Амнезия

Стас Шуринс - Ты Мое Дверь палаты номер девять открылась с лёгким скрипом. Первым в комнате появилось кресло, на котором, аккуратно сложив тонкие руки на коленях, сидел красивый парень. Бледная, как снег, кожа словно блестела на свету, сливаясь с бинтом на голове. Синяки под глазами казались ещё темнее из-за сильного контраста цветов. Тонкие ключицы проступали из-под спавшего воротника медицинской рубашки. Вены на запястьях просвечивались под тонким слоем кожи, а на левой руке красовался синяк в районе локтя из-за множества капельниц. — Ну что ж, Евгений, — обратился к парню врач, заходя в палату за медсёстрами, — если вас что-то будет беспокоить, сразу сообщайте об этом медперсоналу. Договорились? — мужчина оголил белоснежные зубы, ожидая ответа. Женя настороженно осматривал комнату, игнорируя реплики врача. Его взгляд к себе приковал криво стоящий столик. В палате будто чего-то не хватало. Тут явно что-то поменялось, но что именно? — Стоп, а где сумка? — неожиданно для всех выпалил вслух парень. — Что прости? — подал голос мужчина, не понимая о чём идёт речь. Девушки в белых халатах за его спиной удивлённо переглянулись между собой. Женя всегда умел подмечать детали, у него была дикая любовь к мелочам, поэтому и сейчас он заметил столь несущественное изменение. «Где его сумка?» - вновь спросил у себя в голове Калинкин, но не озвучил вопрос. Парень задумчиво вглядывался в пол, в то место, где она стояла до его ухода. Внимание вновь привлёк столик. Присмотревшись повнимательней, Женя увидел, что одна из его ножек сломана и криво поставлена обратно, в надежде, что никто не заметит. «Что здесь произошло?» - задавался вопросом парень в инвалидном кресле, но ответа он пока найти не мог. — Всё хорошо? — выдернул его из своих размышлений мужчина в белом, кладя тяжёлую руку на плечо юноши. — Да, извините, просто задумался, — быстро проговорил Калинкин, не сводя глаз с куска пластика в углу. — Тогда мы вас оставим, — с этими словами доктор удалился из комнаты, спеша к другим пациентам. Медсёстры помогли Жене перебраться на кровать, после чего покинули палату вслед за врачом, оставляя Женю наедине со своими догадками. «Неужели он просто взял и ушёл?» задал парень сам себе вопрос, слегка кривясь от боли в голове. «Неужели я своим "нет" потушил тот огонёк в его глазах?» Парню вдруг стало не по себе. Да, его напрягало поведение Васи, но он не хотел, чтобы тот уходил. Сейчас Женя осознал это на все сто процентов, но Васи уже не было. Нахлынуло лёгкое чувство вины. Он тоскливо окинул взглядом комнату. Тусклые стены, слегка потрескавшиеся от недобросовестной работы строителей в своё время, поломанный кусок пластика в углу, гудящие аппараты рядом с кроватью. Комната казалась невыносимо пустой и безжизненной. Жене было безумно неуютно и некомфортно находиться здесь. «А что если мы действительно были так близки? А я просто взял и своим поведением сделал ему больно». Продолжал парень монолог в своей голове. «Но я же не думал, что он уйдёт. Я этого не хотел». Тучи за окном сгущались, лишая комнату дневного света. На окне стали появляться большие капли и образовывались мокрые дорожки, медленно стекающие по холодному стеклу. Асфальт быстро покрылся миллионами пятнышек и через несколько секунд был весь мокрый. Ветер за окном просто рвал и метал, заставляя листву на массивных деревьях развеваться из стороны в сторону. Машины безостановочно сигналили, шум улицы нарастал, но в девятой палате была немая тишина, которая лишь придавала ещё большее напряжение атмосфере. Калинкин лежал на кровати, бегая глазами по мрачной стенке, вспоминая улыбку Васи, когда он проснулся сегодня утром. В голове всплыло воспоминание, как Шакулин бросился ему на шею, когда Женя очнулся после долгого сна. Это было очень странно, ведь тогда он увидел его впервые. Парень улыбнулся своим мыслям и понял, что хочет, чтобы Вася сейчас был здесь. Громкий звук удара двери об стену заставил его слегка вздрогнуть и обратить внимание на источник шума. Калинкин не успел сфокусироваться, как в палату влетел Шакулин, спотыкаясь о порог и заваливаясь кубарем в помещение. — Вася? — парень удивлённо смотрел на юношу, грудь которого часто вздымалась, пытаясь восстановить дыхание. В его руке была зажата та самая спортивная сумка, а русые волосы мокрыми прядями спадали на лоб. Одежда слегка подмокла и из-за этого прилипала к телу, прорисовывая рельеф, поэтому Женя мог видеть его накаченный торс. Калинкин вопросительно посмотрел в лицо Васе, стараясь не задерживать взгляд на мокрой майке. Спортивная сумка с грохотом шлёпнулась на пол. Шакулин преодолел расстояние между порогом и кроватью в два шага и оказался вплотную к другу. — Жень, — парень был очень близко. Тот чувствовал его тяжёлое, горячее дыхание и уловил запах мужских духов, вперемешку с сигаретами. Маленькие капельки падали на одеяло с мокрых волос Васи. — Прости меня, если сможешь. Я не должен был уходить, — Калинкин молча смотрел на Шакулина, в лице которого читалось искреннее переживание, — ты ни разу меня не бросил, когда мне было тяжело, ты никогда от меня не отворачивался, даже когда был занят или у тебя были свои проблемы, ты всегда приходил ко мне на помощь. Я просто не имел никакого права вот так уходить. Ты простишь меня? — Вася то и дело запинался, дыхание сбивалось, и ему приходилось жадно глотать воздух, чтобы продолжить разговор. На лице худощавого паренька проскользнула мимолётная улыбка. Женя опустил взгляд на майку Васи. — Ты что, бежал сюда под дождём? — ответил тот и снова посмотрел на милое личико Васи. Вася только сейчас заметил, что его одежда промокла. Он вытер ладонью бархатную щеку, с которой скатывались капли и, улыбнувшись, закивал. Парни зависли на несколько секунд, смотря друг на друга. Улыбка исчезла с лица Шакулина, он просто тонул в синих, как океан, глазах. А Женя смотрел вркадчиво, пытаясь разглядеть и запомнить этот цвет виски с примесью ярко-зелёного. Он только сейчас заметил, какой необычный окрас глаз у этого юноши, однако зрительный контакт продолжался недолго. — Аауу, — простонал Калинкин всё же оторвавшись от парня. — Что такое? — обеспокоенно спросил Вася. — Да блин, чешется, — он потянулся к гипсу на руке, царапая кожу вокруг. — Подождёшь пять минут? Я быстро, — не дождавшись ответа, Вася выскочил из палаты, оставляя Женю с его проблемой. Тот лишь удивлённо смотрел на дверь, за которой только что скрылся Шакулин. Заметив сумку, лежащую посреди палаты, на лице его вновь появилась улыбка. Будто теперь всё встало на места и всё так, как и должно быть. Напряжение от поведения парня ещё не покинуло Женю, но когда он был тут, Женя чувствовал себя спокойнее. Не успело пройти и трёх минут, как запыхавшийся Вася вновь ворвался в палату. В руках его была длинная линейка. Калинкин попросту не смог сдержать смеха, смотря на промокшего с ног до головы друга с линейкой в руках. Вася же расплылся в улыбке, услышав такой родной звук. Что-то теплое поселилось внутри. «Я помогу ему вспомнить всё и никогда больше не уйду», - подумал он, улыбаясь и наблюдая за смеющимся Калинкиным. Казалось, Шакулин может вечно любоваться этой картиной.