Здравствуй. Я Бен

      Рей сидела по-турецки в импровизированной гостиной пассажирского отсека «Сокола тысячелетия» и увлеченно что-то рассказывала, эмоционально жестикулируя и периодически покачиваясь из стороны в сторону. При этом чашка, которую девушка держала в руках, постоянно подлетала в воздух, выписывая невообразимые петли и крендели. Было чудом, что ромашковый чай ещё не вылился на пол, и Финн, избегая потенциальной опасности, предпочёл отодвинуться от не в меру оживленной Рей на наибольшее возможное расстояние. Он сидел на соседнем диване и слушал девушку с такой кислой миной на лице, будто Рей заставляла его есть лимон и заедать перцем. Чуи на другом конце комнаты копался с панелью управления. Методичное вырывание проводов из стены было занятием нужным и неотложным (по мнению вуки, конечно), но невыносимо скучным. Поэтому Чубакка тоже прислушивался к голосу Рей, если бы заросли густой и длинной шерсти не покрывали его с головы до ног, то можно было бы увидеть, как он повернул свои уши в сторону говорившей. - Финн! Это было просто великолепно! – в восторге вскричала девушка, и рука с чашкой взметнулась у неё над головой – По мне всё так подробно объяснил. Хорошо, если я хоть половину запомнила! Истребитель очень сложно устроен, мне понадобится ещё две-три тренировки, чтобы не так сильно путаться в ручках и кнопках. - А летать вы тренировались? Или только сидели в корабле на земле и изучали, на какие кнопки надо нажимать? – Финн старался сделать свой тон дружелюбнее, но у него это выходило из рук вон плохо. Хотя сейчас это не имело ни малейшего значения. Рей могла бы рассказывать об уроке, который для неё устроил лучший пилот сопротивления, и алюминиевому стулу, не чувствуя при этом обиды на своего молчаливого и печального слушателя. Девушке просто необходимо было поделиться с кем-то своими впечатлениями и выплеснуть эмоции. А тон, которым бывший штурмовик задавал возникающие в процессе повествования вопросы, был совершенно не важен. - Естественно, мы летали, Финн. По сначала рассказал мне теорию, и только потом мы приступили к практике. Механика истребителя имеет кучу заморочек и нюансов, поэтому я благодарна По за то, что он мне все так разжевал. Думаю, стоит записать его лекцию, пока она напрочь не вылетела из моей головы… - Рей, может уже перестанешь говорить о том, как чудесно вы с По провели время, обсуждая болты и закрылки! Из твоих слов можно сделать вывод, что вы болтали все полтора часа твоей тренировки, вместо того, чтобы делом заниматься. - Сейчас я как раз собиралась переходить к описанию полета, Финн! Могу я продолжить рассказ, или ты куда-то спешишь? – гневно сказала Рей. Новоиспеченный сопротивленец уже не в первый раз убедился, что стал счастливым обладателем подруги с характером водородной бомбы. Он замолчал и решил больше не прерывать монолог девушки.       Дуться в этот раз у Рей желания не было, уж очень ей хотелось закончить историю, поэтому она лишь кинула на Финна злобный взгляд и заговорила снова: - Полёт на истребителе нельзя сравнивать с полётами на кораблях дальнего следования, ведь они такие тяжеловесы. Чувствую себя самой счастливой мусорщицей на свете! – Рей сияла – Кстати, По разрешил мне завтра попракитковаться самой, днём он будет занят.       При этих словах камень, лежащий на душе у Финна, сдвинулся на несколько сантиметров, и на лице беглого штурмовика появилось некое подобие улыбки.       Тем временем Рей говорила дальше: - Понимаешь, Финн, когда ты управляешь такой машиной, как у По, кажется, что она составляет с тобой одно целое. Корабль реагирует на малейшее движение. И скорость! Мы пока что не осваивали никаких сложных маневров, вроде мертвой петли или огибания препятствий, но и обычный полет по прямой на сверхзвуковой – удовольствие неописуемое. Машина так плавно и мягко идет, корпус совершенно новый, штурвал движется без проблем. Помню, когда мы с тобой угнали «Сокола тысячелетия» с Джаку, я едва смогла двигатель включить, древний ржавый рычаг сперва заклинило намертво. Разумеется, корабли нового поколения, такие как быстроходные истребители сопротивленцев, не сравнятся с нашей старушкой, - девушка похлопала рукой по стенке внутреннего отсека «Сокола», будто призывала корабль не обижаться на её слова.       Вдруг комнату огласил громоподобный рык. Если «Сокол тысячелетия» был готов молча выслушивать нелестные высказывания в свой адрес, то Чубакка не собирался с этим мириться. Вуки оторвался от своего занятия, в три гигантских шага пересек комнату и навис над опешившей Рей. Не дождавшись от девушки объяснения недопустимого поведения, он стал бранить её на чем свет стоит, издавая при этом звуки умирающего кита и размахивая руками в опасной близости от головы Рей.       Финн в замешательстве стоял рядом, отчаянно пытаясь придумать способ успокоить разбушевавшийся комок шерсти, пока от его рева у них не лопнули барабанные перепонки. Не спорю, Финн – хороший малый с доброй душой и большим сердцем, но толку от него в критической ситуации маловато. Штурмовик-беглец и Рей так бы и продолжали слушать неистовые вопли задетого за живое Чуи, если бы в этот момент внимание вуки не привлекло кое-что другое.       Чубакка вдруг резко прекратил голосить, сжатые в кулаки руки верёвками повисли вдоль туловища. Он услышал шаги у себя за спиной и повернул голову на звук (Интересно, что сам вуки всё прекрасно слышал сквозь свой вой. Удобно, однако). Пока Чуи показывал прелести своего нрава, как выяснилось, куда более скверного, чем у Рей, в комнату незаметно прокрались двое.       Хан Соло стоял посередине помещения и пытался понять, чем вызвана бурная ругань его волосатого друга. Правой рукой он придерживал за плечи немолодую, но осанистую и видную женщину, на голове которой замысловатыми зигзагами извивались волосы, заплетенные в косы. Лицо Хана выражало крайнюю степень растерянности и недоумения, одна бровь медленно ползла вверх. Его спутница же выглядела заинтригованной и с интересом ожидала дальнейшего развития событий.       Чуи метнулся к вошедшим и с ожесточением начал рассказывать Хану о том, какое оскорбление Рей посмела нанести их обожаемому кораблю. По мере рассказа вуки лицо капитана Соло просветлилось и в глазах появилось понимание происходящего. Когда Чубакка прекратил свою триаду и вопросительно посмотрел на друга, Хан поразмыслил несколько секунд, а после провозгласил: - Чуи! Когда я сюда вошёл, мне подумалось, что вы сражаетесь с отрядом имперских штурмовиков! Зачем всё время так орать?       В ответ на эту фразу вуки что-то невнятно пробурчал утробным голосом. - А ты, Рей, могла бы уважительнее относиться к «Соколу тысячелетия». Наш с Чуи корабль, между прочим, срезал дугу Кесселя до 12 парсеков! А на днях «Сокол» вытащил вас из этой дыры Джаку. - Хорошо, что он не развалился надвое при взлете, - проворчал себе под нос Финн. - И в следующий раз, - Хан строго посмотрел на девушку – подумай хорошенько, прежде чем злить Чубакку. Обиженные вуки имеют обыкновение выдергивать другим руки с мясом. До сих пор вспоминаю тех двух мон-коламари, которым вздумалось жульничать в картах с Чуи… Когда же это было? - Хан, только не пускайся в перечисление всех твоих передряг, никому, кроме вас с Чубаккой, это не интересно, - вдруг подала голос спутница пожилого контрабандиста, приготовившегося начать повествование о годах своей бурной молодости, которая так и кишила разного рода передрягами и опасностями – Или возьми Чуи под ручку, отойди в уголок, и говорите там о вырывании рук сколько душе угодно. Я же хочу поприветствовать наших новых товарищей и прошу тебя дать мне возможность это сделать.       Уязвленный, Хан открыл было рот для возражений, но женщина лишь отмахнулась от него и гордо прошествовала к стоящим в отдалении Рей и Финну. Они уже порядком устали от драм, которыми стали свидетелями, но, когда дама заговорила с ними спокойным и миролюбивым тоном, почувствовали себя гораздо комфортнее. - Сенатор Лея Ограна, - представилась женщина. - Если быть точнее, Органа-Соло, - подал голос Хан.       Сенатор предпочла проигнорировать высказывание. - Сегодня днём, к сожалению, у меня не было возможности найти вас и сказать всю необходимую информацию. Поэтому приходите-ка вы завтра на общее собрание в большом зале. Послушаете, о чем там говорится, и войдёте в курс дела. С людьми познакомитесь, вы ведь, кроме Хана с Чуи и По, никого здесь не знаете. Договорились?       Финн с Рей дружно закивали. Лея благосклонно улыбнулась и продолжила вещать: - А сейчас предлагаю вам вместе с нами пойти в главный корпус и поужинать. Уверена, вы уже успели оценить талант повстанцев-кулинаров. В Первом Ордене кормят не так вкусно, верно? – она посмотрела на бывшего штурмовика – Мне уже рассказали немного о ваших похождениях, но я бы с удовольствием выслушала историю целиком от вас лично. - Конечно, Сенатор Органа… - Органа-Соло! – снова вмешался в разговор Хан. - … мы с Рей будем очень рады поболтать с Вами, - закончил фразу Финн – Идемте скорее.       В этих словах, безусловно, присутствовала доля правды. Хотя неизвестно, чего хотелось больше изголодавшемуся за долгие годы службы под имперским знаменем штурмовику – пообщаться с Леей или ещё разок насладиться запредельно вкусной стряпней сопротивленцев. - В таком случае прошу за мной, - произнесла сенатор и целеустремленно зашагала к выходу. Хан подскочил к Лее, снова приобнял её за плечи и что-то зашептал на ухо. Рей повернулась к Финну и, пытаясь быть как можно тише, сказала ему: - Я бы тоже не отказалась узнать об этой парочке побольше. Уверена, им есть, что рассказать. Рей была права и ещё как. Это жутко длинная, запутанная, но, вне сомнений, интересная история. Хотя вы это и без меня знаете.