Закономерные случайности

      То, что произошло в студии, а в особенности рассказ Кая, поразило Юу до глубины души. Он даже не удосужился спуститься к ребятам и сообщить, что репетиция не состоится. Вместо этого Широяма, чтобы дать Каю уйти, куда ему заблагорассудится, выждал несколько минут, стоя на лестнице, ведущей к выходу из цокольного помещения, где они репетировали, после чего тоже покинул здание.       Он шел по улице без какой-либо определенной цели, просто обдумывая всё произошедшее сегодня. Кусочки паззла, казалось, еще недавно так удачно складывавшиеся в цельную картинку, рассыпались на глазах, образуя своеобразную баррикаду, с одной стороны которой был Кай, а с другой — группа. Юу не понимал, почему его так заботит то, что произошло с этим парнем. Знакомы они были всего сутки, но Широяме казалось, что целую вечность. Да, он мало что знал о своем новом знакомом, но увиденного и услышанного за день ему хватило, чтобы понять, что Кай был добрым, отзывчивым и ранимым человеком, хотя последнего старался не показывать.       Юу был зол на Акиру, не понимая, как он мог так поступить с лучшим другом. Таканори же он заочно ненавидел. Разумом Широяма понимал, что этот парень действительно мог оказаться именно тем вокалистом, которого они так долго ждали, но в то же время не мог простить ему того предательства, которое он совершил по отношению к Каю. Мозг Юу буквально разрывался от противоречий. Что делать со всей этой ситуацией, он решительно не понимал.       Парень не заметил, как очутился в том парке, где накануне познакомился с Каем. Ноги сами принесли его туда. Оглядевшись, на одной из лавочек неподалеку от футбольной площадки он заметил знакомую фигуру. Широяма подошел и молча сел рядом.       — А ты упрямый всё-таки, Широяма Юу, — тихо проговорил Кай, даже не обернувшись в сторону подошедшего парня.       — Ты не подумай чего, — попытался оправдаться Юу, — я сам не знаю, как здесь оказался. Просто шел-шел, думал-думал — и вот, — развел он руками.       В ответ Кай слабо улыбнулся, а Юу с сожалением отметил, как померкла эта восхитительная улыбка после утренних событий.       — Знаешь, — начал неожиданно Кай, — а я ведь не собирался приходить сегодня на репетицию. Я даже адрес вчера сразу выбросил. Что-то мне подсказывало, что ничего хорошего из этого не выйдет. Но утром я вспомнил о тебе, о том, как загорелись твои глаза, когда ты заговорил о группе, и подумал, что, наверное, стоит попробовать, — парень тяжело вздохнул. — И вот результат.       — Извини, — виновато проговорил Юу. — Если бы я знал…       Кай махнул рукой:       — Да ты-то что извиняешься? Не ты же мне тогда изменил с лучшим другом.       — Я бы никогда так не сделал! — неожиданно для самого себя выпалил Юу и тут же, осознав, что ляпнул, покраснел.       Кай тихо рассмеялся, похлопав его по плечу:       — Наверное, мне тогда стоило встретить тебя, а не Руки.       Сердце Широямы, к удивлению его хозяина, пропустило удар. Он смотрел на Кая и не понимал, говорит тот серьезно или лишь для того, чтобы разрядить обстановку.       — Ютака…       — Не называй меня так! — резко выпалил Кай, но тут же осекся, увидев испуганное лицо Юу. — Ютаки больше нет, — произнес он более спокойным голосом, в котором слышались нотки грусти, — остался только Кай.       — Маска, за которой удобно прятаться? — усмехнулся Юу.       — Нет, осколок того человека, которым я был когда-то.       Повисла тишина. Юу сидел и украдкой наблюдал за погрузившимся в свои мысли Каем. Ему отчаянно хотелось помочь этому парню, но как это сделать, он не знал. Решение пришло внезапно.       — Кай, вы должны играть в группе. Все трое.       Кай посмотрел на Широяму, как на умалишенного:       — Это не смешно, Юу.       — Я не смеюсь. Кай, серьезно. Да, они поступили с тобой по-свински, но это не повод ломать из-за них всю свою жизнь. Я видел, как ты играешь. Ты становишься совершенно другим — сразу оживаешь. Видно, что в этом твоя жизнь, а не в этой… На кого ты там, говорил, учишься?       — На бухгалтера, — буркнул Кай, хмуро глядя на Широяму.       –… а не в бухгалтерии, — проигнорировав его взгляд, продолжил Юу. — И потом. Ты что, собрался бегать от них всю оставшуюся жизнь? Это смешно. Это просто глупо. Если ты хочешь решить проблему, встань к ней лицом, а не спиной, пока она не сожрала тебя окончательно.       — Я не могу, Юу… — тихо проговорил Кай.       — Ты всё еще его любишь?       — Да… Нет. Не знаю!       Широяма, которого почему-то больно кольнула эта фраза, развернул Кая лицом к себе и, внимательно глядя ему в глаза, произнес:       — Тогда ты тем более обязан это сделать.       — Я не знаю, Юу.       — Репетиция у нас послезавтра в двенадцать. Куда приходить, знаешь. Я буду тебя ждать.       С этими словами Юу решительно поднялся со скамейки и, не попрощавшись, направился к выходу из парка, на ходу набирая номер Такашимы:       — Эй, Кою, вы еще в студии?       — Да, — раздалось в ответ из трубки. — Ты куда, черт тебя дери, свалил?! И что вообще произошло?       — Неважно. Никуда не расходитесь. Я сейчас приду, будем прослушивать нового вокалиста.       Меньше чем через 20 минут Широяма снова был в студии. Парни сидели по углам комнаты, каждый занявшись своим делом и не разговаривая друг с другом. Судя по всему, Акира и Таканори так ничего и не рассказали Кою да и вообще в целях конспирации отошли друг от друга подальше.       — Ну что, — Юу обвел взглядом присутствующих, чуть дольше, чем стоило бы, задержавшись на Руки, — послушаем нового вокалиста?       Таканори с сомнением посмотрел на Широяму, будто не поверил, что после произошедшего у него вообще есть хоть какой-то шанс присоединиться к группе. В том, что Кай всё рассказал Юу, он даже не сомневался. К слову, еще полчаса назад, Таканори активно порывался уйти из студии и забить на всю эту идею. И, наверное, так и поступил бы, если бы не неугомонный Кою, буквально вцепившийся в него мертвой хваткой. Он уговаривал вокалиста остаться и подождать, когда вернется Широяма, впрочем не будучи сам уверенным в его возвращении. И Таканори остался. Как оказалось, не зря. Спел он более, чем удачно. В восторге был даже Широяма, хотя и пытался всеми силами не позволить себе поддаться очарованию этого голоса, помня о Кае. Как бы там ни было, кандидатура Руки была принята единогласно.       Состоявшаяся через день репетиция только убедила парней, что выбор сделан правильный. Они репетировали одну из недавно написанных Кою песен. Руки отлично справился со своей задачей и даже добавил в песню такие краски, которых автор в ней и не предполагал. Парни решили сделать перерыв, и Руки тут же оказался под прицельным огнем расспросов Такашимы, не говоря уже о восхищенных взглядах Акиры.       Не участвовал в этом оживлении только Юу. Всё время, пока они репетировали, он не сводил взгляд с двери, надеясь, что вот-вот она откроется, и там покажется Кай. Но время шло, а дверь так и оставалась закрытой. «Ты струсил, Кай, — подумал Широяма, со вздохом опускаясь на небольшой диванчик, стоявший в углу студии. — Нет, Ютака. Как был мальчишкой, так и остался».       — Я не струсил, Широяма Юу, — раздался прямо около него знакомый голос. Широяма вздрогнул, парни от неожиданности затихли — за своей болтовней они просто не заметили, когда вошел Кай, и были теперь удивлены не меньше Широямы.       — Как ты… — начал было Юу, пораженный тем, что Кай в очередной раз будто прочитал его мысли, но, подняв взгляд, забыл, что хотел сказать.       Это был Кай и не Кай одновременно. Вместо нескладного одетого в футболку и джинсы подростка с темными взъерошенными волосами, с которым Юу познакомился несколько дней назад, на Широяму смотрел взрослый сексуальный парень со стильной прической — выбритые виски, заплетенные в дреды и собранные в хвост теперь уже длиной до середины спины волосы, закрывающая правую сторону лица челка, благодаря которой черты его лица как будто заострились и стали более мужественными. На нем были белая, расстегнутая на несколько верхних пуговиц рубашка и черные брюки с болтавшимися на них цепями. Образ завершали черные перчатки без пальцев.       Широяма смотрел и глазам своим не верил. Остальные парни тоже были поражены произошедшей переменой, хотя и не так, как их согруппник. Однако Кай, казалось, не замечал всего этого. Он спокойно прошел к барабанной установке, подхватив с диванчика лежавшие там палочки и ловко прокрутив их между пальцами, сел поудобнее, проверил педали, прошелся палочками по барабанам, после чего обвел взглядом присутствующих:       — Ну так что, мы репетируем или нет?       Акира и Руки настороженно переглянулись, однако тут же заняли свои места. Кою взял гитару, широко улыбнувшись, тряхнул волосами и сыграл несколько аккордов, пробуя звучание инструмента. Недвижимым оставался один только Юу. Впрочем это его состояние быстро исправила прилетевшая ему по плечу барабанная палочка. Он очнулся, нарочито громко ворча, но украдкой улыбаясь, потер ушибленную руку, вернул палочку Каю и взялся за гитару. Кай отстучал темп, и теперь уже полный состав группы продолжил репетицию. Прошло около двух или двух с половиной часов. С репетицией на сегодня было покончено. Парни сидели, расположившись на диванчиках в студии, курили и болтали.       — Эй, Кай, когда-то ты ведь даже запах табака не переносил, а теперь куришь — усмехнулся Акира, обращаясь к барабанщику.       — Ключевое слово — «когда-то». Многое было «когда-то», — выпустив изо рта струю дыма, Кай выразительно посмотрел на Таканори и Акиру. — Вот только все закончилось. Должно закончиться.       Парни насторожились. Хоть они морально и старались подготовиться к неприятному разговору, который неминуемо должен был состояться, но так и не смогли. Однако Кай по этому поводу так ничего больше и не сказал, и разговор плавно перешел на другие темы. Полчаса спустя, когда они покидали студию, Широяма и Кай шли поодаль от других участников группы.       — Почему ты не поговорил с ними, не прояснил этот вопрос раз и навсегда? — поинтересовался Юу.       — А всё и так ясно, Юу. Больше нет мальчика Ютаки, который любил Руки. Ютаки, который возненавидел своего лучшего друга Акиру за то, что тот его предал. Ютаки, который страдал из-за этого всего, — Кай тряхнул головой, будто отгоняя остатки прошлого, затем внимательно посмотрел на Широяму и широко ему улыбнулся. — Пойдем ко мне, Юу. Мне нужен собутыльник.