***
С учетом городских пробок добраться до Шастуна удалось только через полчаса. Еще издалека увидев знакомые номера, длинный парень, выскочив из-под козырька какого-то кафе, накрыл голову капюшоном почти до носа и кинулся к машине. - Фу-фу-фу, ты мне сейчас весь салон зальёшь! – Попов недовольно представил, насколько уже успел пропитаться водой новый чехол на кресло под неимоверно мокрым Антоном. - Арс, боже, как я по тебе соскучился! Дай же мне тебя обнять! – длинные мокрые и холодные руки обвили шею брюнета, так быстро, что тот не успел даже возразить. - Аааааааа! Шаст, сука, убери щупальца! – кажется, несколько особенно холодных и противных капель успело затечь Асрению за шиворот, - Тронешь еще раз и поедешь на крыше! - Да ладно тебе, неженка. Хах, как же мне не хватало твоего занудства! Вот значит как? Я зануда?! Надрать бы тебе ушки за такое)Или не только ушки… Всю дорогу парни шутили без остановки, наверно, сказалась долгая разлука. В перерыве между «хахайками» делились последними новостями из жизни, новыми сплетнями и планами на будущее. Так Антон узнал об утренней «трагедии» Арсения. Правда, Попов рассказал это, в надежде получить хоть какую-нибудь моральную дружескую поддержку, а взамен получил короткое «Лошара ты, Сеня!». Ну я тебе это еще припомню…. И действительно припомнил - через 20 минут в первом же магазине модной одежды: - Тошаааааа! – Попов кричал на весь магазин в поисках своего «объекта мщения», не обращая внимания на удивленные лица вокруг, - Смотри, какой я тебе милый браслетик нашел! Длинный парень, зарывшись обратно в капюшон, максимально незаметно попытался скрыться из бутика, пока его почти под руку, не поймал светящийся от своей гениальной идеи, Арсений. - Я же просил не называть меня Тошей! – прошипело «что-то» из под своего балахона. - А я так же сотню раз просил не называть меня Сеней! - Да все-все! Я больше не буду, Арсений Сергеевич! – Было бы приятно, если б ты еще не язвил сейчас. Вот же вредный ребенок) - Ага, где-то я это уже слышал.***
Если день задался неудачно, то и в течение дня вы можете не ждать от него ничего хорошего. Но сейчас, Арсений Попов был готов оспорить это высказывание, впервые за долгое время. Сегодня он замечательно провел день благодаря свалившемуся «как снег на голову» Антону. В багажнике автомобиля еле умещались пакеты с покупками, а сами импровизаторы бурно обсуждали только что просмотренный в кинотеатре фильм. - Слушай, Шаст, а если бы мы были главными героями этого кино, кем бы ты меня видел? - Ты бы точно был самим Тором. Ведь он такой крутой, бесстрашный, шикарный красавчик, - Антон говорил и довольно наблюдал за реакцией водителя: тот расплылся в улыбке, гордо выпрямил спину и убрал с руля одну руку, - А еще … я пошутил! - Блин, Тох, ну ты чего так обламываешь! – Улыбка сменилась разочарованием с каплей надежды, - Точно не он? - Ахах, точно, Арсюша, точно… О! А вот и мой отель! И вот только сейчас брюнету пришло осознание, что каким бы не был этот день, он все равно пришел к своему завершению. Сейчас он вернется к себе домой в пустую квартиру, поужинает и просто ляжет спать. Как то непривычно после всей этой суматохи будет оставаться одному… - Тох… - Чего, - парень уже одной своей тощей ногой был на улице. - Может, ну его этот отель? Давай сегодня ко мне, тем более ты помнишь, я торт вкусный купил и вообще много чего еще съестного! – Соблазнять Шаста едой, как бабу айфоном – беспроигрышный вариант) Антон замялся: предложение звучало слишком заманчиво, чтобы отказаться, но и слишком неожиданно, чтобы так просто согласиться. Тем не менее, оставив вопрос без ответа, парень просто вернул свое тело в кресло и пристегнул ремень. - За еду Попов, хоть на край света! - Какой же ты все-таки продажный, Ушастик, - Прям не дороже Фунтика) Арс улыбался во все 32 зуба и не мог скрыть радость от изменившихся вечерних «серых» перспектив.***
Преодолев еще несколько километров пути, один шлагбаум, очень бдительную консьержку и несколько этажей (спасибо сломанному лифту), друзья, наконец, добрались до нужной квартиры. Антон был тут всего пару раз, когда после концертов Попов наотрез запрещал друзьям тратиться на бездушные гостиницы, аргументируя: ”Ну что мы, не родные что ли?”. Молодой импровизатор, не раздеваясь, прошел вслед за хозяином квартиры по коридору в просторную гостиную, тут же на смежной с ней кухне засуетился Арс: разобрал покупки, распихал все в холодильник и по полкам, поставил чайник. Квартира, как отметил про себя Шастун, ничуть не изменилась с его последнего приезда: его друг все так же использовал спинки стульев вместо вешалок, судя по пожелтевшим листьям, забывал поливать цветы, да и вообще не заморачивался по поводу уборки. Хотя так для Антона было даже привычнее, и напоминало собственную квартиру в Воронеже. - Шаст, а куртку снимать не учили? - Ааа, да, ща сниму! Дальнейшее происходящее повергло в шок обоих. Антона, не понимающего вдруг округлившихся и налившихся безумием глаз друга. Арсения, просто в шоке разглядывающего худое тело напротив, да и вообще какого черта??? - Тоша. Что. На тебе. Надето? – казалось,Арс просто потерял дар речи и сейчас тщательно пытался вспомнить отдельные слова. На молодом парне напротив красовалась та самая «очередная влюбленность» Попова. Эти до чертиков эстетичные красные квадраты на черной ткани узнавались из тысячи. - Опять “Тоша”? Я же про… - АНТОН! Не сейчас! Я спрашиваю, где ты взял эту черто...чудесную футболку? - сама мысль, что его опередил в покупке какой-то там Шастун, ничего не понимающий в одежде, разрывала мужское самолюбие. - Вчера вечером купил в местном шоу-руме, - парень хлопал глазами и отчаянно ничего не понимал, - Арс, да объясни же! Лицо брюнета приобрело багровый оттенок и не предвещало ничего хорошего длинному парню напротив. Из голубых прежде глаз летели огненные стрелы, а руки интуитивно тянулись к чему-нибудь тяжелому. - Аааааарс, ты меня пугаешь? –Антон попятился спиной к коридору, в голове ускоренно соображая, где в этой квартире можно спрятаться. Выбор пал на ванную комнату, благо до нее всего пара шагов. - Тош, иди ко мне, - Попов сам не узнал собственный голос: таким требовательным и твердым ни он, ни Антон его еще не слышали. Мужчина медленно крался вперед, и когда между ними оставалась всего пара шагов, резко кинулся на друга. С реакцией у Шастуна всегда все было в порядке, поэтому в последние секунды, перед «львиным» прыжком обезумевшего Арсения, парень поддался в сторону и пулей устремился по коридору к «надежному убежищу». Но не тут-то было: уже на пороге ванной комнаты, его резко схватили за шиворот, вывернули руки и повалили на пол. - ААААААААРС!!! Сука, ты чего творишь??? - Снимай футболку, зараза! - ТЫ ОХРЕНЕЛ СОВСЕМ? Одними ногами оттолкнув навалившегося сверху брюнета, Антон залетел в первую попавшуюся комнату (судя по кровати, это была спальня), но не успел захлопнуть за собой дверь, как через порог уже переступила нога. Запыхавшиеся парни стояли по разные стороны от широкой двуспальной кровати: Шастун пытался отдышаться, а Арсений не мог оторвать глаз от футболки на его тощем теле. На мне смотрелось бы лучше! - Арс, пожалуйста, скажи что случилось? – слова ложились на слух мягко и нежно, словно успокаивая. - Хорошо. Помнишь, в машине я рассказал тебе, как прошляпил одну очень крутую покупку? Так вот: я прошляпил её ТЕБЕ! Не кому-то другому, а именно тебе. Просто подарок судьбы какой-то, - Арсений ухмыльнулся этому странному совпадению, и в знак того, что Антону ничего не угрожает, оставил улыбку на лице, - А сейчас ты снимешь футболку, наденешь что-нибудь из моего гардероба (С самых дальних полок, куда я уже давно не залезал), и мы пойдем пить чай с тортиком. Мужчина повернулся к выходу из комнаты, встал в дверном проеме и выжидающе посмотрел на Антона. Тот так и стоял возле кровати и переваривал информацию. Минуты шли, а напряжение росло в арифметической прогрессии. - Нет, - твердый и непоколебимый, не поддающийся обсуждению ответ. Такой же и взгляд, устремленный на «преграду» у двери. - Что, Тоша? Повтори. - Я сказал «Нет». Это моя футболка и я останусь в ней. Умей проигрывать… Сеня. Что именно так разозлило Попова, что он в одно мгновение пересек комнату, оказавшись рядом с высоким парнем? Такой глупый отказ на просьбу «самого» Арсения, или неуместно вставленное, режущее слух сокращение его имени? Резким толчком брюнет повалил противника на кровать, не без борьбы перевернул лицом вниз и сел сверху, крепко сцепив руки глупого мальчишки. - Во-первых, ТОША, я напомню, что меня зовут Арсений Сергеевич/Арсений/Арс или просто Попов! – медленно и с раздражительностью объяснял брюнет, словно подавая урок нерадивому ученику, - А во вторых, ты по-хорошему разденешься или я…. Холодные изящные пальцы заскользили по телу блондина. От боков они поднимались к ребрам, почти невесомо касаясь кожи сквозь ткань… - Ааааарс! Ахахахаах! НЕЕЕЕТ! Не нааааадо! – парень извивался под действием «запретного оружия» - Щекотно же! Перестань! Заливистый хохот стоял на всю квартиру, и заражал своей позитивностью всех соседей вокруг. Двое молодых людей как дети, смеясь, прыгали на кровати, били друг друга подушками и щекотали за что не попадя. Наконец, возраст (Старость не в радость) дал о себе знать. И если бы кто-то третий сейчас зашел в комнату, представшая перед ним картина минимум заставила бы надолго задуматься: раскрасневшиеся, взъерошенные и глубоко дышащие Антон с Арсением лежали на помятой кровати и с удовлетворенными улыбками смотрели в потолок. - Фух, Арс, ну ты умеешь шутки шутить! Я уж было поду… - В смысле «пошутил»? Я серьёзно. Раздевайся! - Ты придурок что ли? – улыбка моментально слезла с лица Антона: его друг реально сошел с ума. Вместо ответа Арс решил прибегнуть к последнему своему беспроигрышному методу. Мужчина иногда использовал его по отношению к гомофобному Матвиенко, и сейчас собирался получить тот же результат – добиться желаемого. Брюнет быстро перелег на Антона сверху, только теперь они оказались лицом к лицу. Пальцы рук переплелись с пальцами одетыми в холодный металл, а колени зажали ноги жертвы. Их губы находились в опасной близости, носы упирались друг в друга, а глаза каждого пытались считать мысли человека напротив. В этом и была суть любимой игры Попова: наблюдать за беспомощными людьми в таких пикантных ситуациях. Если окружающие люди постоянно подозревают его в нетрадиционной ориентации, так почему бы и не подыграть им? Реакции бывали разными: от шквала отборных матов, до нервного смеха и призыву к мирным переговорам. Так Серега оказался очередным подопытным кроликом, после отказа дать Арсу свою машину в прокат на вечер. В итоге Попов катался на ней добрых 3 дня, а Матвиенко даже боялся заикнуться, что чем-то недоволен. Вот и сейчас, Арсений всем своим весом вжал Шастуна в кровать и уже представляет, как Антон, готовый на все что угодно, лишь бы побыстрее смыться отсюда, снимает и отдает Попову в руки его прелесть. Но ничего не происходит: Арсений продолжает ждать, а Антон под ним просто с интересом наблюдает за своим слетевшим с катушек другом, как тот поведет себя дальше. Такой нелепый, такой глупый и беспомощный. Или он просто берет меня на слабо, уверенный, что я ничего не могу с ним сделать? По этим зеленым глазам напротив сложно было что-либо прочесть: любопытство перемешивалось с испугом, нетерпение с осторожностью. Единственное, что Попов мог разобрать в них абсолютно точно – это вызов и … желание? Может все-таки припугнуть этого сорванца? Ну а что? Ему, Арсению, это ничего не стоит сделать, да и вообще – на войне все средства хороши. А может … он и сам этого хочет? Почему из глубины души вдруг вылезло желание, чтобы мальчишка под ним противился до последнего, тянул эти странные минуты, смотрел, не отрывая взгляда своих невероятных зеленых глаз, продолжал опалять своим горячим дыханием? Потому, что ты попал в собственную ловушку, Попов! Не думая больше ни секунды Попов коротко коснулся полуоткрытых губ, и еще раз и еще, каждый раз, слегка откидываясь, чтобы заглянуть в глаза. Несколько раз провел по этим устам своими, лишь слегка дотрагиваясь. Он ждал. Ждал уже не того, что Антон скинет его с себя, вскочит, швырнет в него проклятую футболку, а вообще, хоть какой-нибудь реакции. Ни тебе «Арс, придурок, ты что охренел?», ни «Что это сейчас было?». И ведь Антон на удивление не вырывался, не предпринимал попыток сопротивления, как будто ему … нравилось?! Сердце брюнета уже слишком громко стучало в груди, грозя переломать все рёбра и выбраться наружу. Внизу живота томительно тянуло, а Арсений не привык отказывать себе любимому. Как бы ему сейчас хотелось воплотить все фантазии своей «гейской» стороны, которые почему то всегда касались исключительно Антона. Ведь именно этот странный паренек смог разбудить в нем это непонятное желание «попробовать на вкус» мужское тело. И вот оно сейчас лежит под ним и манит своей красотой, изящностью каждого изгиба, невероятной теплотой, притягивающей словно магнитом… А вот о чем ты думаешь, Шастун? И Антон ответил на вопрос. Ответил уже более уверенным поцелуем, с каждой секундой настойчиво углубляя его. Одна ладонь зарылась в темные короткие волосы, вторая исследовала широкую и горячую спину, ноги обхватили торс. - А ты попробуй, отбери её у меня! Арсений победно улыбнулся в поцелуй: сегодня ночью он точно «отвоюет» свою добычу, и такой способ ему более чем нравился.***
- Вы только посмотрите на эту футболку! – Арсений пафосно выпрямился и завел руки за голову, чтобы продемонстрировать всем собравшимся на съемочной площадке шоу "Студии Союз" свою гордость. Шастун рядом с ним как мог сдерживал смех, в отличие от ведущих программы: - Человека, который стоял на коленях за эту футболку! Ни Антона, ни Арсения ничуть не смутила эта шутка: ребята могут говорить, все что захотят. Главное, что они сами того не зная оказались почти что правы. Только вот, я скорее ПОСТАВИЛ на колени за неё)Кстааааати, какая интересная на Антоше рубашка….