4-781-533-300

- Эмм, это Эвен. Он учится на параллели. Эвен выдал самую приветливую, самую располагающую, самую невинную улыбку, способную вызвать материнский инстинкт даже у пропащей женщины. Исак нервно посмотрел на мать, пытаясь замаскировать свое волнение. Это ведь было подозрительно, да? Если бы он волновался. С чего бы ему так переживать, когда он просто представляет ей своего друга? - Здравствуйте, - вежливо откликнулся Эвен. - Очень приятно. Мама Исака держалась слегка настороженно, но скорее из-за неожиданности, а не потому, что Эвен ей не нравился. Она все еще сидела на диване, оторвав взгляд от телевизора и повернув к ним голову. Она даже не пробовала встать. Исак не знал, зачем бы ей это делать, но это почему-то задевало его. Его мама попыталась скрыть свою растерянность, улыбнувшись немного криво. - О. Да. Привет, Эвен, - внезапно она добавила: - Ты очень высокий. Это было достаточно прямолинейно, без какого-либо перехода, на грани с бестактностью. Раньше Исак был бы смущен или раздражен, но сейчас он только внутренне встрепенулся - раньше, раньше мама всегда была бестактной и прямолинейной. Раньше ему это не нравилось. Теперь ему не нравилось ее осторожное молчание. Эвен улыбнулся шире, обнажив зубы. Держась чуть позади Исака, он кинул взгляд на последнего, неловко ответив: - Исак решил, что ему нужен хоть один друг выше него, чтобы дух соперничества не умер в нем. Исак раздраженно закатил глаза и едва удержался от того, чтобы не пихнуть Эвена локтем. Блять, что за бред. Поймав выжидающий, словно ищущий взгляд матери, он отрывисто подыграл: - Да-да, все так и есть. Воскрешение азарта и все такое, - и обратился уже напрямую к ней: - Мы будем у меня в комнате. Не оглядываясь, он отправился прямо в свою спальню, но Эвен слегка задержался, обнаружив, что забыл телефон в куртке. Возвращаясь, он заметил, что мама Исака все еще смотрит на него. Он снова улыбнулся, слегка неуклюже, и она улыбнулась ему в ответ. Эвен вежливо сделал вид, что не замечает ее натянутость. Сжимая телефон в руках, он дошел до комнаты Исака и прикрыл за собой дверь, вопросительно уставившись на спину парня. Исак оглянулся. Он выглядел озабоченным и кусал губы изнутри. - Что так долго? - нахмурился он. Эвен, все еще подпирая спиной дверь, молча поднял телефон на уровень груди. - Забыл, - с улыбкой добавил он. - Ну, она не выгнала меня, как только увидела. Это победа? Исак с досадой опустил глаза. Он знал, что это было глупо и он больше сам себя накрутил, чем у него действительно были какие-то весомые поводы переживать. Его мама не умела читать мысли и вряд ли она знала Исака настолько хорошо, что с одного взгляда могла понять, что рука ее сына побывала в штанах его друга. Он ведь не давал ей поводов сомневаться в нем, верно? Он слишком затянул с ответом, заставив улыбку Эвена увянуть. Наблюдая за ним, Эвен мягко позвал его: - Исак, - тот поднял на него глаза. - Все нормально. Она выглядит хорошо. Она приняла меня хорошо. Я ей понравился. Исак фыркнул. Его сердце все еще тревожно ухало внутри, но он уже успокаивался. Ему было стыдно за себя. - С чего ты взял? Когда приходит Юнас, она не отпускает его до тех пор, пока не спросит про все на свете. Ты пока на испытательном сроке. Не удержавшись, Эвен довольно хмыкнул. Исак больше не нервничал. Исак не был рад, что Эвен видит, насколько сильно подобная мелочь выбила его из колеи. Это ненормально, да? Что он парится по такому поводу. Нахуй это. - Я нравлюсь женщинам. И не только женщинам, - слегка склонил Эвен голову, поглядывая на Исака исподлобья. Его улыбка была манящая. Исак хотел поцеловать его. - Боже, - выдохнул он, закатив глаза и ощущая, как его лицо начинает гореть. - Чем займемся? Эвен наконец отошел от двери. Рухнув на кровать и перевернувшись на спину, он сложил руки на животе и покосился на Исака. Он не возражал, что тот соскочил с темы. Им нужно было отвлечься. - Не знаю, - сказал он. - Есть предложения? - Это ты хотел ко мне пойти, - напомнил Исак и тут же предложил: - Можем досмотреть фильм. Он едва успел договорить, когда фырканье Эвена перебило его. - Я уйду, если ты включишь его. Я серьезно, Исак. Исак усмехнулся, занимая стул за своим письменным столом. Он хотел подразнить Эвена, но ему не хотелось делать это грубо, чтобы Эвен не подумал, будто он огрызается. Что-то щемящее появлялось у него в груди, когда он смотрел на него. Это была нежность. Исак ненавидел это слово. Отвернувшись, он вытащил тетрадки из своего рюкзака и небрежно свалил на стол. - Ну, если у тебя нет идей, тогда тебе придется помочь мне с немецким. - Я учил французский, - хмыкнул Эвен, наблюдая за ним с кровати, и добавил по-французски: - Ты очарователен, Исак. - Ладно. От тебя вообще есть польза? - Оу. Грубо. - Если ты не прекратишь говорить на французском, я пошлю тебя на норвежском. Эвен наморщил лоб. Он уже открыл рот, чтобы снова что-то сказать по-французски, но передумал и шутливо поинтересовался: - Да? Очень интересно, как это звучит. Исак, прекратив переворачивать бардак на своем столе, развернулся, чтобы взглянуть на парня. Они пересеклись взглядами. Исак вскинул брови. - Хочешь узнать, как это звучит? - переспросил он. Улыбающиеся губы Эвена не вязались с вызовом в его взгляде. Исак прищурился. - Да. Всегда мечтал услышать что-нибудь нецензурное на норвежском. - Пошел нахуй. Вот как это звучит, - Исак также не мог контролировать то, что уголки его губ разъезжаются в стороны. - Вау, - протянул Эвен. - Клянусь, это самое красивое, что я слышал в своей жизни. Можешь сказать еще что-нибудь? - Могу сказать, что ты ахуенно заебал меня, Эвен. Эвен засмеялся так, будто это действительно было смешно. Он вдруг резко приподнялся на локтях. Матрас под ним скрипнул. - А знаешь, я вспомнил, что тоже могу сказать кое-что по-норвежски, - сообщил он с загадочным видом. Исак, сложив руки на спинке стула, выжидающе выгнул бровь. Его глаза были слегка прикрыты, и если бы он мог видеть себя со стороны, ему стало бы стыдно за то, насколько опьяненным он выглядит. - Я могу сказать, что пиздецки скучаю по ощущению хера ахуенного Исака Вальтерсена в своем рту. Исак задушено выдохнул, спрятав покрасневшее лицо в сложенных руках.

***

Наверное, им не стоило курить в комнате Исака, пока его мама была дома. Даже несмотря на то, что это были всего лишь сигареты. Даже несмотря на то, что окно было открыто настежь. Исак знал, что мама будет злиться, если увидит, чем они заняты. Возможно, он хотел, чтобы она наорала на него. Эвен повернул к нему голову, разглядывая его лицо. Исак видел это краем глаза; сам он все еще смотрел в потолок, размышляя, насколько опасно лежать так рядом. В любом случае, дверь в его комнату была закрыта, и он всегда мог оправдать это тем, что они курили прямо тут. Заметив, что Эвен пялится на него слишком долго, он покосился в ответ. - Что? Пальцы Эвена практически невесомо провели по его шее. Это было щекотно. Исаку нравилось. - Где-то в параллельной вселенной другой Эвен и Исак так же лежат на кровати и смотрят друг на друга. Или занимаются сексом прямо сейчас. Исак фыркнул. Его губы невольно разъехались в стороны. В груди Эвена растеклось удовольствие оттого, что ему удалось согнать с лица Исака задумчивость. - То есть пальцы Эвена из параллельной вселенной сейчас не на шее другого Исака, а в его штанах? Эвен засмеялся. - Да? Почему нет? В какой-то из параллельной вселенной руки Эвена и Исака точно сейчас находятся на других местах. Исак хмыкнул себе под нос и отвел глаза в сторону, снова уставившись перед собой. Его лицо снова выглядело так, будто он думает о чем-то еще. Исак сделал последнюю затяжку, обрушив столбик пепла в пепельницу на его груди, которую он прятал в глубине своей прикроватной тумбочки. - В одной из параллельных вселенной другой Эвен сейчас лежит с Анной, и они счастливы. Эвен молча моргнул. Его пальцы продолжали чертить линии. Подушечки пальцев очертили подбородок. Исак слышал, как его губы мягко открылись. - А что делает другой Исак в этой вселенной? Рот Исака был приоткрыт. Он облизал губы, прежде чем негромко ответить: - Другой Исак переехал от своей мамы и сейчас пытается справиться со всем дерьмом, что накопилось в нем. Пальцы Эвена остановились. Исак повернул к нему голову. Его зрачки были расширены, но он дышал размеренно. Они молчали пару минут. - Она в порядке? - спросил Эвен. Он почти не задавал этот вопрос, потому что Исак закрывался, когда это происходило. Но он все еще не пытался прервать зрительный контакт, и это было хорошим знаком. Исак лежа пожал плечами. - У нее больше не случалось эпизодов. И она проводит почти каждую ночь со мной. Исаку было стремно говорить это, будто это означало признаться в чем-то постыдном. Может быть, так оно и было. Он никогда не упоминал это в своих ночных сообщениях Эвену, когда сзади к его спине прижималась мама и тихо сопела в его шею. Исак перевел взгляд на подбородок Эвена. Это было безопасной территорией. Может быть, так Эвен не мог читать его мысли - пока он не смотрит ему в глаза. - Думаю, ей одиноко. Она все еще не может вернуться к жизни. Рука Эвена скользнула ниже, найдя ладонь Исака, которая придерживала пепельницу на груди. Эвен тоже опустил глаза, уставившись на свой палец, почти робко поглаживающий ребро Исаковской ладони. - Ей нужно время. Чтобы вернуться к тому, что было. Исак хотел сказать, что ничего не вернется к тому, что было. Для этого нужен отец, но у него другие планы. Вместо этого он сказал: - Наверное. Они опять замолчали ненадолго. Исак невесело улыбнулся. - Скорее бы закончить школу и съехать отсюда. Я больше не могу здесь быть. Эвен поднял на него глаза. - Из-за нее? - Не знаю. Да. Не только, - дернулся Исак, и совесть заставила его лицо гореть, но он действительно хотел сказать это. - Я не хочу видеть, как она шатается, будто ей уже девяносто и она не знает, зачем она здесь. Он знал, что это эгоистично - говорить так. Но это сидело у него внутри, пульсировало в голове, набухало в мыслях, как опухоль. Исак хотел вырезать это. Его мама снова была здорова - на пути к этому, - но она не стала той женщиной, которой была до эпизода. Она никогда не была громкой, но у нее была уверенность, и сила, и работа, и подруги, и смех. Сейчас у нее не было ничего, кроме Исака. Он не хотел быть якорем хотя бы потому, что якорем всегда была она. А сейчас он тонул. Что, если она так и не оправится? Если у нее снова случится эпизод? Это будет означать, что он не справился и не смог удержать ее на плаву. Исак не хотел видеть это. - Я хочу уйти. Насовсем. В другой город, неважно. Иногда навещать ее. Замолчав, он посмотрел на Эвена. Он знал, что тот не будет упрекать его, но все равно ощутил облегчение, когда не встретил укора. Он ведь не должен говорить всего этого, верно? Это несправедливо к его маме. Он такой неблагодарный. - Может, уже назовешь меня мудаком? - не вытерпел Исак; его губы снова криво изгибались. - Ты не мудак, Исак, - тихо ответил Эвен, пододвигаясь к нему ближе. Его губы были лучше любого оправдания.

***

Исак смотрел в свой суп. Картошка на его зубах превратилась в кашу, но он все продолжал жевать ее, бесцельно помешивая ложкой в тарелке. Он изредка поднимал взгляд на маму. Сделав так снова, он обнаружил, что та наблюдает за ним. Она демонстративно вскинула бровь. - С супом что-то не так? Исак покачал головой и, спохватившись, проглотил еду. - Нет. Все нормально. Он не очень любил супы, но сейчас не ел его по другой причине. Мысли отвлекали его от процесса. Он мялся. - Хорошо, - с сомнением отозвалась мама, все еще недоверчиво поглядывая на него. Ладони Исака вспотели. Он зачерпнул суп ложкой и отправил его в рот. Мысли в его голове роились. Помнишь Эвена? Мы встречаемся с ним. Я знаю, что ты верующая, но религия не против геев. В смысле, да, против, но это придумали люди. А Богу плевать. Мам, я гей. Эвен тоже. В смысле, у него была девушка, но он несколько раз изменял ей с парнями, так что... Мы типа встречаемся. Исак тяжело вздохнул. Телефон перед ним завибрировал, уведомляя о новом сообщении, но он едва взглянул на него. У него ушло еще несколько минут, прежде чем он смог решиться заговорить. - Как тебе Эвен? Он исподлобья посмотрел на мать, но та даже не оторвала глаз от тарелки, продолжая есть. Она пожала плечами и невнимательно сообщила: - Кажется неплохим. Кто его родители? - Эм, - наморщил Исак лоб, поерзав на стуле. - Он живет с мамой. Она работает в больнице, не помню, кем именно. Мама слегка кивнула, одобряя. Она больше ничего не спросила, хотя Исак надеялся, что она поддержит разговор, и они дойдут до этого. Возможно, он возился на месте слишком много и вел себя как-то не так, потому что мама, взглянув на него опять, вопросительно выгнула брови. Исак облизал губы. Опустив на мгновение глаза, он снова поднял их. - Эм, я... - нервничая, он сжал ложку сильнее в пальцах. - У меня есть кое-какие новости. Пообещай, что не будешь злиться на меня. Теперь мама выглядела настороженной. Она тоже перестала есть, уставившись на Исака. - Хорошо, - напряженно помолчав, согласилась она. - Что случилось? Исак слышал свое сопение в повисшей тишине. Телевизор не работал. Он прочистил горло, снова поерзав на месте. - Мм. В общем, Эвен, э, мой парень. Мы встречаемся. Они уставились друг на друга. Мама не казалась потерянной. Она просто, моргнув, опустила глаза в задумчивости, будто он сообщил ей, что вылетел из футбольной команды. Будто это было не очень хорошо, но она могла это пережить. - Ты говорил отцу? - было первое, что она сказала. Исак нетерпеливо кивнул. Его пальцы были ледяными. - Он в курсе. На этот раз она замерла ненадолго. Исак выжидающе смотрел на нее. По крайней мере, она не кричала. И не пыталась отречься от него. Он не считал, что она выгонит его из дома, когда узнает о его гомосексуальности, но думал о том, где бы поселился, если бы это произошло. Это было плохо? Он просто просчитывал варианты. - О. Ладно, - она кашлянула, прочищая горло. - Что ж. Было неожиданно, но ладно. Исак не особенно верил, что все проходит так гладко. - Ты, - он запнулся на полуслове, - ты не ненавидишь меня? - Господи, Исак, - хмуро вздохнула мама, отложив ложку; она казалась расстроенной. - С чего я должна тебя ненавидеть? Исак опустил глаза и пожал плечами, замявшись. - Религия против геев. Она молча посмотрела на него со странным выражением. Потом отодвинула стул, заставив Исака вздрогнуть. Ее масляные из-за бульона губы впечатались в его висок, а руки притянули его голову к своей груди. - Прости меня. - За что? - задушено спросил Исак; его руки, дрогнув, неуверенно сомкнулись на ее талии. - Я слала тебе все эти сообщения. Теперь ты думаешь, что я фанатичка. Я никогда не хотела, чтобы ты боялся мне сказать что-то такое. Это означало, что она не против? Это означало, что она все еще любит его? Исак не стал уточнять. Он прижался к ней крепче.

***

______________________ Конфа Чт, 00:01

Исак Эвен зовет всех вас на пати в пт

Магнус !!!!!!! Магнус [gif] Махди черт круто!! Махди у него дома?

Исак Ага Исак Вы можете позвать кого-нибудь, если хотите. +1 если вы понимаете о чем я Исак :^)

Юнас Боже, Исак стал писать так же как и Эвен с этими тупыми смайликами.

Исак Юнас :^) Отъебись :^)

Махди бля мне даже некого позвать Махди надеюсь, там будут горячие цыпочки ;) Махди да юнас? ;) Юнас Идите нахуй, парни.

Исак :(

Магнус Круто! Значит, я возьму с собой Вильде Юнас Чувак, нет Махди лол бро после того, как ты опозорил ее в кафетерии? нет Магнус Тогда может кто-нибудь из вас пригласит ее? Эвен?

Исак Нет

Махди нет Юнас Я отказываюсь принимать в этом участие

______________________

***

Исак торчал в ванной, когда отец решил, что это самое удачное время, чтобы поставить точку. Вода уже остывала, но Исак не спешил вылезать, пялясь на свои ноги. С его волос иногда срывались капли, заставляя беспокойную рябь возникнуть на воде. Исак не был виноват в том, что дверь в ванную комнату была слишком тонкой, а отец решил поставить точку именно в гостиной. Его голос твердым, слегка взволнованным. Грубым. - Там остались вещи, которые мне не нужны. Можешь выбросить их или отдать кому-нибудь. Я не стал забирать инструменты. Исак слышал, как он ходит по комнате. Мама молчала. Может быть, ее вовсе не было рядом, и отец репетировал свои слова. - Если понадобится что-то, можете звонить. Я оставил адрес в записной книжке на всякий случай. Исак знает. Исак не шевелился, все еще смотря на свои ноги под водой. Он начинал замерзать. - Надеюсь, ты придешь во вторник. Нужно разобраться с документами. Я буду настаивать, так что давай покончим с этим сейчас, ладно? Пока его родители обсуждали развод прямо за стенкой, Исак ничего не чувствовал. Может быть, это был особый вид грусти, когда в тебе нет ничего, кроме пустоты? Он даже не злился. - Я буду высылать деньги, пока ты не найдешь работу, но я надеюсь, ты понимаешь, что так не сможет продолжаться вечность? Попробуй вернуться на прежнее место, может быть, они еще не нашли нового сотрудника. Или найдут для тебя другую должность. Исак, прикрыв глаза, вздохнул. Деньги. Это будет проблемой. Ему придется искать подработку на лето. Может быть, ему удастся совмещать работу с учебой. Вряд ли у него получится сделать это сейчас, пока у него столько долгов, но спустя пару месяцев? Он ведь подтянет все за пару месяцев, верно? Исак вылез из остывшей воды. Вытеревшись, он натянул на себя домашние вещи, практически не вслушиваясь в то, что продолжает говорить отец. Когда он вышел, тот замолк. Исак, пересекшись с ним взглядом, отвел глаза и прошел мимо. Мама, бледная, как полотно, смотрела на него с дивана. Не дай ему уйти, Исак, говорили ее глаза. Он уходит, Исак, говорили ее глаза. Сделай с этим что-нибудь, Исак, говорили ее глаза. Исак уставился себе под ноги. - Привет, Исак. - Привет, - скупо ответил тот и скрылся у себя в комнате. Закрыв за собой дверь, он какое-то время стоял в прострации. Потом потянулся за своим телефоном. Проверил новые сообщения. Ответил Эвену. Ответил Юнасу. Ответил Сане. Отвлекся. В дверь постучали. Исак не успел ответить, только вскинул голову, когда отец вошел, не дождавшись его разрешения. Он выглядел неловко, его улыбка была слегка заискивающей. Он окинул комнату взглядом, прикрывая дверь за спиной. Сел рядом на кровать. Исак убрал телефон. - Как дела? - Нормально. Исак смотрел на свои ладони. Отец помолчал немного, потом вздохнул. - Ты все слышал? Исак кивнул. Его спина была напряжена, но внутри все еще было пусто. - Ты не виноват в этом. Раздражение поднялось в нем. Причем тут это? Он не думал о своей вине. Плевать. Все равно. Исак снова кивнул. Он хотел огрызнуться, но не хотел разговаривать. Отец мял руки. Его собственные лежали камнями. - Я не ухожу навсегда. Мы все еще будем видеться. Ходить по выходным куда-нибудь или... что хочешь. В рамках разумного. - Ты будешь жить у нее? - глухо спросил Исак. Не то чтобы он сомневался. Просто хотел поставить точку на этом. Отец взглянул на него. - Да. Приходи, когда хочешь. - Окей, - соврал Исак. Хильде не будет рада, если он припрется к ним. Чужой ребенок из чужой жизни. У нее есть свой сын, свои проблемы с ним. - Ты женишься на ней? - вырвалось из него. Отец тяжело вздохнул. Исак ощущал, что это поставило его в неудобное положение. - Мы пока не думали об этом, - все же сказал он. - Я скажу тебе, если будет намечаться что-то такое. Исак кивнул снова. Он ни разу не оторвал взгляд от рук. Помолчав, отец неловко поинтересовался: - Так значит, ты помирился с Эвеном? Исак нахмурился в легком замешательстве. Моргнул. - Мама сказала? Потому что он не мог узнать иначе. Его не было дома почти все время. Они не созванивались. Исак и не сказал бы ему такое. - Да. Спросила, как давно вы вместе, - отец слегка улыбнулся. - Я не особо знал, что сказать ей, так что поговори с ней об этом. Рад, что у тебя все наладилось. - Ага. Они будто пытались оживить дохлого кота. Ничего не получалось. Вконец смутившись повисшей неловкости, отец встал. Его ладонь рухнула на плечо Исака, крепко сжав его. - Увидимся на следующей неделе. Не беспокойся о карманных деньгах. Это уж останется точно. Оставь эту хуйню для своего нового сына. - Ага. Круто.

***

______________________ Эвен Бэк Насхайм Чт, 20:54

Эвен Останешься на выходные? ;)

Исак Твоей мамы не будет дома?

Эвен До пн

Исак В таком случае я планирую выпить так много пива, чтобы блевать всю субботу

Эвен Жду с нетерпением. Эвен Надеюсь, мы проведем выходные, вместе оттирая твою блевоту от ковра <333

Исак бля фу

Эвен :)

______________________

***

Пальцы Эвена вскользь притронулись к его ладони, пока они направлялись к парням, которые ждали их около выхода из школы. Исак взглянул на Эвена, и тот улыбался так, будто мог в любой момент взять его за руку. Исаку хотелось спрятать ладонь в карман, но он усилием воли оставил ее болтаться вне укрытия. Плевать, все и так знают, кто мы. Эта мысль, на удивление, приятно волновала. - Хэй, Эвен, - первый среагировал на их появление Магс. Остановившись рядом, Исак закатил глаза, наблюдая за тем, как эти двое здороваются за руки. - Вы же виделись сегодня, - прокомментировал Махди, разделяя скептицизм Исака. - И что? - возмущенно нахмурился Магнус. - Я просто рад, что парни подошли. - Что-то ты не радуешься так Исаку, - заметил Юнас. - Ага, - поддержал Исак. Магс, по очереди посмотрев на них, закатил глаза. Его щеки были слегка красными. - Ой, идите нахуй, пацаны. Почему я вообще должен перед вами оправдываться? - Правильно, так их, - со смехом вклинился Эвен. Он был так щедр, что дал Магнусу две пятюни, пока Махди безуспешно пытался скрыть ухмылку. - Ладно, - оборвал их Юнас, нетерпеливо топчась на месте. - Мы идем или как? Они слегка мешались на выходе, поскольку занятия уже кончились и теперь люди обходили их стороной, пытаясь скорее разбежаться по делам. В их группе в предвкушении встрепенулись. Они уже договорились, что перед тем, как пойти к Эвену, выпьют по баночке или две у Махди дома, пока мама Эвена не уедет. Эвен, однако, все испортил. - Черт, парни, я встречу вас через пару часов. Сейчас мне надо быть дома. Не дав ему договорить, Юнас нахмурился. - Что? Почему? - Надо помочь маме с вещами. Она подвернула ногу, кому-то нужно тащить чемодан. Исак никак не реагировал, потому что Эвен уже предупредил его об этом. Он молча смотрел, как Магнус снова виснет на парне. Махди хлопнул Эвена по спине. Они разошлись в разные стороны. - Бля, я так и не спросил, будут там девчонки или нет, - застонал Махди, когда они уже ушли достаточно далеко, чтобы окрикивать Эвена. - Исак, ты в курсе, кто там будет? Там будет поле для меня? Исак пожал плечами. - Э-э, ну, там будут его друзья, с которыми он тусит в школе. Может быть, кто-нибудь еще, я не спрашивал, - Исак искренне надеялся, что там не будет Эскиля. Это будет очень неловко, серьезно. Ебанный ад. Парни больше никуда не пойдут с ним, если Эскиль будет там. Возможно, они даже исключат его из Конфы, чтобы свести риски на минимум. - Чувак, ты взял ту рубашку, про которую я говорил? Исак остановился, заставив всех затормозить тоже. Закрыв глаза, он с досадой ударил себя по лбу. - Черт! Я забыл, Юнас, прости, - убрав руку, он с мольбой уставился на друга. - Бля, я схожу за ней. Юнас поджал губы, скривив физиономию. - Бля, да ладно. Забей, - он криво улыбнулся, но Исак видел, что Юнас всего лишь пытается отшутиться. - Подумаешь, побуду в хуевой футболке вечерок. Я так нажрусь, что и забуду об этом. Юнас писал ему вчера насчет этого. Он ночевал у Эвы, с которой помирился, и не стал забегать домой, чтобы переодеться. На его белой футболке желтело странное пятно прямо посередине груди. Оно было огромным. Юнас сказал, что это был апельсин, но выглядело так, будто кто-то отлил на него. Черт. Парни смотрели на него, но Исак сделал пару шагов назад, качая головой. - Я быстро, - возразил он. - Туда и обратно. Если опоздаю, встретимся у Эвена. Я скину адрес в беседу. - Да ладно, Исак! - снова крикнул Юнас ему вслед. - Я возьму что-нибудь у Махди! Исак только махнул рукой. Он уже был на полпути к остановке. Ладно, на самом деле это было не так уж плохо, он как раз выложит все эти ненужные школьные вещи и возьмет зарядку, которую забыл на столе. И закинет парочку вещей, чтобы ходить дома у Эвена. Вещи последнего висели на нем мешком, и если носить футболки еще было нормально, то со штанами были проблемы. Исак залез в автобус. Он засунул наушники в уши, успев послушать три песни, прежде чем ему нужно было выходить. Он подумывал после дома поехать сразу к Эвену. Это было слегка нечестно по отношению к парням, но Исаку не хотелось тратиться на проезд в два раза больше, чем он планировал, а Юнас может переодеться и у Эвена, верно? Они все равно придут раньше, чем друзья Эвена, так что волноваться не о чем. К тому же было бы неплохо зажать Эвена где-нибудь в укромном месте, пока парни еще не приехали. Это было бы... интересно. Щеки Исака приятно розовели, пока он гремел ключами, приближаясь к своему дому. Он знал, что мама никуда не будет выходить, так что запер ее. Та была не против. Она так же не возражала, что Исак останется на две ночи у Эвена. Исак переживал по этому поводу, но все оказалось не так уж и плохо. Исак не стал ничего говорить, когда вошел в коридор. Мама могла спать, так что он не хотел будить ее, если это так. Он вопросительно выглянул в гостиную. Как он и ожидал, там было пусто. В доме висела тишина. Он не стал раздеваться полностью, только расстегнул куртку и скинул обувь в коридоре, чтобы не нести грязь в дом. В доме висела тишина. Исак прокрался мимо родительской спальни. В своей комнате он небрежно вывалил все содержимое рюкзака на свою кровать и побросал туда все нужные вещи. Он долго не мог найти рубашку, которую обещал принести Юнасу, но наконец отыскал ее на одной из полок в шкафу. Зарядное устройство валялось на полу. Исак проверил процент зарядки на своем телефоне. Черт, всего лишь двадцать. Ладно, он разберется с этим дома у Эвена. Исак вышел из комнаты. Он уже спарился в своей куртке, пока собирал рюкзак, и теперь ему хотелось поскорее выйти на улицу. На самом деле, ему хотелось поскорее оказаться дома у Эвена, но Исак отогнал эту мысль. В доме висела тишина. Может, он даже не будет ничего говорить Эвену, сделает ему сюрприз. Черт, а если его мама все еще будет там? В доме висела тишина. Она ведь не в курсе, что Эвен собирается закатить вечеринку в ее отсутствие? В доме висела тишина. Исак остановился напротив родительской спальни. Дверь была приоткрыта. От пота футболка прилипла к его спине. Исак осторожно заглянул внутрь, пытаясь не шуметь. Кровать была аккуратно заправлена. Сердце у Исака в груди мирно билось. В доме висела тишина. - Мам? В доме висела тишина. В замешательстве нахмурившись, Исак оставил спальню и выглянул в гостиную. Немой экран телевизора чернел в пустой комнате. Облизнув губы, Исак повернул в сторону кухни. Кто-то шевелился там. - Мам? Ты там? Исак остановился в проеме. Его глаза тупо остановились на растекающуюся по кафельному полу темнеющую красную лужу. Ее ноги были вытянуты, перепачканы. Она была в одних трусах. Ее голая грудь судорожно вздымалась. Ее глаза были закатаны. Ее рука была вспорота. Ее сын был на грани обморока. - Блять, - слетело тихое с его губ. - Блять. Блять, блять. Блять! Он не почувствовал, как ударился коленкой, когда упал рядом. Его трясущиеся руки зажали продольный порез на мамином запястье. Исак ничего не видел из-за крови. Она была теплой. Его трясло. - Мам! Блять, о нет, - рыдая, простонал он; он не понимал, что делать; она не могла быть мертва. - Господи! Скорая. Ей нужна помощь. Блять, она умрет у него на руках, если он не поторопится! Исак отнял непослушные руки от нее, и из его горла вырвался судорожный хрип, когда он посмотрел на свои окровавленные влажные пальцы. Ужас копошился в нем. Он кое-как достал выскальзывающий телефон из кармана. Сенсор не распознавал его перепачканные пальцы. - Блять! Женский голос в динамике звучал преступно спокойно. Будто его мама не перерезала себе вены, пока он был в соседней комнате. Его голос был изломлен настолько, что Исак едва сумел совладать с собой. Его рот говорил на автомате. Его руки действовали на автомате. Он не мог встать. Он стянул ее руку своим шарфом. Он не знал, что должен сделать еще, пока помощь не подоспела. Он не понимал, что происходит. Он не понимал. Она больше не хотела жить здесь.