И что дальше?

Утро выдалось на редкость богатым разными мелкими (и не очень) происшествиями. Первым событием, запустившим этот порочный круг, оказался несработавший будильник. Позже оказалось, что Леви забыл поставить телефон на зарядку, отчего тому просто не хватило сил разбудить своего хозяина. И если бы не взбунтовавшийся мочевой пузырь, до работы он вряд ли добрался бы раньше обеда. Благо, что находилось кафе, которое теперь именовалось «Уору Розе» в двадцати минутах медленной ходьбы или семи — быстрого бега с препятствиями по хитросплетениям улочек. Но это того стоило, он пришел раньше на целых три минуты. Быстро сменив верхнюю одежду на черный фартук с эмблемой заведения — белый силуэт девушки в причудливой короне, заключенный в раму, формой напоминающую геральдические знаки, Леви прошествовал за стойку. Начался очередной рабочий день. Утренняя сонливость потихоньку сходила на нет благодаря работе, уводя за собой дурное настроение. А когда в кафе зашел высокий зеленоглазый парень, то оно даже рискнуло перевалиться за отметку выше нуля при изначально отрицательном значении. Он не ожидал увидеть его тут, но при взгляде на юношу внутри разлилось подозрительно приятное чувство. Похоже, он был рад видеть мальчишку. Ривай одернул себя, по привычке закрывая эмоции в себе, и, приняв равнодушный вид, дождался, пока посетитель наконец соизволит подойти к нему. — Привет, — подойдя ближе к стойке, улыбнулся Эрен во все тридцать два зуба, сияя, как ясно солнышко. — Привет, — согласился Леви, у которого едва заметно дрогнули уголки губ, улыбка парня оказалась чертовски заразительной и противиться ей было нереально даже для Ривая, — что будешь заказывать? Эрен задумчиво уткнулся в меню, стараясь не обращать внимание на присутствие брюнета и отчего-то взбунтовавшееся сердце, которое билось так, словно он только что выиграл стокилометровый марафон. Леви, в свою очередь, исподтишка разглядывал Эрена. Тот выглядел каким-то… отдохнувшим что ли. Синяки под глазами стали практически незаметными, парень был одет куда аккуратнее, чем в предыдущие их встречи, да и желание сдать на руки врачам, пускай приведут в порядок, практически отсутствовало. А еще он выглядел немного взволнованным. Интересно. — Ну так что, ты определился? — через некоторое время поинтересовался Аккерман, устав ждать, пока Эрен определится с заказом. — А? Вроде. Можно мне, пожалуйста, чай с бергамотом и шоколадный маффин. Пробормотав что-то типичное, как-то «можно, если осторожно», но исключительно неразборчиво и для удовлетворения внутренней потребности что-либо сказать, Ривай отправился исполнять заказ. Интересно, Эрен правда считает, что Леви не чувствует на себе украдкие изучающие взгляды? Выдав требуемое и услышав тихое «Спасибо», Аккерман неловко застыл — ему не хотелось, чтобы мальчишка уходил, но причин оставаться у того больше не было. Взглянув на парня, Риваю показалось, что тот тоже не прочь остаться подольше, но вот такое вот стояние друг напротив друга… — Что-нибудь еще? — Леви все-таки нашел в себе силы произнести эти слова. И вправду, сколько можно стоять и пялиться друг другу на ноги, не в силах поднять взгляд и посмотреть в глаза. — Ну… нет, ничего, — и Эрен поспешно ретировался из заведения. Ривай немного растерянно пожал плечами, впечатленный скоростью побега, и, проводив спину парня взглядом, принялся протирать поверхность и без того идеально чистой столешницы. Но что такое идеал? Через пару минут с улицы раздался какой-то грохот и лишь непосредственная близость громких звуков с местом работы заставила Аккермана выйти и посмотреть, что же там происходит. А посмотреть было на что. Два парня, одним из которых почему-то оказался Эрен, мутузили друг друга. Второй был чуть повыше и более мускулистым, с копной русых волос на голове и смазливой мордахой, уже разукрашенной несколькими кровоподтеками и гематомами. В стороне валялся только что выданный Эрену стаканчик с пролитым чаем и сиротливо лежащий раздавленный чьей-то безжалостной подошвой маффин, а источником шума, как выяснилось, послужили непонятно как опрокинутые мусорные баки, находящиеся за кафе и служащие очевидным целям. Прохожие заинтересованно наблюдали за мордобоем, не торопясь разнимать задир. В маленьких городках всегда мало развлечений, подобного рода события никогда не оставались без внимания, но тут, скорее всего, причиной пассивного поведения послужил естественный инстинкт самосохранения. Несмотря на кажущуюся хрупкость, Эрен умудрялся побеждать более сильного, во всяком случае, визуально, противника. Изумрудные глаза полыхали яростью, а кулаки с завидной точностью били в цель. И что его могло так взбесить за пару минут? Русоволосый пытался нанести ответные удары, но быстро сообразив (не без помощи наглядной интерактивной демонстрации), что ничего у него не выйдет, пытался по возможности защищаться. Вот только бешеные выпады Эрена спокойно игнорировали неумелый блок. Такими темпами зеленоглазый его быстро прикончит и размажет тонким слоем по дороге. Ривай раздраженно цокнул языком и бесстрашно двинулся в самую гущу импровизированного сражения. Несколько едва уловимых движений и оба парня тихо ругаются под нос, потирая ушибленные тяжелой рукой (и не только) Аккермана места. После восстановления порядка, он по очереди одарил драчунов тяжелым презрительным взглядом, давая возможность каждому из них подумать о своем поступке и раскаяться в содеянном. — Наигрались? — холодно поинтересовался он. — А теперь каждый из вас берет и убирает устроенный беспорядок. Перчатки, так и быть, я вам выдам. И меня абсолютно не волнуют ваши дела, — предупреждая, ответил Ривай и перевел колючий взгляд стальных глаз на русоволосого, который хотел было попытаться что-то возразить, но, поймав взгляд, резко передумал. — После самолично проверю, и если меня что-либо не устроит, будете убирать по-новой. Все понятно? Оба парня как по команде кивнули, а затем, обменявшись неприязненными взглядами, с мученическим видом двинулись в кафе за Аккерманом для получения перчаток. Возразить никто не решился. Прохожие тихо посмеивались в кулаки, уважительно глядя на невысокого парня хмурой наружности.

***

Примерно через час усердной работы по возвращению первоначальной чистоты улицы, Ривай вышел взглянуть на результаты деятельности проштрафившихся обалдуев. Еще не зайдя за поворот, Аккерман уже услышал довольно нелицеприятные отзывы о своей персоне, озвученные незнакомым голосом. А еще список пожеланий отнюдь не долгой и счастливой жизни, причем не только в свой адрес. Слова разбавлялись шуршанием пакетов и шкрябанием метелки, любезно у кого-то одолженной. Эрен угрюмо махал веником, стоя к Риваю спиной, а потому не сразу заметил приближающегося брюнета, но обнаружил его присутствие по внезапно замолчавшему Жану, который бесил уже своим нытьем вперемешку с проклятиями до ежиков. Оглянувшись, он так и застыл, широко распахнув невозможные изумрудные глазищи и судорожно сжимая в руках несчастную метлу. Леви придирчиво оглядел место работы и признал, что ожидал гораздо худшего исполнения. Парни внимательно наблюдали за ним, пытаясь предугадать реакцию. — Сойдет. Марш в кафе, там есть вода и аптечка. Устроите здесь такое еще раз — уборкой не отделаетесь, — мрачно изрек Аккерман, с некоторым удовольствием наблюдая, как напряжение понемногу сходит с их лиц, превращая застывшие маски в обыкновенные юношеские физиономии. Не дожидаясь сколь-либо заметных поползновений в сторону «Уору Розе», Ривай в одиночестве вернулся на свое рабочее место. Посетителей практически не было, а потому он мог спокойно наблюдать за двумя парнями. Русый воровато оглядывался по сторонам, боясь поднять взгляд и тем более встретиться им с черноволосым баристой, стоящим за стойкой. Эрен же напротив, открыто смотрел по сторонам, немного задержавшись взглядом на Леви, но встретя его стальные глаза, смущенно отвернулся. Оба направились по направлению, которое указал Ривай, мотнув им головой. Зайдя в дверной проем, отгороженный от зала лишь декоративной шторой, они увидели довольно большую сумку болотного цвета с большим красным крестом на крышке, который явно указывал на предназначение вещицы, и две бутылки со слабогазированной водой. Жан блаженно вздохнул и открутил крышку, жадно присосавшись к бутылке. Эрен немного помедлил, а затем открыл замок и откинул крышку сумки. Арсенал внутренностей впечатлял. Помимо стандартного набора таблеток, жгута, бинтов двух видов и прочего, также имелись авторские дополнения. Названия большей части лежащего там Эрен не знал, а о применении мог лишь догадываться. Парню почему-то вспомнилась немного безумная доктор Зое. При всем богатстве внутреннего мира сумки, найти самые обыкновенные вещи оказалось довольно затруднительно. Нет, в ней не было беспорядка. Напротив, там царил идеальный порядок. И, несомненно, человек, знающий, где искать необходимый предмет, сразу же его найдет, вот только у парня никак не получалось найти искомое. Он открыл кучу боковых и внутренних кармашков, перерыл всю сумку, но антисептик на пару с пластырями упорно не желали быть найденными. Он даже перекись не смог найти. Жан, приговоривший, наконец, бутылку, снисходительно хмыкнул и принялся сам копаться во внутренностях сумки. Через пару минут его лицо приняло озадаченное выражение. Наличие таких простых вещей в этой аптечке оказалось под сомнением. Эрен выудил из бокового кармашка пачку антибактериальных влажных салфеток. — Может, обойдемся этим? — предложил он.

***

Леви краем глаза заметил вышедших из подсобки парней, которые подозрительно быстрым шагом направились к выходу. Почуяв неладное, он быстро отдал сдачу миловидной женщине бальзаковского возраста, которая во всю пыталась строить глазки красивому баристе, и направился ловить паршивцев. Эрен вздрогнул, когда на его плечо опустилась тяжелая рука. — Уже уходите? — поинтересовался обладатель приятного мужского голоса, который заставил парня поежиться, пробираясь в самую душу. Жан прикинулся глухим и резво выскочил за двери, а вот Эрену не так повезло. — Ну… мы уже все… да и… на работу пора, — неразборчиво пролепетал он, не разворачиваясь. Куда только девался его уверенный спокойный голос. Умение, выстраданное годами практики, помахало ручкой, стоило только появиться рядом хмурому брюнету. Ведь даже нормальной причины нервничать не было. — Так, а куда так торопился? Все равно уже обеденный перерыв, — возразил Леви. По-правде говоря, у Эрена вообще сегодня был выходной. Он согласился работать в магазине по выходным, благодаря чему был свободен два будних дня в неделю. Парень выбрал понедельник и пятницу. Сегодня как раз была пятница. Но сообщать о свободном времени в этот конкретный момент почему-то не хотелось. — Не хочешь пообедать вместе? Эрен поперхнулся от неожиданности воздухом. — Вместе пообедать? — переспросил юноша, как будто не поняв значения сказанных слов. — Именно, — подтвердил Ривай. — Правда? — он обернулся, чтобы посмотреть брюнету в глаза и проверить, точно ли ему не снится, не галлюцинация ли. Веселые смешинки в стальных глазах, вызванные реакцией шатена, потухли, как только он обернулся к Риваю лицом. — И что же ты там делал столько времени? Эрен непонимающе посмотрел на Аккермана, но потом сообразил и смутился. — Ну… мы не нашли… — неразборчиво пробормотал он себе под нос. — Я же вам аптечку дал, — нахмурил брови Ривай. Он явно не понимал сути проблемы. — Не говори, что вы ее не нашли, я специально на самое видное место поставил. — Аптечку нашли, а антисептик и пластырь нет, — едва слышно объяснил Эрен. — О боже, — закатил глаза Леви и приказал, — пошли. Эрен уныло и немного пристыженно поплелся за своей рукой, которая теперь находилась в железной хватке брюнета. Усадив притихшее зеленоглазое недоразумение на стул, Аккерман принялся копаться в аптечке. Через минуту на свет были извлечены и пластыри, и перекись, а еще пачка ватных тампонов. Эрен зачарованно смотрел на выуживание предметов, как будто ему показывали фокус. — Их же там не было, — растерянно пробормотал он. — Значит, сейчас они здесь не стоят, — хмуро отозвался Леви. Фронт работ предстоял довольно внушительный. — И что за петушиные бои вы тут устроили? — все же поинтересовался парень, смачивая ватный диск перекисью. Эрен, завороженный четкими движениями длинных пальцев, не сразу понял, что к нему обращаются. — Да так, неважно, — туманно ответил он. — Настолько, что ты решил за это неважно подраться едва выйдя из кафе. Впрочем, не хочешь, не говори. Аккерман требовательно протянул вперед руку, требуя отдать на растерзание пострадавшую конечность. Ощущение холодных пальцев на разгоряченной коже заставило вздрогнуть. Леви поморщился. — Чего дергаешься? Сиди смирно, — скомандовал он. Эрен послушно замер, наблюдая, как из ранки на сбитых костяшках выступает белая пена. Леви аккуратно стер ее и перешел к следующей ранке. Покончив с промыванием, перемотал бинтом руку, совершенно игнорируя возражения парня, цыкнув только: — «Так надо. Увижу без — пеняй на себя». Разбитая губа вызвала больше проблем. Эрен отчаянно краснел стоило только Риваю придвинуться чуть ближе. Наконец нервы брюнета не выдержали. — Либо сидишь спокойно, либо звоню Ханджи, пусть с тобой разбирается, ей как раз скучно дома, — пригрозил он. Эрен сглотнул и закрыл глаза, отчетливо представив себе беседу с доктором. Это было ошибкой, ведь теперь прикосновения чувствовались еще отчетливей, зато он не видел напротив себя красивое лицо со стальными, почти прозрачными глазами и сосредоточенно поджатых губ. Покончив с приведением парня в порядок, который теперь немного напоминал огородное чучелко, Ривай шутливо взъерошил тому волосы на голове со словами: «Молодец, хороший мальчик». Парень фыркнул. — Хорошим мальчикам за примерное поведение полагается вознаграждение, — шутливо ответил он, хитро сверкнув глазами. — Ты смотри, рифмами заговорил. Может, еще и умом обзаведешься, — в своей манере ответил Аккерман. — Извини чудовище, но ты пролетаешь. Я на твои боевые ранения весь свой перерыв убил, а ты — свой. Хотя поделом тебе, — и отвернулся к столу, намереваясь убрать последствия врачевания. — Вот как? В таком случае беру другой валютой, — парень резко вскочил со стула и, быстро приблизившись к Леви, неловко клюнул того в щеку. Потом уже от двери донеслось: — «Спасибо большое. До встречи!». Потом и хлопок этой самой двери. — Как маленький ребенок, честное слово, — пробормотал Ривай, касаясь кончиками пальцев щеки.

***

Остаток дня прошел как-то смазано. Щека все еще хранила душевный порыв зеленоглазого чуда, а Ривай все еще пребывал в хорошем расположении духа. Даже Ханджи заметила необыкновенно приподнятое настроение друга. Он почти не стал ругать ее за взрыв пищевой бомбы на кухне, чего с ним не случалось… ну… никогда, вообще-то. — Аккерман, я тебя не узнаю. Неужели и в тебе проснулось наконец что-то хорошее? Где оно? Покажи, — очкастая не поленилась встать с дивана и, придерживая одной рукой очки, сделала вид, что тщательно разглядывает парня, пытаясь обнаружить это самое проклюнувшееся хорошее. — Отвали и не мозоль глаза, — огрызнулся тот, плюхаясь в любимое кресло, — в противном случае выдам вместо швабры зубную щетку, а вместо кухни весь дом. Ночь длинная, да и завтрашний день у тебя свободен. Как тебя вообще отпустили с работы баклуши бить? — Надо просто знать, где надавить, — коварно улыбнулась девушка, не собираясь выдавать секреты убеждения собственного разлива. — А вообще, Ривай, ты — самый занудный из всех, кого я знаю. — Снова Моблита оставила на растерзание? Безжалостная женщина, — пропустив ее слова мимо ушей, констатировал Леви. Этот паренек однажды пришел проходить интернатуру в больнице и так Ханджи приглянулась исполнительная и надежная натура парня, что она быстренько прибрала его к рукам. Руководство не возражало, сам парень тоже. Вот уже три года он чудом сдерживал самые безумные порывы доктора, разбавляя атмосферу чрезмерной любознательности благоразумием. Какими целями руководствовался Моблит было непонятно. С Зое могли работать единицы, а сработаться пока получилось только у одного единственного человека. Вполне вероятно, что он был мазохистом, иной реальной причины терпеть очкастую Ривай не видел. — Все-то ты знаешь. Ничего, ему полезно. Он сам меня уговаривал оставить все, как есть, и поехать отдохнуть, — отмахнулась девушка, совершенно не чувствуя укола вины. — Конечно уговаривал. Я бы тоже уговаривал, не повези мне работать с тобой. Ты там просто всех достала, а так как увольнять тебя глупо, они просто отправили во временный отпуск. Радуйся, что ты практически незаменимый хирург. — Что значит «практически»? — возмутилась девушка. — Незаменимых не бывает, — пожал плечами Аккерман. — Философом заделался? Брось, тебе не идет, — уязвленно отозвалась Зое. — Лучше будь мягким и пушистым, чем непрошибаемым и ядовитым. Лично мне так больше нравится. — У всех нас есть мечты, — фыркнул на ее заявление Аккерман, — к сожалению или нет, основная их часть — несбыточная. Твоя как раз из этой оперы. — Как знать. Раз в год и палка стреляет, — парировала Ханджи. Ривай лишь хмыкнул, устраиваясь поудобнее и открывая незаконченную книгу. — И все-таки, чего это ты такой довольный пришел? В последнее время не успеваю следить за сменой твоего настроения, — Зое просто не могла оставить этот момент без внимания. Аккерман решил попробовать отмолчаться, делая вид, что полностью поглощен чтением занимательнейшей книги. Девушка какое-то время прожигала парня взглядом, а потом схватила с кофейного столика телефон и начала что-то писать. Через несколько минут по лицу Зое растеклась широкая, от уха до уха, немного пугающая улыбка. Ореховые глаза радостно блестели — Я все знаю, — пропела Ханджи, сверкая улыбкой. — Чудно. Надеюсь, это знание каким-то непостижимым образом поможет тебе влачить свое жалкое существование и дальше. Ты как хочешь, а я к себе, — и Ривай встал, чтобы уйти, не намереваясь продолжать участвовать в очередном бессмысленном допросе с пристрастием. — Леви, — вдруг окликнула его Зое, заставив остановится в дверном проеме, — я рада, что ты снова можешь улыбаться. Не зная, что на это ответить, парень просто продолжил свой путь.