Malu Urug

Пока несчастного Снейпа отпаивали тройной дозой успокоительного, а Гарри внимательнейшим образом ощупывал вылеченный от многочисленных повреждений язык, Дамблдор усиленно пытался разобраться в сложившейся трагедии. Упрямо молчавшие беглецы в этом нисколько не помогали. — Мой мальчик, — терпеливо допрашивал семикурсника директор. — Я не могу отпустить тебя, пока не буду полностью удовлетворен твоей безопасностью. В твоей крови был обнаружен сильный и знакомый мне яд, а укусы монстра… Томас натравил на вас какую-то тварь? Ну же, не молчи. Гарри обиженно потер шею, даже, блять, не зная, с чего и начать. — В общем, победил я его, профессор, — а в голосе никакой радости, лишь беспробудная тоска. — Бледный орк уже не пытается убить меня. Это… Поттер обречённо провыл на одной ноте, искренне раскаиваясь в своих поступках. Все! Больше никаких наркотиков! — Он тупанул ритуал. Дважды. Из-за нашего порошочка, сэр. — Вашего? — опомнился Снейп и медленно перевел взгляд на Дамблдора, преувеличено заинтересованно разглядывавшего портрет на противоположной стене кабинета. Поттер так же внимательно смотрел в окно. Повисла тишина. — Сейчас не так важно, кто именно… — ВАШЕГО?! — Мой мальчик! — Сэр, мы сейчас о спятившем Волдеморте! — А кто по-вашему в его состоянии виновен? Кто довел его до ручки, кто? — взревел мужчина, утонув в этом дурдоме. — Ну, я, — скромно потупился Гарри. — Но иначе меня бы убили. Это… Это самозащита! — То есть он больше не считает тебя врагом? — с заинтересованной физиономией ученого подался вперед Альбус. — Кто вы друг другу теперь? — Я был частью ритуала, пленником, был сбежавшим узником, убийцей… — Что?! — Я скормил Нагайне, это орочья змея, Питера Петтигрю, — застенчиво шаркнул ножкой гриффиндорец. — Это который… — ЧТО ЗНАЧИТ, СКОРМИЛ ЗМЕЕ?! В КАКИХ ТЫ ОТНОШЕНИЯХ С ТЕМНЫМ ЛОРДОМ?! Альбус, вы только посмотрите на него! На его язык! — Я был под наркотой! — крикнул в диком стыде Гарри, спрятав лицо в ладонях. — Я считал, что целую Джинни! Я же не виноват, что этот ебаный паук решил ответить и меня своими штуками пожевал! То-то я радовался, что носу ничего не мешало… Снейп в гадливом омерзением сплюнул на пол, чем заслужил строгий укоризненный взор директора. — Да более того, он оставил на Темном Лорде одну из своих чудовищных татуировок! Вы их видели, Альбус?! А когда недоносок протрезвел и сообразил, что все это время происходило… Темный Лорд не согласился от нее избавиться. От. Татуировки. Поттера. — Ах, молодость! — воскликнул Дамблдор и смахнул с глаза слезинку. — Пора любви, страстей и подвигов! Мой мальчик, не поделишься ли, что это было за животное? Гарри мстительно улыбнулся, преодолев отвращение к своему поступку: вот так запросто дарить свои сокровища врагам было смерти подобно. Затем распахнул мантию и приподнял рубашку, открывая взгляду старика свое угловатое тулово. И ткнул на один из полудохло шевелящихся рисунков. Снейп, не удержавшись, шагнул ближе, разглядывая, что именно там изображено. И подавился слюной. На него тупым несуразным взглядом мигал арабский песчаный удавчик*. — Как он на это согласился? — оторопело скривился преподаватель. — И на какой части тела этот позор? — Орочий Лорд сказал, что согласится только на змею, — омерзительно рассмеялся гриффиндорец. — Спор продул. Мы когда бегали по лесу, я кентавра одного нашел… И Морда сказал, что если я его опять поймаю и укушу за ж… — Нет, хватит! Зельевар с превеликим трудом подавил в себе рвотный позыв, прикрывшись ладонью. Мало того, что они уже несколько раз встречались, заключили перемирие, целова… И Северус точно бы проблевался, найди они и другие повреждения на теле Поттера, доказывающие эту премерзкую связь. Возможно, один был слишком невменяем для подобных «подвигов», а второй банально не мог.       Открывшего было рот Снейпа прервал знакомый стук от окна. Там сидела уже незнакомая сова с письмом в лапах. И выглядела та столь потрепанно, что в отправителе не осталось никаких сомнений. — Он что, думает, я клюну на ту же удочку второй раз? — ошарашено пробормотал Гарри, впуская внутрь мордоорочью посланницу. Но как бы не так! Повторно на хмыриную подставу он не попадется! Подхватил письмо и невыносимо радостно рассмеялся: — О, Снейп, это вам! — Можешь прочесть, на тебя портключ не сработает, — нетерпеливо ответил Дамблдор, подходя к своему ученику во всех смыслах и вглядываясь в криво написанные строки. — Какой кошмар, Том в лучшие годы был образцом идеального почерка. Где же он свернул не туда?.. — Ну конечно, плохой почерк это и есть самое кошмарное в Темном Лорде! — взбешенно огрызнулся Северус. И тут же вскинулся: — И не смейте читать мое письмо! — О, вы бы видели его пальцы сейчас, профессор, — с космическим удовольствием ответил Поттер Дамблдору. Директор заинтересованно перевел взгляд на парня. — И руки. Его всего. — Мой мальчик, могу ли я… — А смотрите. И уставились друг другу в глаза на несколько невыносимо долгих минут. Снейп нетерпеливо притопывал ногой, борясь с гневом на вид этой нездоровой телепатии, которую он был удостоен чести наблюдать уже несколько лет. Волшебникам было банально лень говорить вслух или доползать до думосбора ножками. Наконец, Альбус сморгнул наваждение, а Гарри расплылся в мерзкой кровожадной улыбке. Директор согласно кивнул, и Поттер просиял в ответ. Дальше они вернулись к письму. — Весьма жду возвращения своего предателя-урук-хая… Профессор!!!!! — Да, я пытался научить его языкам и сказкам, — с вселенской печалью и мудростью в голосе важно ответил старик. — Том должен иногда понимать тебя в некотором плане. Но… Несчастный мальчик отчего-то постоянно сбегал от меня. И Снейп в этом полностью поддерживал несчастного Лорда. Потому что кто научил Поттера делать магические татуировки? Кто давал ему рисунки самых убогих и отвратительных на вид тварей? Кто научил безнаказанно посылать нахуй самого министра магии на эльфийском? И кто, блять, был автором печально известного наркотика?! — Какая жалость, он пропустил столько веселья, — так же несчастно вздохнул Гарри, будто разделяя с директором какую-то тайну мирового масштаба. — Читаю дальше? Если хочешь заслужить мое прощение, верни мальчишку домой. Если хочешь после этого выжить — верни его прямо сейчас. Если надеешься остаться здоровым, прихвати с собой и тот школьный наркотик. Если при всем при этом мальчишка вернется в излеченном состоянии, я позволю тебе даже уйти обратно в Хогвартс. Т. Л. Ого, представляете, профессор? У нас тут проклюнулись добрые, светлые чувства всепрощения и сопереживания! — Я уничтожу наркотик, чтобы Том не нашел контрритуал, — довольным тоном сообщил Дамблдор, по хозяйски взяв письмо и поведя по нему волшебной палочкой. — Домой, мистер Поттер, домой — это куда? — ласково-опасным голосом пропел Снейп, и Гарри побледнел и покраснел одновременно, изойдя пятнами. — Тебе хватило одной ночи, чтобы называть то отвратительное место своим домом? — Я что ли его так называю?! — Поттер принял вызов, подходя к озлобленному преподавателю ближе. — Да благодаря мне, у нас на руках мирный договор! — Ты целовался с убийцей своих родителей. — Это была Джинни! — Ты целовался с Волдемортом! — повысил голос Снейп, тоже шагнув навстречу. — С мужиком! — Какой еще мужик?! Вы видели его??? — Гарри тоже шагнул вперед, оказавшись с недругом нос к носу. — Ох, еще лучше: ты целовался с гигантским насекомым-змеей, Поттер! Давай, скажи, что это не так! — Снейп, удар ниже пояса! — взревел парень и кинулся на преподавателя в рукопашную. — «Профессор Снейп», Гарри, — пробормотал Дамблдор себе под нос, поправляя ученика и не обращая внимания на яростную схватку под боком. Затем как-то сладострастно причмокнул губами, незаметно подхватил несколько порций порошочка и… выпрыгнул прямо в окно. Молодой мужчина и мужчина в возрасте замерли на полу, прервав мстительную жесткую драку (Дамблдор наложил чары на собственный кабинет, и никто, помимо него самого, использовать в нем магию не мог: его любимейшие ученики и стар, и млад взяли дурную привычку выяснять отношения на каждой своей встрече. И драться. Неопытного Гарри было жаль, а успевшие попасть в Снейпа заклинания… В общем, свою великолепную находчивость Дамблдор и Поттер брали оттуда же, откуда находили эскизы сумасшедших татуировок.) — И куда твой Гендальф ушел? — со злобой выдохнул Снейп, отталкивая от себя ненавистного парня. — Сейчас не время сбегать, не разобравшись с такими серьезными проблемами! — Ах, старость! — скопировал голос директора Поттер, потирая ушибленный лоб. — Пора любви, страстей и подвигов! Ошибки он улетел исправлять. К собственному орку.