Маховик счастья

Утро следующего дня выдалось дождливым. Холодные, совсем не весенние струи дождя лупили по стеклам, заставляя поеживаться даже тех, кто оставался внутри дома. Лили старалась выбросить из головы ночное происшествие, однако за завтраком, разливая чай, не могла никак справится с дрожью в руках. - Что-то не так, моя милая? - встревоженно обратился к ней Слизнорт. - Нет-нет, все хорошо, - она поймала взволнованный взгляд Гермионы, которая тут же отвела глаза. - Гарри, как ты себя чувствуешь? - Хорошо. А где Снейп? - Он... У него дело. Сегодня мы покинем Вэас, профессор, - обратилась она к Слизнорту. На мгновение его лицо дернулось от едва заметного облегчения, но он тут же придал ему вид сожаления. - Как же так? Я думал, вы погостите у меня еще. - Не хотелось бы злоупотреблять Вашим гостеприимством, кроме того, у нас еще есть дела. И я надеюсь, Вы понимаете, что не следует никому сообщать о нашем визите. - А что, кто-то может интересоваться? - взволнованно спросил он. - Надеюсь, что нет. Гарри, пожалуйста, сходи и проверь Драко. - Он отказался от завтрака. Лили нахмурилась. - В его положении это глупость. Если он не хочет проваляться в постели еще неделю, пусть придет сюда и поест. - В том-то и дело, наверное, что хочет проваляться... - пробурчал Рон. Гарри встал, Лили вышла вместе с ним. Неожиданно входная дверь распахнулась и на пороге появился Снейп. Едва он захлопнул дверь, шум дождя стих, однако судя по насквозь промокшему плащу, снаружи бушевал настоящий потоп. - Мне нужно с тобой поговорить, - с порога обратился он к Лили. Женщина кивнула, машинально сдергивая с него верхнюю одежду, с которой на пол лились потоки воды. Гарри бросил на них странный взгляд и вошел в комнату, где лежал Малфой. Лили последовала за мужем в несостоявшуюся спальню. Снейп плотно прикрыл за собой дверь, наклонился и достал из под матраса сверток. - Я связался с Люпином. Сегодня в три часа он будет ждать вас на холме за деревней. Вы отправитесь в штаб-квартиру Ордена, как мы и планировали. Вот это, — он указал на сверток, - ты возьмешь с собой. И Бога ради, береги его с тем же рвением, что и своего сына. Она не поняла, была ли это издевка, но кивнула. - Теперь-то я могу знать, что там? - Да. Открой и посмотри. Развернув сверток и увидев меч, она в испуге отступила. - Зачем он нам? - Он нужен... не нам... - помедлив, неуверенно ответил он. - Тогда зачем брать его с собой? - Потому что я не могу отправиться к Темному лорду с украденным мечом Гриффиндора наперевес. - Ты... ты уходишь? - Да, - он отвернулся к окну. - Он зовет меня... и я не могу проигнорировать это, - его ладонь машинально коснулась руки в том месте, где была метка. - Ты знаешь, зачем он... зовет тебя? - Я всего лишь могу надеяться, что не за тем, что я подозреваю. - А что ты подозреваешь? - Я подозреваю, что он ПОДОЗРЕВАЕТ, что я вовсе не служу ему с той преданностью, на которую он рассчитывает. И в таком случае, он, несомненно, захочет проверить. - Проверить? Как? Снейп повернулся к ней. Лицо его было суровым и резким. - Ты задаешь слишком много вопросов. - Но... ты вернешься? - медленно спросила она. На несколько секунд повисло молчание. - Я надеюсь. И кстати, вот об этом, - он снова указал на меч, - тоже болтать не надо. Когда будете на месте, спрячь его хорошенько. - Мальчики все же очень слабы еще, а на улице такой дождь... Неужели нельзя..? - Нельзя, - отрезал он. - Оставаться здесь дольше рискованно. Я найду вас, когда потребуется. И вот, возьми, - он протянул ей несколько флаконов. - Это восстанавливающее зелье. Дай им и проблем не будет. - Почему ты не дал мне его вчера? - Потому что я не ношу с собой чемодан склянок в карманах! - язвительно бросил он. - Я приготовил это только сегодня. Лили подумала, что это означает, что он опять не спал всю ночь, но промолчала. - Мне все ясно. Тогда до встречи, - она осторожно взяла сверток и вышла из комнаты. К ее облегчению, никто из ребят не стал задавать вопросов, и если их и покоробила необходимость уходить из теплых комнат под пронизывающий ветер и дождь, то вида они не подали. Даже Малфой не высказал ни тени недовольства. Перед уходом он о чем-то говорил со Снейпом несколько минут и вернулся несколько успокоенным. Кажется, он все же испытывал благодарность за спасение, хотя и не высказывал ее на словах. Зелье, что дал Снейп, подействовало мгновенно, и через пару часом все бодро стояли на ногах. Лили с помощью Гермионы быстро сотворила из кусков брезента непромокаемые плащи. Им понадобился час, чтобы добраться до холма. Небо над ними стало еще более мрачным, а ветер ревел так, будто они стояли на берегу моря, под бурей. Увидев мужскую фигуру с плаще, Лили радостно помахала рукой. - А где Северус? Он не с вами? - прокричал Люпин, стараясь перекрыть шум ветра. - Он остался. Сказал, что ему нужно вернуться к Волдеморту... Люпин нахмурился. - Не самое подходящее время... - Он сам вызвал его. - Гарри, как ты себя чувствуешь? - Спасибо, уже хорошо. - Северус частично рассказал мне, что произошло. Так значит, и Драко Малфой... - он бросил взгляд на парня. - Мы совершенно правильно сделали, что покинули замок! - Что произошло? - На месте расскажу... а то нас тут затопит! Они встали в круг, взявшись за руки. На небе блеснула молния, разрезав облака. Стало еще холоднее. - Нам бы поторопиться. Что-то мне это совсем не нравится... - Люпин глянул вверх. Короткая вспышка унесла их, как раз в тот момент, когда на вершине холма появилось несколько фигур в черных мантиях. *** - Привет, профессор. Мы дико извиняемся за столь внезапное вторжение в Ваш дом... - Боже милостивый, миссис Лейстрейндж, чем я обязан... такому визиту? - Не стоит так нервничать. Мы все цивилизованные люди, хотели бы задать всего лишь пару вопросов. - Каких вопросов? - Наш господин и я отдаем должное Вашим познаниям и хотели бы поинтересоваться, существуют ли чары, способные отводить смертельные заклятья? - Я не понимаю... О чем Вы? - Было бы весьма полезно, если бы Вы стали более понятливыми, профессор Слизнорт. Вы хотите, чтобы я повторила свой вопрос? - Но я не знаю... - Ваши познания достаточно обширны. На Ваш взгляд, что может стать причиной того, что смертельное заклятье не срабатывает на одном человеке? Несколько раз. - Это практически невозможно. - По-вашему, я стала бы задавать такой вопрос, будь это просто моими догадками?! - Я... я извиняюсь... но то, что Вы говорите, практически невозможно. Вы хотите сказать, что кому-то удалось отразить заклятье? - Не отразить, оно просто не сработало! Как будто бы вокруг человека находится защитный барьер. Что Вы можете сказать, профессор? - Могу я попросить Вас сказать, кто обладает, по Вашему мнению, таким барьером? - произнес бывший профессор, немного заикаясь. - Ну, разумеется. Не думаю, что Вас это сильно удивит. Гарри Поттер. - Гарр...рри... Потт...ттер? - О да, есть основания даже полагать, что подобной защитой обладает и его мать. Профессор, Вы еще не в курсе, что Лили Поттер жива? - Я... а... теперь в курсе. - Не надо делать такое лицо, просто ответьте на вопрос! Существуют ли магические способы обеспечить такую защиту? - Миссис Лейстрейндж, мне известен лишь один такой вариант, но он практически невозможен, ибо требует нечто помимо колдовского мастерства... - Рассказывайте! - Существует... некий обряд, который позволяет обеспечивать такую защиту. Но условия его проведения и действия так сложны, что я не помню... - Возможно, Круцио помогло бы Вам восстановить память. - Нет-нет, я только хочу сказать, что не помню особенности его проведения. Я лишь слышал о таком, но никогда не встречал его применение на практике. Это Брачный обет. - Брачный обет? - Да, древнейшая магия. Создает защиту на членах семьи, заключивших его. В результате под защитой оказывается сама семья, до тех пор, пока не умрет принявший на себя обязательства. Иными словами, тот, кто сделал предложение. - Вы хотите сказать, что это соглашение обеспечивает неуязвимость принявших его? - Да, но... дело не только в соглашении, потому я и говорю о трудностях. Одного магического контракта недостаточно, чтобы Обет вступил в силу. Помимо добровольного согласия вступающих в брак, непременным условием является любовь. Именно на силе этого чувства и основывается весь Обряд. Не каждые, даже желающие этого, могут заключить его. Обет является нерушимым, он связывает вступивших в брак до самой смерти. Цена его расторжения - жизнь. Лишь необычайно сильная любовь может стать основой для обряда. - Продолжайте... - Самым серьезным является то, что во время Обряда брачующиеся как бы раскалывают свои души, отдавая их частички друг другу. Когда кто-либо из них умирает, вместе с ним умирает частица души другого. Защита заключается в том, что никто не может причинить вреда одному из супругов и их детям, пока жив второй. - Так, стало быть... защитой облает только один? - И да, и нет. Обычно заключающие Обет делают это не с целью защиты. Любовь является хранителем и движущей силой. Но она редко бывает равна по силе у супругов. Кто-то всегда любит сильнее, и именно его чувства создают защитный барьер для второго. Сам же он остается уязвимым. И именно его жизнь определяет защиту. Но я повторюсь, он едва ли возможен как потенциальное средство защиты. Ведь в таком случае это уже корыстный расчет. Если целью является лишь неуязвимость, он вряд ли подействует. Не каждый сможет дать его. Да и зачем? - Благодарю Вас,профессор, Вы даже не представляете, как Вы нам помогли, и потому мне чрезвычайно жаль делать это, но ведь Ваши знания теперь могут попасть не в те руки. - Вы... Вы же обещали, что если я расскажу... - О да, я не стану применять к Вам пыточное заклятье. Вы умрете легкой смертью. - Нет, я прошу Вас... Что я сделал? - У вас слишком длинный язык, чтобы оставаться в этом мире. - Пожалуйста!.. - Авада кедавра! *** Раскат грома с силой отозвался от стен дома. Лили, стоявшая перед окном, вздрогнула. - Да, погода что-то сегодня особо сурова. Женщина посмотрела на подошедшего Люпина. Дождь лил с такой силой, что за окном ничего нельзя было разглядеть. Свирепый ветер гнул деревья к земле. Гроза была такая, что казалось, будто в нескольких шагах от дома идет кровопролитное побоище. Лили зябко укуталась в плед. В доме Сириуса было гораздо приятнее, чем в холодном замке, и все же она не могла насладиться теплом и уютом. - Ты чем-то расстроена? - У меня мало оснований для улыбок, Римус. И все же, я рада, что мы вернулись в Англию. - Шотландия слишком одинока и пустынна. В случае опасности помощи будет ждать неоткуда. - Значит, в замок мы не вернемся? - Нет, какой теперь смысл? Они нашли нас. - Кто? - Пожиратели смерти. - Значит, мы были правы? Те люди, приходившие за Северусом... - Они действительно из Министерства. Но теперь оно полностью под властью Волдеморта. - Зачем Волдеморту было присылать их за ним? Разве он не верит ему? - Я не думаю, что их послал Волдеморт, - Люпин задумчиво смотрел на дождь. - Думаю, это была проверка. - Как они нашли нас? Мы подумали, что кто-то из Ордена, потому что Северуса не любят... - Никто бы не стал помогать Пожирателям смерти проникнуть в замок. Я тоже думал над этим. Это Долохов. - Долохов? - Когда кто-то из Пожирателей умирает насильственной смертью, об этом становится известно. Если бы его убил Северус, Волдеморт и остальные узнали бы об этом раньше других. Сила Черной метки в том, что имеющий ее всегда будет держать связь с остальными. В случае чего, он всегда может позвать на помощь. Беллатриса знала, что Долохов отправляется в Шотландию, знала она и то, что там будет Северус. После смерти Антонина ей достаточно было вызвать его, расспросить об убийстве, получить ответ, а потом проследить, куда он направится. Если ее расчет был верен, а он был верен, Северус направится к нам, чтобы рассказать и предупредить. Что касается защиты невидимости, то с того момента, как один из Пожирателей смерти был убит в подвале замка, они без труда смогли сопоставить место убийства, ведь отыскать его, даже мертвого, благодаря этой связи совсем не трудно. Правда, времени на это нужно в разы больше. Но они ведь сузили круг поиска, проследив за Северусом. - Почему... они не убили нас? В конце концов, его они тоже не тронули до сих пор... - Видимо, не это было их целью. Они бы вернулись и сделали это, не покинь мы замок в тот же день. - Значит выходит, что Беллатриса знает? Знает, что он на нашей стороне? - Лили побледнела. - Боюсь, что да. Однако доказательств у нее нет. Он мог сказать, что действительно имел с нами связи с целью выяснить необходимую информацию. Только вряд ли это уже убедит ее. Слишком много просчетов. - И что теперь будет? Снаружи снова раздался раскат грома, и оба вздрогнули. - Не знаю. Поэтому мне и не понравилось, что он решил вернуться. - Но если это все так, почему они до сих пор... не убили его? - Я не знаю, - тихо ответил Люпин. – Возможно, Белла побоялась рассказать о своих догадках Волдеморту, а может, они ждут чего-то. Неожиданно выражение лица Лили изменилось. - Ты сказал, что Долохов был убит в подвале замка... Кто убил его? Люпин посмотрел на нее. В его глазах заплескался страх. - Я. - Ты?! - У нас не было иного выхода. Нас обнаружили бы в тот же день. - Но, Мерлин, как Долохов нас нашел? Как вам удалось поймать его? - Его никто не ловил. - Какого же черта он делал в нашем подвале? - Понимаешь, он проследил за Северусом. Он мог нас выдать, пришлось оглушить его. Ну, а потом... мы же не могли взять его с собой! Лили прислонилась к стеклу. - Они все равно найдут нас, рано или поздно. Мы не можем прятаться вечно. Мы должны сражаться! - Нас слишком мало. Дамблдор хотел, чтобы вы были в безопасности, пока... - Пока что? - Я не знаю! Громкий стук заставил их выхватить палочки. Люпин осторожно подошел к двери. - Кто там? - Открывай, Люпин, это я. - Он пришел! - воскликнула Лили, бросаясь к двери. - Тише! Можешь как-то подтвердить свою личность? - Подтвердить? Интересно, как? - Ну... - Люпин задумался. - Назови свое школьное прозвище. Лили с укором посмотрела на друга. Стоящий за дверью выругался. - Ладно, похоже, это и вправду он, - Римус вздохнул, открывая дверь. Лили глянула на вошедшего и чуть не вскрикнула. Снейп стоял в дверях, практически привалившись к косяку, бледный, словно из него выкачали всю кровь, с посиневшими губами и жуткими черными синяками под глазами. - Господи, ты выглядишь так, будто только что из могилы вылез! - присвистнул Люпин. - Можно и так сказать, - он закрыл глаза и шагнул в комнату, слегка покачнувшись. - Что они с тобой сделали? - Лили не могла скрыть истерических ноток в голосе, глядя на его помертвевшее лицо. - Ничего, - он посмотрел на них странным, пустым взглядом. - Они знают? Господи, Римус, да помогли же мне! - она испуганно бросилась к прибывшему. Вдвоем с Люпином они кое-как дотащили его до кровати. - Ты можешь сказать, что с тобой? Чем помочь? - Ничем, - Снейп обессилено закрыл глаза. - Но... - Просто оставь меня... прошу... Лили в нерешительности посмотрела на Люпина. Тот молча взял ее за руку и потащил из комнаты. - Ты хочешь оставить его одного? В таком состоянии? - она возмущенно вырывалась. - Они пытали его! - Они не пытали, успокойся, это другое. - Что другое? - Не знаю, но лучше не трогать его сейчас. Поверь, если бы ему нужна была физическая помощь, он бы не прогнал нас. - Ха! Ты его просто не знаешь, он... - Лили! - Люпин встряхнул ее за плечи. - Ты сейчас там ничем не поможешь. - Они знают... они убьют его... - она не выдержала и разрыдалась, уткнувшись другу в плечо. Резкая вспышка света ослепляет. Он должен выстоять, не пускать. Пронизывающий холод проникает в каждую клеточку тела. Он словно бежит по бесконечному тоннелю, задыхаясь. Он должен успеть... убежать, спрятаться. Женский крик позади оглушает. "Нет! Нет!" Ледяной ветер обрушивается со всех сторон, сбивая, заставляя спотыкаться, он должен бежать, но куда? Преследователь уже совсем близко. - Не надо, пожалуйста, не трогай его! Он чувствует совсем рядом горячее, резкое дыхание. И боль от удара. Надо просто ждать, ждать, когда это прекратится. Он опускается на колени, закрывая лицо руками и запрещая себе кричать. Тьма поглощает со всех сторон, опрокидывает вниз, сердце бьется в груди с одуряющей силой. Что-то должно произойти... Вот сейчас. Это должно прекратиться! Внезапно боль отпускает, он поднимается, дрожа от ужаса и ожидая. Вот сейчас... опять... Он снова слышит крик, женский, протяжный, рвущийся из всех углов, проникающий в голову. Найти, остановить, сделать что-нибудь... Кругом одна темнота. Тот, кто хотел уничтожить его, по-прежнему здесь. Он прячется в темноте, он бьет свою жертву. Она не подпускает его... Он должен что-то сделать, чтобы это прекратилось, что-нибудь... "Пожалуйста, не надо..." - Что с ним? Что происходит? - Лили в панике схватила Римуса за рукав и потащила к кровати. Снейп лежал с закрытыми глазами, по его лицу пробегала судорога, будто он испытывал сильную боль. - Нет, не надо... пожалуйста... - он вскрикнул, вцепившись ладонями в простыни. Голова резко металась по подушке. - Он спит... - Так надо разбудить его! - женщина рванулась вперед, но Люпин удержал ее. - Подожди, так ты ему не поможешь. - Надо что-то сделать! Ему снится кошмар. - Это не кошмар, - Люпин нахмурился. - Не трогай его. Сделаешь хуже. - Хуже? Он оттащил ее к окну, а сам плотно прикрыл дверь, чтобы никого не разбудить. Часы показывали половину первого ночи. Буря стихла, и из-за туч выглянул месяц. Лили отвернулась, чтобы не смотреть на мечущегося на кровати человека. В комнате, слабо освещенной холодным, лунным светом, все вокруг казалось еще более жутким. - Если я правильно понял, что произошло, то это означает, что Северус был у Волдеморта. И тот попытался проникнуть в его сознание, чтобы проверить подозрения, о которых мы говорили. Очевидно, стараясь скрыть от него главную информацию, Северусу пришлось использовать все силы, и это открыло доступ к другим, более сильным воспоминаниям. Его воспоминаниям. Наверно, теперь, когда Волдеморт подозревает его и больше не доверяет, сопротивляться стало сложнее. Он выбрал жестокое оружие, чтобы испытать его... вернул к жизни какое-то воспоминание, ранящее больнее всего. - Я не понимаю... - Чтобы мучить человека, порой достаточно заставить его вспомнить нечто такое, что он всеми силами старается забыть. Весь ужас легилименции состоит в том, что человек - подобно Волдеморту - способен не только вытащить это воспоминание, но и заставить пережить все эмоции и чувства вновь. Таким образом он рассчитывал, что единственным способом для Северуса прекратить эти мучения будет впустить его туда, куда он хочет проникнуть, - Люпин замолчал. - И что это значит? - губы Лили дрожали. - Это означает, что он не позволил ему проникнуть. Не впустил. И эта пытка продолжается для него. - Господи Боже... Тогда мы тем более должны его разбудить! Он же замучает его до безумия! - Лили впилась ногтями в руки, сжимая их до боли. - Если ты сейчас его разбудишь, ты не прервешь эту связь между ними... только он сам может разорвать ее. - Но как? Мы должны что-то сделать, помочь. Это же ужасно!.. Люпин потер поседевшие виски. Взгляд его рассеянно блуждал по комнате, словно пытаясь уцепиться за что-то. - Единственный способ – отнять у Волдеморта его оружие. А именно - воспоминание. Пережить его так, чтобы исчез страх. Ведь именно наши страхи и являются нашим самым уязвимым местом. - Это как с дементорами? Они высасывают все лучшее, оставляя лишь самое болезненное? - Не совсем. С дементорами можно справится при помощи радости, своих лучших воспоминаний, сделать это сознательно. Здесь такое не поможет. Очевидно, что Волдеморт знал, какое воспоминание использовать. Он знал, куда бить и почему. - И что нам делать? - Подумай, возможно нам удастся подобраться; понять, что это может быть. Если мы узнаем, что это за воспоминание, то сможем... ты сможешь, - он пристально посмотрел на нее, - помочь пережить это. Лили горько усмехнулась: - Он никогда ничего не расскажет. Тебе ли не знать, все самое больное он прячет глубоко внутри. - В этом вся и беда: он не подпустит нас. - Я не знаю, что это может быть, мы ведь перестали общаться на пятом курсе. На моей памяти не было ничего, что могло бы так сильно поразить его... - Но он рассказывал тебе многое! - Да ничего он особо мне не рассказывал. Я знала лишь самое общее. Знала, что у него проблемы в семье, что его родители часто ругаются, поэтому он так мало времени проводил дома. Он никогда не вдавался в подробности. Да, все это было грустно, но не думаю, что он мог бы так сильно переживать по этому поводу. Скорее всего, это что-то, что произошло уже после... Подумай, Римус, он был Пожирателем смерти! Да у него, должно быть, вагон ужасных воспоминаний! Люпин покачал головой. - Я не думаю, что Волдеморт стал бы использовать это. В конце концов, откуда ему было знать, что зверства, творимые его приспешниками, могли сильно задевать одного из них? Нет, это что-то, о чем знал Волдеморт, знал наверняка, и более того, знал, что это самое больное, и не сомневался, куда бить. - Быть может, он убил кого-нибудь... кого-то, кого не хотел... - Лили вздрогнула. - Гадать бесполезно. Это может быть что угодно. - Какая жалость, что весь ключ скрыт в нем самом, и нет никого, кто мог бы рассказать... - Ты предлагаешь найти его школьных друзей и расспросить о его воспоминаниях? Пойдем, отправим сову? - Люпин усмехнулся. - Не думаю, что у него были такие близкие друзья, - Лили не видела здесь ничего смешного. - Господи, но это же либо сведет его с ума, либо заставит сказать правду!.. - Какая изощренная пытка! Я думаю, он хочет наказать его таким образом. Он больше не верит ему. - Еще немного - и я сама сойду с ума! - Где сейчас его родители? - неожиданно спросил Римус. Она с удивлением посмотрела на него. - Не знаю. Умерли, наверное... Не думаю, что он поддерживал с ними отношения. Скорее всего, при первой возможности ушел из дома. - Но ты ведь жила неподалеку... - Я видела его мать всего несколько раз в жизни. А потом, после школы, я и вовсе переехала. Римус, говорю тебе, он не был привязан к ним! - Есть один способ. Мы можем узнать... Но предупреждаю, последствия могут быть непредсказуемы. Я имею в виду его реакцию... - Ты предлагаешь НАСИЛЬНО проникнуть в его память, пока он спит? - Тише! - шикнул он. - А ты предлагаешь разбудить его и измучить еще больше? Я бы сам сделал это, но боюсь, он убьет меня через несколько минут... К тому же, я не мастер легилименции. А между вами теперь существует связь. Тебя он не сможет не впустить, если ты захочешь проникнуть. Лили с испугом посмотрела на друга. - Это единственный выход? - Боюсь, что да. Только так мы сможем помочь. Она медленно подошла к кровати и присела на краешек, смотря в бледное лицо. Ее душу затопило такое острое сострадание, что захотелось снова заплакать. Он стольким пожертвовал ради них, а она ничем не может отплатить ему. И все же, ей было страшно при мысли, что она проникнет в такие глубинные уголки души, и пугало то, что она может там увидеть. - Я хочу, чтобы ты вышел, - тихо произнесла она, обращаясь к Люпину. Тот кивнул и покинул комнату, не забыв закрыть дверь. Лили достала палочку. Он может не простить ей, если она увидит. Но какая теперь разница? Его душа и так навсегда потеряна для нее. Она направила палочку на висок и, закрыв глаза, прошептала, внутренне надеясь, что у нее не получится: - Легилименс! В тот же миг окружающий мир поплыл перед глазами, опрокидывая ее в темноту.