Смех без причины - признак большой любви

Антон открыл глаза, явно подозревая подвох. Что-то долго он спит, где же отвратительная трель будильника? Неужели он встал раньше утреннего мучителя? Однако переведя взгляд на большие настенные часы, Шастун ужаснулся. Время без четверти девять, а в институте надо быть в девять. Ехать минут двадцать, плюс, время на сборы… В общем, Антон опаздывал, очень сильно опаздывал. А ведь сегодня должен появиться новый куратор. Антон матюкнулся и выскочил, из такой теплой и манящей кровати. Собирая сумку, попутно чистя зубы и мешая растворимый кофе, Шастун пару раз наступил на проходящего мимо кота, и пару сотен раз был на грани того, чтобы упасть на линолеум. А что поделать? Суровые будни студента. Наконец, с бутербродом в зубах и сумкой в руках, парень выскочил из квартиры, попутно бурча все известные матерные словечки. Бежать по лестнице он не решился, не хватало еще грохнуться с нее. Так что стоя у лифта, который как назло все никак не мог доехать до девятого этажа, Антон успел нормально завязать шнурки стареньких кед и дожевать несчастную булку с сыром. Время на часах: восемь пятьдесят. В целом, уже можно начать паниковать, хотя, ну опоздал и опоздал. Что такого? Ах, да, отработка опоздания. Так себе занятие, поэтому стоя в зассанном и заплеванном лифте, утирая зубную пасту с лица, парень продумывал маршрут. Конечно, можно поехать на автобусе или на такси, но сейчас самое время пробок. А пока добежишь на своих двоих помрешь от усталости. Еще и весь вспотеешь. Хуй с ним, поедем на автобусе. — Хуй с ним, — шепнул Антон и выбежал в сторону остановки, все также продолжая материть весь белый свет. — Здравствуйте, меня зовут Попов Арсений Сергеевич и отныне…- вдруг мужчина прервался, складываясь пополам от смеха. Некоторые студенты начали переглядываться между собой, пытаясь понять причину смеха. — Ох, блять, — шепнул преподаватель и продолжил, — И так, отныне я Ваш… Теперь уже громкий смех раздался в коридоре, прерывая речь Арсения. Кто-то из студентов слабо хихикнул, кто-то непонимающе буравил взглядом Арсения Сергеевича. Попов неопределенно хмыкнул и уставился на дверь, которая спустя мгновение распахнулась и оттуда показалась голова Антона: — Блять, не успел, еб Вашу мать, — пробурчал под нос юноша, — Здравствуйте, извините, можно… Он резко замолчал, уставившись на смеющегося преподавателя. — Ну, здравствуй. Шастун, верно? — проговорил Попов, пытаясь унять беспричинный смех, — Да блять… — Ахаха…- донеслось из-за двери. Знаете, Антон никогда не думал, что из-за несработавшего будильника, могут начаться отношения, которым завидовал весь институт. Однако сейчас, лежа в объятиях Арсения, Антон ухмыльнулся и едва слышно шепнул: — Люблю Вас, Арсений Сергеевич, — и, немного подумав, добавил, — Вы, блять, даже не знаете насколько… Конец его фразы, был прерван, таким заразительным и родным смехом.