Лабиринт чувств

      Почти стемнело. Сквозь открытое окно проникали струи свежего воздуха. Но Виолетта, сидевшая у себя в комнате, не обращала на это внимания и медленно вырывала страницы из своего дневника. Когда осталась одна обложка, девушка стала перебирать листки. Изображения Томаса и Леона она разорвала на мелкие кусочки. Следом последовали и её рассуждения, которые она бережно записывала далеко не первый год, и тексты песен про светлую дружбу и любовь… — Надоело страдать, — прошептала она, смахивая остатки дневника в белую мусорную корзину. — Я больше не хочу причинять боль ни себе, ни другим. Хватит. Хочу просто быть счастливой.       Девушка встала с кровати и подошла к окну. Догорал закат. На небе уже появился бледный диск полной луны. — Я начну новую жизнь. Научусь идти не только вслед за сердцем, но и вслед за разумом, — она коснулась пальцами холодного стекла. — Я не разочарую тебя, мама.       Виолетта отвернулась от окна и вернулась на кровать. Ей было плохо: она чувствовала, что в душе что-то сломалось и изменилось, но не понимала, что именно.       Виолетта проснулась оттого, что её смартфон буквально разрывался. Девушка с неохотой высунула из-под тёплого одеяла руку и взяла гаджет. Несмотря на экран, она нажала вызов. — Алло? — сонным голосом проговорила Вилу, скосив глаза на будильник. Было только начало восьмого. — Конечно, Маротти, — кивнула она, выслушав собеседника, — скоро буду, — она сбросила вызов и откинула одеяло.       Прибрав в комнате и приведя себя в надлежащий вид, девушка спустилась в столовую. Герман, который уже заканчивал завтракать, очень удивился столь раннему подъему дочери. — Ты сегодня рано проснулась, — заметил он. — У меня встреча с Маротти, — ответила она, принимая от Ольги кофе и тосты с джемом. — По какому поводу? — нахмурился сеньор. Его дочь только пожала плечами. — Без понятия. Но я так поняла, что это связано с развитием моей карьеры.       Герман косо посмотрел на дочь. Маротти ему не очень нравился. Но Вилу хочет хочет идти вслед за мечтой и заниматься любимым делом… И он чувствовал вину за то, что столько лет контролировал каждый её шаг. А теперь, осознав все свои действие и поступки, он пришел к выводу, что лучше поддерживать единственного ребенка, чем запрещать ему всё подряд. — Всем доброе утро, — проговорила с улыбкой вошедшая Анхелес, которая была ещё в халате. — Доброе, Анжи, — кивнула её племянница и тут же спохватилась. — Мне пора! — Куда это она? — удивилась Сарамего, как только послышался хлопок входной двери. — У неё встреча с продюсером, — пожал плечами мужчина.       Виолетта сидела на скамейке, кутаясь в ветровку, в парке и поглядывала на циферблат смартфона. Откинув в очередной каштановые пряди с лица, девушка раздраженно дернула плечом, порылась в своей сумочке и, достав резинку, собрала волосы в небрежный высокий хвост. — Здравствуй, Виолетта, — рядом с ней присел Маротти, который, как и всегда, был бодр и весел. — Здравствуйте, — кивнула девушка. — Так о чём вы хотели со мной поговорить? — Я хочу предложить тебе записать тебе сольный студийный альбом, — проговорил мужчина. Виолетта недоверчиво посмотрела на него. — Вы серьезно? — скептически спросила она. — Вполне, — с усмешкой ответил он. — Ну так что?       Кастильо задумалась: это очень важный шаг в её карьере, и будет глупо, если она его не сделает. — Я согласна.       Урок танцев подходил к концу. Новая преподавательница не вызывала положительных эмоций у Кастильо. Джаки очень раздражала Виолетту одним своим присутствием, не говоря уже о её манере говорить. — На сегодня всё! — объявила женщина. Вилу с трудом сдержала облегченный вздох: обезболивающее прекратило действовать минут пятнадцать назад, а Джаки почти довела её до бешенства своими комментариями. — Она сегодня явно в ударе! — заметила Камилла. Она, Франческа и остальные выглядели вспотевшими и уставшими. — Я хочу пить, — заявила Нати. — Я бы тоже не оказался о минералки, — проговорил Андрес. Их поддержали и все остальные. Ребята дружно направились в сторону выхода, когда заметили, что у входа стоит Лара. — Ты что тут делаешь? — удивился Варгас при виде девушки-механика. — Если ты не забыл, то у тебя сегодня гонка, — язвительно проговорила она. Леон мысленно застонал. — Ребят, идите без меня, — сказал он. Те пожали плечами и ушли. Причём Кастильо никак не отреагировала на это, к удивлению Франчески и Камиллы…       Пока парни о чём-то спорили, а Людмила отчитывала Нати, Кавилья и Торрес решили поговорить с лучшей подругой. — Вилу, тебе больно, наверное, видеть Леона с другой? — в голосе Фран чувствовалось явное сочувствие. — Мы окончательно расстались, — пожала плечами Кастильо. — Он может встречаться с кем угодно. Мне всё равно. — Вилу, я уверена, что вы помиритесь и вновь будите вместе, — убеждённо сказала Камилла, будто не слыша слов подруги. — Ками, между нами всё кончено, — категорично проговорила слегка раздраженная Виолетта. Торрес заметив наконец-то состояние Кастильо, решила сменить тему. — Кстати, Фран, как у тебя с Марко? — Никак, — огорчённо проговорила итальянка. — Хоть мы и начали встречаться, но… Девочки, я не уверена в нём. — То есть? — недоуменно спросила Кастильо. Франческа только пожала плечами. — Я не знаю, как это объяснить. Он милый, романтичный… — Тебе всегда такие нравились, — заметила Торрес, намекая на Томаса. Виолетта же задумчиво крутила в руках бутылку: Марко ей показался несколько иным человеком. — Ты к нему хоть что-то чувствуешь? — спросила Виолетта. — Он мне очень нравится и… — она замолкла, не зная, что ещё сказать. Виолетта и Камилла переглянулись. Но тут Кастильо позвонил отец и сообщил, что заедет за ней в Студию.