Маховик счастья

Если бы Гарри сказали, что он умер и продолжает посещать занятия в качестве привидения, то это удивило бы его меньше. В миг, когда он и Лили покинули кабинет Дамблдора, сознание вернулось, принеся с собой смешанные чувства. Страх, радость, изумление, растерянность. Они спустились вниз, не говоря ни слова. Гарри все время оборачивался, словно проверяя, не исчезнет ли мама. Наверно, спроси его раньше: "Как бы ты отреагировал, если б вдруг узнал, что твои родители живы?" - он бы не задумываясь ответил, что это самое большое счастье в его жизни и он бросился бы к ним в объятья, умирая от радости. Сейчас же Гарри не мог ничего. Он поднимался в кабинет директора, как это уже бывало, ожидая увидеть там что угодно, но только не это. Знал бы он, с кем ему предстоит спускаться обратно... Он ожидал встретить профессора МакГонагал внизу, но в холле было пусто, так что они вернулись в гостиную Гриффиндора в полном одиночестве. Едва был произнесен пароль, и Полная Дама впустила их внутрь, Гарри наконец повернулся лицом к матери. - Пожалуйста... скажи мне... где ты была? Совсем не то, что хотел сказать. Не то, с чего стоило бы начать. Но юноша не знал, что говорить человеку, которого считал умершим всю жизнь. Слезы подступили к горлу. Лили с жадностью всматривалась в его лицо. Она была такая же, как на фотографиях, только морщин вокруг глаз прибавилось. И все же это была она. Гарри смотрел в свои собственные глаза на красивом лице, боясь потерять контроль и начать кричать или плакать. Лили вдруг опустилась, практически сползла на колени и крепко прижала сына к себе. Гарри почувствовал, как ее плечи сотрясаются от беззвучных рыданий. Он закрыл глаза, ощущая, как по щекам бегут горячие капли. Даже дышать стало больно. Он коснулся темно-рыжих волос, стараясь запомнить ощущение, о котором он так отчаянно мечтал все эти годы. Он вдруг понял, что совершенно неважно, получит ли он ответ на заданный вопрос. Ему все равно, почему Дамблдор скрывал от него правду все эти годы. Важно лишь то, что она здесь, рядом. - Гарри, - Лили выпустила его. - Я очень многое должна тебе рассказать, но не знаю, как мне это сделать. Ты презираешь меня? - За что? Лили, видимо, решила не отвечать на этот вопрос. Она встала с колен и сбросила черный плащ, оставшись в длинном темно-лиловом дорожном платье из грубой шерсти. - А здесь ничего не изменилось. Кажется, совсем недавно я сидела в этой гостиной, смотрела на огонь в камине... - задумчиво произнесла она. - Гарри, сядь. Я расскажу тебе все, что знаю сама, и то, что ты должен знать. Они опустились в кресла перед камином. - Прежде всего, я хочу, чтобы ты простил профессора Дамблдора и понял, что он скрывал правду не по своей воле. Ты думал, что я умерла - я сама так долго думала. Сейчас я уже и не вспомню, в какой миг сознание вернулось ко мне окончательно и я начала отличать реальность от сна. Все эти годы я не могла вернуться в Англию, потому что Дамблдор утверждал, что это может грозить тебе смертельной опасностью. Когда ты пошел в школу, когда я узнала о тех событиях, что произошли после, я пришла в ужас и хотела вернуться. Волдеморт возродится, Дамблдор всегда знал это. Он сказал, что пока мое существование остается для него неведомым, ты будешь в безопасности. Конечно, я верила ему. Хогвартс был для тебя спасением. А я могла жить, получая известия, что с тобой все в порядке. Дамблдор был моей единственной связью с миром волшебников, потому что все эти 15 лет я была вынуждена жить в мире магглов. Это был лучший вариант для меня, ведь я выросла среди них. Я не знаю, как смогла вынести все эти годы, - тихо произнесла она. - Он мог бы мне сказать... Просто сказать, что ты жива... Лили покачала головой: - Нет. Твои мысли слишком уязвимы для Волдеморта. Все было продумано так, что порой мне самой казалось, что я мертва. Я жила под другим именем и фамилией, в другой стране, другой жизнью. Возможно, если бы не мысль о твоей безопасности и благополучии, я просто бы сошла с ума. Гарри заворожено смотрел на тонкий профиль. Он много раз представлял себе, как говорил с ней, слушал ее голос. Реальность оказалась более ошеломительна. - Ты... Ты не уйдешь?.. Ты больше не уйдешь? Лили посмотрела на него, и в сверкающих, словно два изумруда, глазах вновь заблестели слезы. - Нет, я не уйду. Я буду с тобой столько, сколько даст нам время. - Я столько должен тебе рассказать.. - Я многое знаю о тебе, - она мягко улыбнулась, - Дамблдор писал мне длинные письма, рассказывая о том, какой ты... Так странно было читать все это и теперь увидеть тебя. Ты так похож на Джеймса... - она замолчала. Гарри распирало изнутри. Ему хотелось разом вывалить ей все, все свои мысли, чтобы она знала, что знает он, чувствовала то же, что и он. И все же юноша не мог выдавить из себя ни слова. - У меня будет просьба к тебе. Пока я нахожусь в школе, никто не должен знать о моем настоящем имени и о произошедшем сегодня. - Даже мои лучшие друзья? - Ну, для них ты, пожалуй, можешь сделать исключение. Ничего хорошего, если поползут слухи. Люди, знаешь ли, весьма критично относятся к внезапно воскресшим. Я не сомневаюсь, что Дамблдор еще многое расскажет тебе, да и мне. Ведь я тоже не знаю всего. Когда живешь за границей, до тебя долетают только слухи, а я не склонна полагаться на них. Я знаю одно: то, что он открыл тебе правду, позволил мне вернуться, - все это о многом говорит. Значит, пришло время что-то изменить. Он же никогда ничего не делает просто так, - она улыбнулась. - Ты веришь ему? - Конечно. Ему я обязана своей жизнью, Гарри. Он спас меня. - Но... Как?! Лили прикоснулась тонкими пальцами к вискам. -Я... Не знаю. Не помню. Он никогда не отвечал мне на этот вопрос, да для меня это и не имело значения. Они говорили еще очень долго. Гарри понимал, что в несколько часов, оставшихся до утра, он не сможет вложить всю свою жизнь, но ему важно было продолжать говорить, слушать ее в ответ. Теперь, когда мать сидела рядом с ним, казалось, что больше нечего бояться, что он уже по-настоящему не одинок. Когда часы на камине пробили 6 утра, Лили встала. - Мне надо уйти. Скоро проснуться твои однокурсники, не нужно, чтобы они видели меня здесь. - Подожди... Куда... куда ты уходишь? - Не волнуйся. Нас разделяли сотни километров, а теперь будут всего лишь несколько этажей. Теперь я живу в замке, в комнате, которую Дамблдор специально подготовил к моему возвращению. Нам предстоит обсудить еще очень многое. Боже, ты же почти не спал этой ночью, а тебе идти на занятия... - Лили покачала головой. - У тебя есть еще два часа до подъема. - Ты думаешь, я смогу уснуть? - Попытайся. На сегодня достаточно впечатлений. Гарри ужасно не хотелось расставаться, однако он понимал, что риск быть обнаруженными слишком велик. И потом, его разрывало от желания подняться наверх, разбудить Рона и рассказать тому все. Лили слегка наклонилась, крепко обнимая сына. Гарри уловил легкий запах жасмина, который показался ему до боли знакомым. Женщина вновь набросила на плечи плащ и направилась к выходу из гостиной. *** Это оказалось сложнее, чем она ожидала, намного сложнее. Лили обещала Дамблдору сохранять спокойствие, но удалось ей это с трудом. Пока они были там, в кабинете, это более или менее было возможно. Но едва они остались с Гарри одни, она поняла, что готова сорваться. Не видя сына 15 лет, проживая его жизнь лишь в письмах и фотографиях, она боялась напугать его и испугаться самой. Как научиться вновь быть матерью мальчику, который уже давно смирился, считая себя сиротой? Все это время его окружали, о нем заботились, его защищали - другие люди, а где была она? Что она могла сделать для него? Вернуться в Хогвартс было счастьем и великим испытанием одновременно. Она отвыкла от жизни в мире волшебников гораздо больше, чем думала. Ей, несомненно, предстояли встречи с многими людьми, которые считали ее погибшей, и эта мысль навевала ужас. Она почувствовала себя вышвырнутой на яркий свет после длительного пребывания во тьме. Дамблдор сделал очень многое, и все же большую часть ей предстоит сделать самой, и главное, рассчитывать только на себя. Она остановилась и огляделась. Вот черт, за нахлынувшими мыслями совсем не заметила, куда идет. Все же много времени прошло с тех пор, как она была в Хогвартсе последний раз. Не хватало еще заблудиться. Не возвращаться же ей в Гриффиндроскую гостиную. - Кажется, тебе не помешала бы подробная карта Хогвартса, - голос сзади застал врасплох, и женщина с трудом удержалась, чтобы не вскрикнуть. - Я вижу, привычка подкрадываться сзади, Северус, доведена до совершенства, - Лили придала лицу спокойное выражение и только потом повернулась. - Разве Дамблдор не объяснил тебе, куда идти? - Снейп, казалось, появился из ниоткуда. И эту встречу, в такой момент, Лили никак не могла назвать приятной. Она посмотрела на мужчину. Там, в кабинете, ее внимание целиком сосредоточилось на Гарри, Снейпа она даже как будто и не заметила. Теперь же она смотрела на него одновременно со страхом и любопытством. Лично по ней, так он совсем не изменился, разве только как-то уж очень сильно постарел. Ее еще в детстве удивляли эти черты взрослого человека на лице тогда еще маленького мальчика-одногодки. Хотя тут дело, наверно, не в самом лице, а в его выражении. Хмурое, сосредоточенное и умное. Таким оно казалось ей тогда и почти таким же осталось теперь, разве только сюда прибавилась печать какой-то смертельной усталости. Все тот же кошмар на голове и неизменный черный цвет в одежде. Лили иногда в шутку представляла себе, так, из любопытства, как он выглядел бы, ну, скажем, в одном из веселеньким камзолов Дамблдора, и пришла к выводу, что это было бы чрезвычайно нелепо. - Думаю, я просто не заметила, как свернула не в ту сторону... Очевидно, я где-то на нижних этажах. - Вовсе нет, почти наверху. - Да? И что же ты тогда тут делаешь? Я думала, ты живешь в подземелье, - она приподняла брови и тут же закусила губу. Как–то не очень она сказала... Ну да и черт с ним. Снейп усмехнулся - и Лили передернулась от того, какой неприятной и злобной показалась ей эта усмешка. Надо же было из всего окружения Хогвартса столкнуть в темном коридоре именно с ним! О Мерлин... И зачем только Дамблдор вообще позвал его... - Если я правильно угадал расчет директора, тебе туда, - он махнул рукой вправо. — Не очень-то мудро разгуливать по пустым коридорам ночью. - Сейчас утро, - сухо заметила Лили. - И я не нашкодившая студентка. С таким же успехом я могу поинтересоваться, что ты делаешь здесь, в восточном крыле, в такое время. Снейп не ответил, продолжая мерить ее пронзительным и холодным взглядом черных глаз. Почему-то она подумала, что он специально караулил ее тут, и поежилась от этой мысли. Она прекрасно знала его манеру запугивать, и подобное поведение ее не удивляло. И уж, конечно, запугать ее саму не удастся. И все-таки было неприятно. Дамблдор рассказывал ей достаточно, чтобы не потерять связь с волшебной реальностью, и все же она, при всем признании блестящего ума Северуса, искренне считала, что он крайне странная кандидатура на роль учителя в школе. Хотя возможно, ему нравится положение, которое он теперь занимает. Есть где проявить свое превосходство. Она поправила плащ и двинулась вправо по коридору. - С возвращением, миссис Поттер... - холодно бросил вслед Снейп, и Лили с тоской подумала, что пребывание здесь грозит стать гораздо более неприятным, чем она думала.