Закономерные случайности

      Широяма Юу нервно расхаживал по студии, в которой репетировала его группа. Точнее должна была репетировать. Проблема заключалась в том, что из всех музыкантов на месте находился только он и еще один гитарист, который сейчас неотрывно наблюдал за его мотаниями из угла в угол и, казалось, был готов запустить в Широяму гитарой, чтобы успокоить. Другие двое участников – басист и новый вокалист, которого он обещал привести, бессовестным образом опаздывали уже минут на сорок. Однако больше всего Юу нервировала другая вещь – Кай тоже так и не появился. Судя по его вчерашней реакции на энтузиазм Широямы, этого вполне можно было ожидать, вот только Юу всё равно надеялся, что этот странный парень, который со вчерашнего дня не выходил у него из головы, все же придет.       Внезапно дверь студии тихо отворилась, и в образовавшемся промежутке показалась сначала темная макушка, а потом и лучезарная улыбка, так понравившаяся вчера Юу.       – Кай, ты всё же пришел! – Широяма кинулся к новоприбывшему и, сам не понимая, что делает, крепко обнял его.       – Чудной ты, Широяма Юу, – повторил свою вчерашнюю фразу Кай, ненавязчиво высвобождаясь из объятий и протягивая руку второму гитаристу для знакомства. – Кай. Приятно познакомиться.       – Такашима Кою. Можно просто Уруха – как тебе больше нравится, – улыбнулся гитарист, пожимая протянутую руку.       Кай ответил новому знакомому улыбкой и снова повернулся к Юу:       – Не знаю, почему я пришел. Наверное, ты меня заинтересовал.       От этих слов на щеках Юу появился едва заметный румянец, а потому он поспешил отвернуться, скороговоркой пробормотав:       – Садись давай за установку. Посмотрим, на что ты способен.       Кай взял услужливо протянутые ему Урухой барабанные палочки и сел за установку. Постучал несколько раз по бочке, приноравливаясь к педали, прошелся палочками по томам и тарелкам, после чего начал наигрывать какой-то незамысловатый рисунок, постепенно усложняя его и внося разнообразие.       После случая с Таканори Кай больше, чем на год, забросил ударные – сделал вид, что безумно занят грядущим поступлением в университет, а потом и самой учебой. И даже сам в это поверил. Однако позже, съехав от родителей и найдя себе работу, он подумал, что всё же, наверное, не стоит забрасывать начатое, и купил себе, наконец, собственную установку. Играл он на ней, к слову сказать, весьма редко. За время такого бездействия навыки немного притупились, однако, к счастью, полностью не исчезли. И теперь к Каю с каждым ударом возвращалась уверенность, подкрепляемая восхищенными взглядами двух гитаристов, которые внимательно его слушали.       Внезапно дверь студии резко, будто с пинка, распахнулась, и в помещение, громко смеясь, ввалились двое парней. Барабаны внезапно стихли, после чего послышался стук упавшей на пол барабанной палочки и три почти синхронных голоса:       – Ты…       Гитаристы недоуменно поглядывали то друг на друга, то на будто остолбеневшую троицу.       – Что ты здесь делаешь, Ютака? – спросил невысокий светловолосый парень, которого привел басист и который показался Юу подозрительно знакомым.       Кай встал из-за установки, отложил оставшуюся в руках палочку в сторону и молча направился к выходу. Не понимая, что, черт возьми, творится, Юу поспешил за своим новым знакомым. Догнать его он смог почти на выходе из здания. Поспешно схватив парня за руку, Широяма развернул его к себе лицом и для большей надежности – чтобы вдруг не вырвался и не ушел – сжал и вторую руку.       – Что произошло? – спросил он у старательно отводившего взгляд барабанщика. – Ты знаешь Рейту? И этого парня, которого он привел?       – Почему ты мне не сказал, что ты играешь с Рейтой и Руки?! – в голосе Кая звучала еле сдерживаемая ярость, от которой Юу передернуло и он невольно отпустил барабанщика, машинально отступая на шаг назад.       – Я не знал, что вы знакомы с Рейтой. А этого – как ты его назвал, Руки? – я вообще вижу первый раз. Вчера Рейта пообещал привести на репетицию нового вокалиста. Видимо, это он. – По взгляду Кая Юу понял, что тот ему явно не верит. – Не смотри ты так! Не вру я!       Кай с полминуты смотрел в лицо Юу, будто сканируя его взглядом, после чего, видимо, поверив, наконец, сказанному, кивнул и неожиданно дотронулся пальцами до припухшей ранки на губе Юу:       – Сильно болит?       Широяма растерялся от такой неожиданной смены темы:       – Нет, всё в порядке, скоро за… Так, стоп! – прервал он сам себя. – Не заговаривай мне зубы. В чем дело? Что между вами троими произошло?       Кай отвел взгляд и замолчал. Юу осторожно дотронулся до его плеча:       – Эй, Кай. Нет, Ютака – тебя ведь так зовут на самом деле? Расскажи мне. Я, конечно, понимаю, что мы знакомы с тобой всего один день и это немного странно – рассказывать малознакомому человеку личные вещи, но вчера ты помог мне, а сегодня я хочу помочь тебе.       Звучало малоубедительно, по почему-то Каю хватило этого, чтобы поверить в то, что Юу действительно может помочь, и он рассказал ему всё – о своей школьной мечте, о том, как встретил Руки, попал в группу, как они начали встречаться, и о том, как Руки променял его на Рейту. Во время всего рассказа Широяма сидел молча – можно было подумать, что он и не слушает вовсе. Однако на самом деле Юу, как губка, впитывал каждое сказанное Каем слово. И с каждой новой деталью в нем закипала злость – на Рейту и на этого Руки, которого он еще толком и не знал, но уже ненавидел за то, что он так подло поступил с Каем. В этот момент Широяма даже не задумывался о том, почему все страдания барабанщика так болезненно отдаются и в его сердце, но он точно понимал, что не хочет, чтобы этот человек с солнечной улыбкой грустил. Он порывисто обнял Кая и замер, тихо проговорив:       – Давай уйдем куда-нибудь. К черту эту репетицию. Тебе нужно придти в себя и успокоиться.       – Я не хочу вам мешать. Я ведь не участник группы, так что не стоит отменять из-за меня репетицию, – тихо проговорил Кай, даже не пытаясь вырваться из объятий.       Юу отстранился, внимательно глядя на парня:       – Ты – участник группы. Мы с Кою прекрасно слышали, как ты играешь. Тебе ни за что нельзя забрасывать любимое дело из-за какого-то мудака, который испортил тебе жизнь. Тем более что он-то как раз не в группе и, будь уверен, после того, что ты мне сегодня рассказал, и не попадет. А Рейта… Пусть только хоть слово скажет против тебя – сразу вылетит.       Кай не мог не улыбнуться такой решительности. И тем не менее отрицательно покачал головой, давая понять, что с таким решением он категорически не согласен:       – Руки жить не может без музыки. Его нельзя лишать ее.       – А что насчет тебя?       – А что насчет меня? Я привык.       С этими словами Кай развернулся и, жестом запретив Юу следовать за собой, вышел из здания.