Лабиринт чувств

      День конкурса выдался солнечным и ясным. Виолетта впервые за несколько недель проснулась отдохнувшей и счастливой. Она заправила постель, приняла душ и прихватив вещи, спустилась на кухню, где уже накрывала стол Анхелика. Позавтракав в компании бабушки, девушка покинула дом.       В Студии тем временем кипела жизнь: Маротти командовал съемочной группой, как генерал своими войсками. Медленно подтягивающиеся, ребята из основного состава были на взводе и старались лишний раз друг на друга не смотреть. — Все в сборе? — послышался голос Пабло, который пришел в компании Маротти. — Отлично! Порядок выступающих определяется жеребьевкой, — он протянул уже всем знакомую фетровую шляпу.       Ребята по очереди вытянули бумажки с номерами. Кто-то был доволен, а кто-то нет. К последней категории относилась Лара. Мало того, что танцевать с уже бывшим парнем ей не хотелось, так и выступать им предстояло первыми. — С тобой всё нормально? — поинтересовалась близ стоящая Виолетта. Сегодня она выглядела вполне счастливой, несмотря на её вчерашний скандал с Варгасом. — Я не хочу и не могу выступать с Леоном. Тем более мы выходим первыми, — недовольно и напряженно проговорила она. — Если не хочешь выступать с Варгасом, просто представь на его месте кого-нибудь другого, — улыбнулась Кастильо. — Это, конечно, не помогает на все сто процентов, но ты хотя бы чуть расслабишься и получишь удовольствие. А по поводу того, что вы выступаете первыми… Просто забудь об этом и отработай так, как можешь. — Спасибо, — тихо ответила Лара. Она не могла поверить, что слышит это от девушки, которую считала соперницей не только за сердце Леона, но и за призовое место в конкурсе…       Марко и Виолетта выступали последними. Чем быстрее приближалась их очередь, тем больше они волновались. Но когда пришло время выйти на сцену, волнение просто испарилось. Они полностью растворились в музыке и в друг друге. Их движения, эмоции притягивали взгляды. В них чувствовалась страсть. Но вот музыка закончилась, и ребята спустились со сцены… Маротти сказал перед камерой какие-то слова про голосование и прочее, но Тавелли и Кастильо мало обращали на него внимания, пытаясь прийти в себя после наваждения. — Это было здорово! — к ним подошли Федерико и Людмила. — Спасибо, — улыбнулся Марко. — Вы тоже классно станцевали. — Результаты будут через два дня на вечеринке, — проговорила Виолетта. — А значит мы можем… — она не договорила, так как подошел продюсер. — Виолетта, Федерико, за мной, — скомандовал он. Ребята переглянулись и последовали за ним, предчувствуя, что о двух дневном отдыхе можно забыть на неопределенный срок.       Все два дня Виолетта провела на съемочной площадке, а Федерико приступил к записи ещё одного видеоклипа на одну из своих песен. В общем, им обоим было не до отдыха. Благо, на вечеринку у них получалось пойти…       А меж тем в доме Германа Кастильо было не всё так гладко. Всё дело в том, что в особняк заявился бывший муж Присциллы, который был крайне недоволен тем, что женщина врала столько лет их общей дочери. В итоге он заявил, что забирает Людмилу с собой. Все протесты новой сеньоры Кастильо были проигнорированы, и все вещи их общего ребенка в рекордно быстрые сроки стали перевозиться в новый дом сеньора Ферро. В общем, к вечеринке всё принадлежащие Людмиле было уже в особняке, который приобрел ее отец.       Герман, который был удивлен претензиями к своей супруге со стороны бывшего мужа, поначалу задумался, но потом Присцилла убедила его в том, что все слова отца Людмилы являются ложью. Свидетелем этого разговора стал Федерико, который только удивлялся доверчивости серьезного бизнесмена, когда дело касалось личной жизни и женщин. Гонсалес, который по вине Присциллы лишился общества лучшей подруги и своей девушки в доме, решил снять квартиру и съехать, что он и осуществил, предварительно переговорив со своей матерью.       Все эти события начались за пару дней до конкурса и закончились в день объявления результатов…       Занятия в Студии из-за предстоящего мероприятия никто не отменял, поэтому весь основной состав был на месте, включая Алекса и Лару. Напряжение чуть спало, поэтому ссоры заменились спорами, которые нередко случаются между друзьями… — Поскорей бы уже вечер, - несколько мечтательно проговорила Камилла. — У меня такой классный наряд… — Ты с Бродвеем пойдешь? — поинтересовалась Франческа, стараясь не думать о Марко и подавить появившуюся ненависть к Виолетте. — Нет, — помрачнела она и повернулась к Кастильо. — Вилу, а ты что молчишь? — А что я должна говорить? — пожала плечами Виолетта, вскользь оглядывая остальных ребят. Её взгляд задержался на Люмиле и Федерико. Это заметила Торрес. — Паучиха сильно изменилась, — понизив голос, проговорила она. — Наверное, пытается произвести впечатление на Феде. И что он только в ней нашел? — Людмила не такая уж и плохая, — резко проговорила Вилу. — Как ты можешь такое говорить, ничего не зная о её жизни? А Феде, к твоему сведению, разглядел её настоящую.       Франческа и Камилла с удивлением посмотрели на неё. А Виолетта извинилась и направилась в сторону лучшего друга. Ей было неприятно слышать подобное о своей сводной сестре. — Вилу, а ты придумала, что оденешь на вечеринку? — поинтересовалась Людмила. Феде, услышав слова своей девушки, схватил за плечо проходящего мимо Тавелли. — Они говорят об одежде. Спаси, — умоляюще проговорил Гонсалес. Тот только ухмыльнулся. — Есть пару идей, — улыбнулась Вилу. — А ты Лара, решила в чём пойдешь? — спросила она у близ стоящей девушки. — В том, что на мне одето сейчас, — несколько обескураженно ответила та. Виолетта и Людмила переглянулись. — Но в этом нельзя идти на праздник! — возмущенно воскликнула Ферро. Вилу согласно кивнула. — Мы тебе что-нибудь подберем, — улыбнулась Кастильо. Сводные сестры подхватили под руки опешившую Лару и повели её в сторону выхода, обменявшись многозначительными взглядами. — Что-то будет, — пробормотал Тавелли. — Полностью согласен, — отозвался не менее удивленный Федерико.