Маховик счастья

Зима обрушилась на Хогвартс внезапно, накрыв его снегопадами, морозом и сбивающим с ног ветром. Учеников все реже можно было встретить в коридорах замка - все предпочитали греться в гостиных собственных факультетов. На уроках царила вялая, сонная атмосфера. Все с нетерпением ожидали рождественских каникул, чтобы получить возможность хотя бы отоспаться по утрам. Зима накануне 1997 года напоминала Северусу Снейпу свой первый, кошмарный год работы в Хогвартсе. Лили снилась ему каждую ночь. И если в прошлом, мучимому невыносимыми мыслями о ее смерти, она являлась ему неизменно живой и счастливой, стоящей возле калитки своего дома, рядом с маленьким садом, улыбаясь и махая рукой, то теперь он страдал от чудовищных кошмаров, просыпаясь каждый раз в холодном поту. Во сне он снова терял ее и не мог отыскать. Он слышал жалобные крики, призывы о помощи, метался, но каждый раз Лили ускользала от него в темноту. Она умирала, а он ничего не мог сделать, каждый раз заново переживая весь ад своей потери. Дамблдор предложил ему пить зелья для сна без сновидений, но долгое время протянуть на них не получилось, в какой-то момент и они перестали действовать. Он боялся засыпать, меря шагами холодные и пустые коридоры подземелья по пол ночи подряд. Уроки Защиты от темных искусств стали сущим кошмаром. Злой и невыспавшийся, он штрафовал за каждый неверный поворот головы, доводя студентов чуть ли не до слез бесконечными придирками. Доставалась всем. Даже его собственный факультет как-то притих, не решаясь устраивать подлянки - таким пугающе-озлобленным на весь мир выглядел их собственный декан. Учителя поглядывали все с большим подозрением, поскольку ночные прогулки по школе не могли оставаться незамеченными. Лили практически не разговаривала с ним с того злополучного дня, как Гарри и Драко устроили драку в классе. Не сказать, чтобы он сильно переживал по этому поводу, говорить с ней было еще тяжелее. Ему было проще казаться холодным и вежливым и удостоиться ответного кивка на приветствие, чем подбирать слова, которые бы не смогли ранить ее. Он хотел бы ей объяснить, что злится на себя самого, что хочет, но не может протянуть ей руку дружбы, потому что боится, что это принесет ей больше вреда, чем пользы. Он сходил с ума от отчаянья, каждый раз встречая ее изящную фигуру в белоснежной мантии в коридорах, классе или на улице. Лили не покидала его мыслей ни днем, когда возможность увидеть ее возрастала, ни ночью, приходя к нему во сне и моля о помощи, которую он не мог ей оказать. Слабым спасением были беседы с Дамблдором, который теперь гораздо чаще вызывал его к себе в кабинет, очевидно, понимая его состояние. Правда, в последнее время в часы этих визитов он все чаще осуждал его, чем поддерживал. - Вы становитесь опасны сами для себя, Северус. Неужели вы не видите, что она боится Вас? Вы всегда внушали окружающим известную долю страха, но и уважения... Снейп повернулся к нему. - Да-да, Северус, уважения! Ваша выдержка и хладнокровность в критических ситуациях всегда были полезны. Теперь же остался только страх. Вы запугиваете окружающих, потом что боитесь признаться в своей собственной слабости. Вы сами отталкиваете ее... О, Мерлин, неужели он не понимает?! - Любовь не может быть слабостью. Я говорю вовсе не о ваших чувствах к Лили, а о неспособности или нежелании в них признаваться... - Вы хотите, чтобы я сказал ей? - Прежде всего этого должны хотеть вы сами. Перестаньте, наконец, себя изводить! Я думал, осознание ее живой придаст вам новые силы, но я ошибся! Вы совершенно расклеились, как будто мертвой вам любить ее было легче. Снейп бросил на директора гневный взгляд. - Может быть, просветите меня, как должен теперь я себя вести? Раскроете свои планы? - Во-первых, отныне, с сегодняшнего дня я настаиваю, чтобы вы приходили в мой кабинет вместе. Мне крайне неудобно отлавливать вас по одиночке и сообщать что-то дважды вам обоим, когда я мог бы ограничиться одним разом. - А во-вторых? - А во-вторых... вы должны заставить себя успокоиться. Ничего страшного пока не произошло, но если будете продолжать так вести себя, у нас могут возникнуть трудности. Ведь вы не передумали, а? Снейп медленно покачал головой. - А теперь представьте себе, как она отреагирует, если вы сделаете ей предложение после того, как пол года шарахались от нее, как от прокаженной... Минимум - подумает, что издеваетесь... - Вы хотите, чтобы я... то есть, я думал, вы скажете ей... - Мне и так предстоит с ней серьезный разговор, но делать за вас предложение о замужестве я не собираюсь, - проворчал Дамблдор. - Но как я... Она же мне попросту не поверит! - А вы сделайте так, чтобы поверила. И да, Северус, это должны сделать вы... Так необходимо для обета. - Может быть, мне наложить на нее Империус? - язвительно произнес Снейп. - Вы же обладаете прекрасным даром убеждения, когда надо, - безмятежно продолжал Дамблдор. - И помните, что она должна дать свое добровольное согласие. Любое насилие над волей обесценит все. - Если вы скажете ей, что это необходимо для сохранения жизни Поттеру, не сомневайтесь, она захочет выйти и за соплохвоста. - Я бы на вашем месте не оценивал себя так низко, - Дамблдор улыбнулся. — Вы ведь были друзьями. - Это уже в прошлом... - Послушайте, Северус, если вы так необратимо верите, что Лили никогда не ответит вам взаимностью как женщина, почему вы не хотите хотя бы заполучить ее дружбу? Здесь важны любые теплые чувства... Снейп молча смотрел на спящего Фоукуса. - Когда вы намерены поговорить с ней? - Чем раньше, тем лучше... В последнее время мое здоровье оставляет желать лучшего. - Вы пьете зелье, которое я вам приношу? - встревоженно спросил он. - О, непременно... - Вы так и не рассказали мне, каким образом вам удалось спасти Лили. - Всему свое время... Как вы себя ощущаете сами в последнее время? Я имею ввиду физически. Зима в этом году выдалась суровая... Хорошо бы, если на Рождество кто-нибудь все же подарил мне пару шерстяных носков. Губы Снейпа тронула слабая, усталая улыбка. - Кстати, я думаю, вам стоит обратится к мадам Помфри. Она приготовит вам зелье, которое вы пили в больничном крыле... Для поддержания тонуса. - Вы оскорбляете меня как специалиста по зельеварению, директор. Я сам могу приготовить себе, что нужно. - И тем не менее, я бы посоветовал вам как следует успокоиться перед разговором с Лили. Не стоит делать это в школе. Пригласите ее куда-нибудь, отвлекитесь. Совсем не нужно пугать ее еще больше. - Большое вам спасибо, - в голосе профессора зельеварения звучала обида. - Не дуйтесь, вы же знаете, что я прав... Просто успокойтесь и поговорите с ней. Нет ничего стыдного в том, чтобы иметь некоторые слабости. У меня их тоже хватает... Будьте искренны, и она доверится вам. *** Лили медленно расчесывала влажные от воды волосы. Вот приспичило же ей пойти именно сюда, в ванную старост на четвертом этаже. Теперь возвращаться одной через весь замок. Женщина глянула на часы в виде морской звезды на стене. Половина второго! О чем она думала! Еще проверять работы по противоядиям... Она потуже затянула пояс халата. Завтра нужно непременно сходить к Дамблдору. Что он, в конце концов, думает? Прошло полгода, а он так и не посвятил ее в предстоящее дело, о котором шла речь раньше. Зато постоянно обсуждает что-то с Северусом... Лили задевало, что он, директор, получается, доверяет ему, бывшему Пожирателю смерти, больше, чем ей. Или это потому, что она женщина? Гарри тоже жаловался на резкое невнимание. Раньше директор спокойно обсуждал с ним предстоящие планы, особенно касаемые его самого. Теперь же он почти не появляется. Сын постоянно теперь задавал ей вопросы, а она не могла ответить на них. Несмотря на то, что ученики быстро полюбили ее, знавшие правду преподаватели поддерживали, а остальные были просто благожелательны, она по-прежнему чувствовала себя одинокой. Активный, сильный человек по натуре, Лили совершенно не терпела бездействия. В Ежедневном пророке появлялось все больше сообщений об убийствах и исчезновениях людей, магглов и волшебников, по школе поползли слухи. Министерство по-прежнему ничего не предпринимает, а она чувствует себя пешкой в чужой игре. Так уже было, когда она и Джеймс вступили в Орден Феникса. Первое время она действительно верила, что они занимаются чем-то нужным, борются за идею. Но очень скоро до нее стало доходить, что Орден для Джеймса - прежде всего вопрос престижа, а доблесть и благородство, которыми он так гордился, - в первую очередь запись на фамильном гербе. Он искренне любил ее, всеми силами стараясь сделать счастливой, но никогда не понимал по-настоящему. Несмотря на то, что они сражались под одним флагом, души их были далеки друг от друга. Он не послушал ее, когда она отговаривала его делать хранителем тайны Питера Питтегрю. Он почти никогда не слушал ее и не воспринимал всерьез ее слова. Он старался дать ей все, окружить заботой и роскошью, но это не могло заменить простой человеческой близости. Она выходила замуж, искренне веря, что любит его, и оттого еще больнее было осознавать, насколько разными они оказались в действительности. Считая свой брак счастливым, она, тем не менее, все чаще ощущала себя одинокой. Если бы не друзья - Сириус, Римус, Джейн, Мэри... Как она любила их... Почти все они мертвы. Она бы с радостью вступила в ряды Ордена Феникса сейчас, но директор не разрешил ей, объясняя это необходимостью скрываться до поры до времени. До какой поры? Чего еще она должна ждать? Женщина взмахнула палочкой, быстро приведя ванную в первозданный вид, и вышла в коридор. Слава Богу, она уже вполне освоилась и теперь уверенно зашагала по направлению к башне. Главное, не наткнуться на чертова Пивза... Он любитель устраивать подлянки по ночам... Темная фигура вышла из-за поворота так неожиданно, что на этот раз она не удержалась и громко вскрикнула. - Не кричи, это я. - Северус?! Ты с ума сошел? Я же чуть не перебудила весь замок... Я никак не ожидала, что это ты... - А ты, что, ожидала встретить тут кого-то другого? - он насмешливо приподнял брови. Лили смерила его холодным взглядом, уже переведя дух. - Ну разумеется, у меня здесь свидание с Кровавым бароном. Снейп слегка откинул голову назад и щелкнул пальцами. Над их головой загорелся факел. - Мне нужно с тобой поговорить... - Здесь? Ты что, специально меня тут караулил? - Этот разговор очень личный. - Говори... - Здесь? - Вот и я удивляюсь... Он скрестил руки на груди и хмуро посмотрел на нее. - Дамблдор говорил тебе что-нибудь? - Знаешь, он очень много чего мне говорил. Что именно ты хочешь услышать? Он окинул ее взглядом. - Ты что, была в ванной? - Предлагаешь пойти туда? - Ты боишься меня, Лили? - Я не знаю, как относиться к человеку, караулящему меня среди ночи в пустом коридоре. - Я не караулил! Я просто гулял... - Ах, да, старая привычка... Ну так что, ты будешь говорить? - Да, я... Вдалеке раздались шаги. Снейп тихо выругался. Через минуту из темноты вышла профессор Макгонагалл. Ее халат и чепчик говорили, что она только что из постели. - Профессор Снейп! Миссис Поттер! - в ее голосе звучало недоумение, смешанное с негодованием. - Я думала, это студенты опять бродят... - Они наверняка где-то и бродят, - добавил мужчина, - в другой стороне. Было видно, что он крайне раздосадован. А Лили, напротив, обрадовалась. - Мы случайно встретились с профессором. Я уже собиралась идти спать... Профессор Снейп, очевидно, тоже? Северус кивнул и, резко развернувшись, скрылся в темноте. Макгонагалл подошла к Лили, беря ее под руку. - Не очень умно в твоем положении разгуливать ночью одной по замку... Северус взял привычку не спать по ночам, - она произнесла это таким нравоучительным тоном, что Лили передернуло. - На что это вы намекаете, профессор? - Только не говорите мне, миссис Поттер, что вы случайно встретились с ним в коридоре и остановились поболтать... - Но все было почти именно так. - Вы не разговариваете друг с другом днем, я же вижу это. Северус очень нервничает в последнее время. Не знаю о чем думает профессор Дамблдор... Вам следует быть осторожней. - Не хотите ли вы сказать, что мне надо опасаться... профессора Снейпа? - Лили усмехнулась. Макгонагалл строго посмотрела на нее. - Я, пожалуй, провожу вас до вашей комнаты… Лили хотела запротестовать, но промолчала. Нет, ну что она о себе думает: вести ее, взрослую женщину, до комнаты, будто нашкодившую школьницу! И что это она имела в виду про Северуса? Интересно все-таки, о чем он хотел поговорить... *** Следующий день был последним перед рождественскими каникулами. Лили раздала листочки с карточками, на которых было написано название зелья, что необходимо приготовить. Каждый получал личное задание. Урок был в самом разгаре, когда в кабинет постучали. - Войдите. В класс вошел один из Хогвартских эльфов. Лили изумленно глянула на него. Эльфы не разгуливают по замку. Студенты оторвались от своих котлов и также с любопытством уставились на гостя. - Мисс Нортон, вам письменное поручение от профессора Снейпа, - пискнул эльф, поклонившись. Лили едва не поперхнулась. Он протянул ей сложенный вдвое небольшой пергамент. Она быстро развернула и прочла следующее: «Необходимо увидеться. Послезавтра в Хогсмиде, в "Трех метлах" в 6 вечера.» Очевидно, на ее лице были написаны все эмоции, поскольку ученики по-прежнему взирали на нее с любопытством. - Что мне передать профессору Снейпу? - снова пискнул эльф. "Что он чертов придурок, и пусть катится со своим Хогсмидом!" - хотелось бросить ей. - Передай... профессору Снейпу, - отчеканила она, стараясь сохранить лицо, - Что если ему необходимы особые ингредиенты из своих запасов, пусть САМ придет и возьмет их. Эльф снова поклонился и вдруг с тихим хлопком исчез. На этом странности не закончились. Лили решила, что Северус откровенно издевается над ней. Это надо же было! Прислать эльфа в класс с этой запиской... Похоже, профессор Макгонагалл была права насчет него. Лучше держаться подальше. Или он совсем с ума сошел? Торжественный ужин в честь Рождества, как обычно, поражал своим великолепием. В этом году большинство студентов осталось в Хогвартсе, который по-прежнему считался наиболее надежным и безопасным местом. Лили прошла мимо Гарри и его друзей, улыбнулась им и направилась к преподавательскому столу. Дамблдор, облаченный по случаю праздника в ярко-синюю мантию, расшитую золотыми звездами, привстал, целуя ее руку. - Садитесь, мисс Нортон, я прошу вас... Вот сюда, - он указал той на место справа от себя. Лили кивнула и села, куда было велено, оказавшись, к своему неудовольствию, как раз рядом со Снейпом. Она бросила на него взгляд, демонстрирующий полную независимость и спокойствие. Профессор в ответ лишь слегка ухмыльнулся, отворачиваясь в другую сторону. - Прекрасная нынче погода, не правда ли, мисс Нортон? - обратился к ней директор. - Наконец-то метель унялась. В Хогсмиде наверняка просто сказочно красиво.. Она с подозрением уставилась на Дамлдора. Это что, совпадение? - Да... возможно... - осторожно ответила она, отрезая кусочек от бифштекса. - Попробуй этот пудинг - эльфы постарались сегодня на славу... Северус, почему вы опять ничего не едите? Ей-Богу, если хотите уморить себя голодом, то хотя бы передайте мне это овощное рагу! Снейп выполнил просьбу и снова уставился в свою тарелку. Когда пиршество подходило к концу и на столах появились десерты, Лили неожиданно почувствовала, как чья-то рука касается ее рукава под столом. Она с удивлением покосилась на Снейпа. Последний сделал жест рукой, прося наклониться поближе. - Ты получила мою записку? - Твою ИДИОТСКУЮ записку с домовым эльфом? Да, Северус, что это за ребяческие шутки? Ты бы еще сделал из нее самолетик и отлевитировал ко мне в класс! - Это не шутки, Лили. Нам необходимо поговорить. - Да хорошо, хорошо! Но почему нельзя сделать это здесь, в замке? - Здесь слишком... шумно, - он слегка кивнул головой в сторону, и Лили увидела профессора Макгонагалл, не сводящую с них строгого пристального взгляда. - Неужели это так... срочно? - Да. Это касается тебя, твоего сына и вашего пребывания здесь... - Что? - она с изумлением посмотрела на него. - Северус, перестань говорить загадками! - Говорить я буду завтра, и ты придешь, Лили. Должна придти, если тебе небезразлична судьба твоего сына. Что-то в голосе заставило ее похолодеть. Она оглядела ряды столов со смеющимися учениками, нашла взглядом Гарри. - Да, и вот еще что... Не нужно никому об этом рассказывать. Постарайся выйти из школы незамеченной, - тихо шепнул он ей на ухо. Лили закусила губу. - У меня есть выбор? - Естественно. - Почему я должна тебе верить? - В каком смысле? - хмуро посмотрел он на нее. - Встречаться с тобой, один на один, за пределами Хогвартса... Хоть Дамблдор и доверяет тебе, но все-таки... Кто мне может гарантировать, что ты... - Что я не собираюсь сдать тебя Пожирателям смерти? - закончил он за нее. Она кивнула. - Вроде того. - Это вопрос веры, Лили. Что может гарантировать? Да ничего... Ты либо веришь мне, либо нет. - Давай переформулируем. Почему я должна тебе верить? Их взгляды встретились. Глухая стена пронзительно-черных глаз была ей ответом. - Я когда-нибудь обманывал тебя? - Да сто раз! - Хватит, Лили, я говорю о серьезных вещах... - Я приду, - тихо ответила она. - Я верю тебе, потому что верю Дамблдору. Он пристально посмотрел на нее и кивнул. И хотя Лили ужасно сомневалась в правильности своего решения, что-то подсказывало ей, что он не лжет. Женщина повернулась и увидела, что Дамблдор внимательно смотрит на нее. Она смущенно отвела глаза и заметила, как на лице волшебника заиграла ободрительная улыбка: она все делает правильно.