Горькая сладость

Кто бы сомневался, что Винчестер проведет этот вечер в баре? Приглушенная музыка, безвкусно одетая женщина рядом, дешевый разбавленный виски в стакане, на сцене поет пьяная дама, не старающаяся попадать в ноты, или, хотя бы, уже не выть, как волк на луну. Дин недовольно обводит бар взглядом, заметно выдавив из себя недовольную улыбку, он допивает эту дрянь в стакане, которую кто-то еще называет напитком. Мужчина со звоном ставит его на стойку, от чего бармен, протирающий стаканы, поднимает на него взгляд, отвлекаясь от своей работы. Дин, бросая деньги, подводится, собираясь покинуть это заведение, такое же, как и виски — дешевое и противное. Его взгляд мимолетно останавливается на только что вошедшей даме, которая, на удивление, не подходила под это помещение. Хорошо одета и ухоженная, ухмылка скользит на ее лице, когда взгляд встречается с его глазами — пьяными и удивленными. Винчестер подходит к ней, заметно пошатываясь, его удивляет, что эта чушь хорошо ударила его по мозгам, раз тот так опьянел, но сейчас это не важно. Ехидная, гордая улыбка, прожигающие зеленые глаза и припущены веки. — Удивительно, что такое прелестное создание, то бишь Вы, посетили это гнусное заведение… — не успевая закончить, дама, оглядывая заведение, произносит: — Ну, а что же здесь делает этот милый молодой человек, то бишь, Вы? — с шуткой, искрящимися глазами выпаливает та. — Хороший вопрос, но я как раз собирался уходить. Брюнетка молча ухмыляется, осматривая мужчину с ног до головы. Винчестер, заметив ее взгляд, подаёт руку. — Дин, — просто говорит тот, лучезарно улыбаясь. — Малинда, — вновь она приподнимает уголок губ, протягивая свою руку, как благородному мужчине, для поцелуя. Парень не игнорирует этот жест, а лишь действует так, как этого хотелось бы новой знакомой. — Может, выпьем? — Спасибо, какой бы храброй я не была, но пробовать здесь напитки не стану, — улыбается дама. Это то, что нужно Винчестеру. Неприхотлива, красивая, главное — кокетка, как в сладком сне. Кто бы знал, что это на следующее утро станет ужасным воспоминанием? Раз уж мы заговорили про следующее утро, пожалуй, заглянем… Дин, громко сопя, обнимает подушку, пока еще беззаботно, не зная, что его ждет. Малинда, входя в свой маленький уютный, как и полагается, пахнущий разными пряностями и травами, дом, глядя на Винчестера ухмыляется. Ровно как по щелчку он переворачивается на спину, еле открывая глаза, пытается понять, что он здесь делает. А главное, где он… — Доброе утро, Дин, — дама, складывая руки на груди, смотрит на мужчину прожигающим взглядом. —Доброе, э-э-э…крошка, — тот, убирая руки с подушки, садится на кровать. — Без формальностей, — без всякого смущения она садится на кровать. — Ага, — Винчестер застёгивает ширинку на штанах. Ведьма молча наблюдает, предвкушая. — Мне, наверное, не стоит объяснять, что продолжения не будет? Я могу остаться на завтрак, но… — Да к чёрту это, Дин. В моем доме завтрак сам тебя съест, если нужно, — реакция мужчины не заставила ждать, но он, пожимая плечами, отвечает: — Это чувство юмора такое? — Совсем нет, — поднимается она, делая два шага в середину комнаты. — Не понял, — хмурится он, заводя руку в волосы. — Дин-Дин-Дин… Ты так хорош… — Спасибо, ты тоже… Давай к делу, — он Складывает руки на груди, ожидая ответа. — Сколько девчонок ты заставил страдать, да? Оставляя их после одной ночи, — ведьма не торопилась. — Прости, забыл свой список, который я пополняю на досуге. Быстрее, — ему не терпелось побыстрее удалится отсюда и оказаться на мягком сидении Импалы, мчась домой. — Ладно, Винчестер, я сегодня добра, тем более ты уж так хорош был этой ночью… В ответ Дин только скривился, не желая думать о том, что он делает на пьяную голову, а уж тогда, когда ему об этом говорит незнакомая женщина. —…Пора бы уже образумиться, Дин, а я тебе в этом помогу, — делая один, единственный шаг вперед, говорит та. Прикасаясь своей ладошкой к Винчестеру, попутно шепча, как показалось бы обычному человеку, то есть, нам, чушь. Спустя всего пару секунд, она делает обратный шаг, на лице Малинды, неизменно, красуется усмешка. — Что за дерьмо это было? — Дин идет вперед, но та не боится стоять, не отступает. — Иди, Дин, — смеётся она. Мужчина, не желая оставаться здесь ни секунды больше, выходит. Говоря себе что-то под нос о том, какие сумасшедшие бабы развелись. Попутно натягивает на себя куртку открывает дверь авто. — Спеши, у тебя ведь всего год, чтоб найти себе суженую, — выходя на крыльцо кричит та, насмехаясь.В ответ от Дина только два крутящих пальца у виска, явно намекающие, на то, что он не воспринимает ее ненормальные слова всерьез. Тот садится в авто да мчится отсюда побыстрее, чтоб поскорее забыть этот глупый инцидент. *** Охота в Висконсине прошла хорошо, если не считать раненого плеча и подвёрнутой ноги. Дин, не изменяя своим традициям, все так же сидит в баре. Конечно, это заведение хоть баром можно смело назвать. Не то, что на прошлой неделе, которое он вспоминать будет в страшном сне, так же и ту ужасную даму. Винчестера передергивает от этих воспоминаний, он делает глоток обжигающий жидкости, улыбаясь про себя. Как раз на плече чувствуется горячая, женская ладошка. Дин переводит свой удивлённый взгляд на довольно милую девушку, голубоглазая, пьяненькая и ищущая развлечения на ночь. Сегодня паню везет, добыча сама прыгает в сеть. — Красавчик, — то ли заключает она, то ли обращается. Садится рядом с мужчиной. Дин, оценивая, осматривает ее, как всегда, сопровождая это своей кокетливой улыбкой, смотрит в глаза. Девушка облизывает пересохшие губы, готовясь что-то сказать. — Кристи, — мычит та, подпирая голову ладошкой, любуясь Винчестером. — Дин. — Я люблю «Секс на пляже». — А мне и дома подходит. От этой глупой, плоской шутки Кристи заливается смехом, кладя руку на колено Дину. — Может, познакомимся ближе? — девушка поджимает губы, вставая со стула и подходя к Винчестеру ближе. — Может, если только хочешь, — руки парня оказываются на талии девушки, в голове проходит звон. — Так как, ко мне? К тебе знакомится поедем? — руки Кристи скользят по воротнику рубахи мужчины, она медленно приближается за поцелуем. Ухмыляясь, тот прижимает девушку ближе к себе, касаясь к ее губам своими. Через секунду он отрывается от горького поцелуя, опешив, прижимает руку к щеке, как от сильного удара. — Что? — не понимая, шепчет возмущенная миледи. — Ничего, — хрипит он, через секунду вновь улыбаясь и снова накрывая своими губами губы девушки. Вторая волна прошлась по тому же месту. Мужчина чувствовал, как щеки горят, а губы пекут. Тот же горький привкус от поцелуя остался на них, неприятно напоминая о себе. Кристи, хмурясь, отстраняется от Винчестера. — Импотент? — с насмешкой задает вопрос она, упирая руки в боки. Тот молча встает и идет к выходу, не обращая внимания на злой, провожающий его взгляд позади. — Хэй, куда спешишь? — на дороге появляется еще одна, полупьяная дама со стаканом коктейля в руках. Винчестер, не церемонясь, хватает девушку за щеки и заводит в поцелуй, в висках стучит голос «суженую», сразу же после громкого звука пощечины, как и ранее. Дин отрывается, вытирает горький, терпкий и противный вкус с губ, быстрым шагом выходит, пропуская сквозь уши фразу дамочки. В лёгкие ударяет холодный воздух, в висках стучит, он сглатывает, стараясь забыть слова Малинды. — Вот сучка! — стучит тот по капоту машины, но осознавая сделанное, быстро садится в авто и мчится в мотель.