что Жади Эль Адиб прекратила своё существование, сев в самолёт, летевший в Лиссабон. Она написала заявление о смене имени и фамилии, как это можно было сделать по законам Португалии по собственному желанию. Так появилась Роза Альпани – европейская женщина, португальская стюардесса. -У меня на родине мужчины часто называют женщину «цветок пустыни», рассказывала она Фредерике,- так вот в какой-то мере я и есть цветок пустыни. И имя ему - Роза. Затем она выбросила свой камень в океан. -Это теперь уже не моя судьба. Я больше не Жади, я больше не Нефрит,-прошептала она, видя, как зеленый отблеск тает под водой. -Раз я теперь европейская женщина, мне ни к чему все мои арабские наряды, помоги мне подобрать новый стиль,- попросила Жади свою подругу – Фредерику. -А где Жади?-удивлённо спросил Антонио свою жену, когда она вернулась домой с незнакомой женщиной. -А Жади больше нет, знакомьтесь, Роза – засмеялась женщина с голосом Жади. -Бог ты мой, и правда Жади больше нет,- охнул Антонио и тоже засмеялся. А Жади, то есть теперь будет правильнее называть её Роза выглядела полной противоположностью Жади. Она безжалостно обрезала свои шикарные волосы, оставив длину до плеч. В салоне ей выпрямили непослушные волосы и покрасили в светлый цвет. На Розе было коричневое строгое платье-футляр до середины колена. Глаза уже не были ярко поведены, да и сами теперь были голубыми. Роза вставила голубые линзы, чтобы всё выглядело гармонично. Надо сказать, что Жади сделала это не только для того чтобы засвидетельствовать начало новой жизни, всё же ей предстояло летать в страны, где она могла встретить людей из прошлой жизни. Особенно Лукаса. Нет, она не испытывала к нему ненависти или обиды, и даже разочарование уже прошло. Просто ей больше не хотелось слышать его нудные заверения в любви и попытки убедить её в своих чувствах и возможном будущем, которые как всегда оставались бы попытками. Боялась она встретить кого-нибудь из своей семьи, потому как хоть её и оправдывала болезнь, но внутри себя Жади так и не находила оправдания. Ей не было стыдно, что она отошла от религии, сменила обычаи и живет теперь, как европейская женщина, она всегда относилась к этому лояльно. Но ей было безумно стыдно за преданное доверие, эгоизм и боль, которую она причинила им всем. Особенно Саиду и Хадиже. А с новым именем, внешностью и профессией вероятность, что её узнают, сводилась к минимуму. -Ну, что ж, добро пожаловать в новую жизнь, Роза!-улыбнувшись произнёс Антонио и обнял свою беременную жену. Роза весело покрутилась перед ними, а Антонио и Фредерика обнявшись с улыбкой, смотрели на близкого теперь им человека и улыбались, как улыбаются глядя на своего ребенка.