Смерть, не достойная королей.

Стоило машине Энди скрыться за припаркованными автомобилями и слиться с единым потоком транспорта, как Таргариен усмехнулся, проведя рукой по волосам. Он не обманывал девушку, говоря, что не трогал ее кузину, но и всей правды не раскрыл: в тот вечер, когда Прескот приехала к нему в дом и принесла молоко - судьба Миены решилась. Переступив через порог дома, парень оперся на трость, все еще чувствуя легкую слабость, которую не мог и не хотел показывать даже сестре, крикнув: - Фанн! - Милорд, - сразу откликнулся охранник, выйдя из столовой и склонив голову в знак почтения. - Леди Миену приведи в подвал: комната слева, вторая дверь. И сделай все как можно тише - леди Таргариен не должна ничего услышать. - Да, милорд, - не замедлительно ответил тот, быстро поднявшись на второй этаж. Нет, разумеется, юный лорд не планировал убивать кузину Энди, особенно учитывая, что ее братец начал скрываться где-то в Британии. Такой козырь как она - стоило сохранить как минимум до того момента, как он объявится, а это обязательно произойдет так или иначе. Отпускать ее Воулдер тоже не хотел, а по тому - оставалось только одно. Расправив плечи, и сделав глубокий вдох, парень уже хотел пройти в подвал, как позади раздался мягкий голос сестры: - Тебе нужен покой и присмотр врача, пока не поправишься. - Кх, я в порядке, - мягко ответил Таргариен, услышав звук закрывающейся двери. - Воулдер… - протянула миледи, встав напротив упрямого брата и посмотрев в его глубокие, карие глаза, которые сейчас излучали редкое для него добродушие и чувство...счастья, - что ты задумал? - Я хочу доделать работу, которая больше не может ждать, - слабая улыбка не сходила с его лица. - Ты делаешь это ради Энди? - Я делаю это из собственных убеждений. Идем, - и согнул руку в локте, приглашая девушку пройтись вместе с ним. С легкой улыбкой и недоверием, Дайнерис все же приняла его руку, почувствовав, как мышцы напряглись, и с каждым последующим шагом, сжимались все сильнее и сильнее. При всей своей горделивости и невероятным количеством мужественности, Таргариен всеми силами не показывал той боли, которую испытывал не так давно от полученного ранения и еще не прошедшей простуды. Слишком хорошо зная собственного брата, юная леди не решалась что-либо сказать ему о правильности поступков, даже когда он плавно опустил свою руку пройдя едва ли не на середину столового зала. Выпрямившись и облегченно выдохнув, делая вид, будто это машинальный “жест”, парень посмотрел в сторону слуг, стоящих возле дверей, едва заметно кивнув головой. Правильно расценив этот жест, прислуга поклонилась и тихо притворила двери, идеально подходящие друг к другу. Легкое потрескивание полений в камине нарушало воцарившуюся в зале тишину, от которой у леди Таргариен по коже начинали бежать мурашки. - Зачем мы пришли сюда? - тихо спросила девушка, обойдя стол, и сев напротив Воулдера, невольно прислушавшись к шорохам за дверью. Дайнерис искренне верила своему брату и знала, что он пойдет на все ради своей семьи, ради нее, но иногда плата была слишком высока, что юноша порой отказывался понимать. Даже сейчас, расправив плечи, будто на военном построении, он начал кашлять, опираясь рукой на трость, которая служила ему немного большим, чем опорой. - Я хотел поговорить, - хрипло ответил он, садясь на стул, напротив сестры, не выпуская трости из рук. - Что случилось? - На нас надвигается угроза с Севера, - едва поправив голос, продолжил он. - Что за угроза? - Большая корпорация, сметающая на своем пути все остальные. Ее именуют “Белыми Ходоками”. - Она так велика, что напугала тебя? - и как бы леди не хотелось отшутиться, любая фраза звучала серьезно. - Точных размеров не знает никто: она разрастается с каждым днем, подобно чуме в средние века. - Страшное сравнение. - Так или иначе - я не намерен уступать какому-то самонадеянному лицемеру нашу компанию, и уж тем более Англию, - он начал “сверлить взглядом” одну из ваз на столе. - Не хочешь ли ты сказать, что готов взвалить на свои плечи заботу о Королевстве? - их разговор принимал слишком серьезный характер. - Ты знаешь - я сделаю его лучше, и смогу защитить тех, кто мне дорог. - Тебе нужен покой, а не королевство. - Дайнерис, пойми… - но закончить ему не дал новый приступ кашля, от которого тот наклонился вперед, схватившись другой рукой за край стола. - Все, хватит, - тут же встав со стула, леди меньше чем за минуту оказалась возле Таргариена, положив руку ему на плечо и сев на соседний стул. Внимательно всмотревшись в лицо брата, Дайнерис не могла больше не замечать то, как он мучается, и ради чего? Развитое желание защищать семью и тех, кто был дорог для него, иной раз шли в разрез со здравым смыслом, которым он не редко руководствовался, но видеть его мучения было просто невыносимо. Откашлявшись, Воулдер снова выпрямился, вытерев рот тыльной стороной ладони и, поправив на себе рубашку, посмотрел на сестру, не сводящую с него встревоженного и вместе с этим строгого взгляда. Поняв, что избежать еще более серьезного разговора не удастся, парень поправил голос, сняв со своего плеча руку леди Таргариен и, слабо сжав ее ладонь в своей, спросил: - Что? - Ты всегда поступаешь разумно, и так, как считаешь нужным… Мне не отговорить тебя от задуманного? - в ответ она получила лишь уверенное, отрицательное покачивание головой. - Пообещай мне кое-что: ты не станешь рисковать своей жизнью, даже ради леди Прескот. - Я готов дать тебе слово, что не стану действовать опрометчиво, защищая тебя, и сделаю все, чтобы корпорация с Севера держалась от Англии как можно дальше. - Но не ценой своей жизни, - голос Дайнерис едва заметно дрогнул, выдавая скорбь и толику отчаяния, которое пришло вместе с осознанием упрямости брата. - Нет. Нет, разумеется нет, - со слабой улыбкой ответил он, облокотившись одной рукой на свое колено. - Я отдам ее только за тебя. - И этого не нужно, - впервые, за последние несколько минут, на лице леди Таргариен появилась слабая улыбка. Усмехнувшись в ответ, парень выпустил ладонь из своих рук, как из-за дверей, ведущих в холл раздался странный шум, словно что-то упало. - Что там происходит? - выпрямилась девушка, повернув голову в сторону дверей. - Слуги… Не умеют себя тихо вести, - печально вздохнул парень, бросив в сторону двери короткий взгляд. Поняв, что что-то определенно не так, Дайнерис быстро поднялась со своего места, решительно подошла к двери и, распахнув ее настежь, замерла на месте. Встревожившись, Воулдер с усилием поднялся и, опираясь на трость, подошёл к сестре, встав позади нее. Первое, что он увидел - были слуги, с опаской убирающие с пола осколки одной из ваз, стоящих на комодах у стен. Завидев господ, они на долю секунды замерли, но опомнившись - продолжили сметать осколки в совок, в скором времени практически исчезнув из холла. В удивлённом молчании повернувшись к брату, леди продолжила: - Все, на сегодня хватит гостей, дел и шума от слуг - подумай о себе. - Тебе невозможно отказать, - со слабой улыбкой произнес парень. - Иди спать. Я выпью обезболивающее и поднимусь к себе. - Не затягивай: сон - лучшее лекарство. Стоило Воулдеру усмехнуться, как юная леди развернулась и быстро поднялась по лестнице на второй этаж. Слыша, как размеренно удаляются и вместе с тем становятся тише ее шаги, парень испытал то редкое чувство стыда, которое появлялось в нем в моменты обмана сестры. Нет, даже не смотря на свое самочувствие, он твердо решил довести начатое дело до конца, а значит… - Клай! - крикнул он, слыша, как по пустому дому слабым эхом разнесся его голос. Даже если бы его услышала Дайнерис - она бы приняла этот “зов”, за необходимую меру помощи, без которой юноша бы не поднялся на второй этаж. К слову, от части так оно и было: испытывая слабость в теле и чувство боли, Таргариен прибегал к поддержке трости, смягчая нытье в мышцах и недомогание в теле. Не прошло и пяти минут, как в холле появился Клай, тихо подошедший к своему лорду и склонивший голову в знак почтения: - Милорд. - Пойдешь со мной в подвал, - коротко заявил Воулдер, развернувшись и как можно увереннее пойдя в сторону скрытой в тени коридора двери. Молча согласившись, охранник пошел следом, видя, с каким упрямством юный лорд продолжал спускаться по каменной лестнице, опираясь на трость. Каждый из слуг знал, что произошло с Таргариеном, и каждый испытывал двойственные чувства, но никто не мог не выражать своего сочувствия. Все единогласно видели в нем жесткого, и иной раз жестокого человека, уничтожающего все на своем пути, но то, с каким благородством он вступился за леди Прескот - вызывало чувство уважения. Идя по коридору, парень слышал громкие женские выкрики, становящиеся все громче и громче. В конечном итоге оказавшись возле приоткрытой двери, Воулдер толкнул ее рукой и увидел, вскакивающую со стоящего по самому центру небольшой комнаты стула Миену. Выкрикивая едва ли не проклятья, девушка то и дело поднималась на ноги и была с силой усажена на него назад: Фанн сжимал ее плечо, заставляя опускаться на место. Девушку и охранника окружал полумрак, скрывающий висящие на стенах веревки, цепи и обрывки какой-то ткани. Эта комната ничем не отличалась от остальных в этом подвале: полумрак царил буквально повсюду, благодаря слабым лампам под самым потолком. -... Не смей ко мне прикасаться, ты всего лишь прислуга! - крикнула леди Прескот, убирая от себя руки охраны. - Какого черта ты притащил меня сюда! - Он выполнял мой приказ, - спокойно произнес Таргариен, от чего девушка резко замолчала, обернувшись сидя на стуле. - Ты свободен, - а это было уже сказано Фанну. - Уверены, милорд? - настороженно спросил тот. - Сомневаешься? - строго продолжил тот. - Простите, я забылся, милорд, - склонив голову, мужчина прошел мимо лорда, скрывшись где-то в коридоре подвала. Стоило шагам одного из охранников стихнуть, как разъяренный взгляд Миены и высокомерный Воулдера встретились. Сейчас, если не брать в расчет терпеливо стоящего за пределами комнаты Клая, эти двое остались наедине, едва сдерживая возрастающую внутри неприязнь друг к другу. - Сейчас же выпусти меня отсюда… - едва ли не прошипев, протянула девушка, медленно поднявшись со стула. - Ты выйдешь, но не скоро. - Ты психопат! - она начала медленно приближаться к парню. - Считаешь, я останусь тут как одна из твоих… - замахнувшись, она хотела дать Таргариену пощечину, как тот вовремя отошел на шаг назад, оказавшись у самого порога комнаты. - Клай! - мгновение, и между владельцем дома и девушкой практически из ниоткуда возник охранник, ловко обошедший Прескот и схвативший ее за плечи. Без лишних слов он потянул ее назад и слегка нажав на плечи - заставил в который раз сесть на стул. Все произошло настолько быстро, что Миена даже не поняла, как мужчина завел ее руки за спину, переплетя запястья одним из плотных жгутов веревки. Лишь слегка придя в себя, она начала ерзать на стуле, пытаясь освободить руки, бросая взгляды в сторону Клая и юного лорда. - Какого черта тут происходит? … - едва не прошипела она. - За все рано или поздно приходится платить, - спокойно продолжил Воулдер, приблизившись к Прескот. - Ты будешь расплачиваться за свое обращение с леди Андрэа, и за поступки своего брата. - Он из тебя кишки вытянет и вывернет наизнанку. - Ему до этого дня не дожить. Как и тебе. - Моей кузине тоже - Гарс найдет ее и будет с ней творить то, о чем ты даже не помышлял, рядом со своими шлюхами! - резко став серьезнее, парень снова кивнул охраннику, вовремя обошедшего девушку и давшему ей пощечину наотмашь. Громкий вскрик раздался по всей комнате, и стоило Клаю посторониться, как Таргариен увидел дрожащую девушку, сидящую на стуле с повернутой в сторону головой. Сложно было сказать, что она испытывала, но определенно не ту гордость, с которой делала последнее заявление. Ее дух словно начал ломаться, рассыпаясь на мелкие осколки, только это не волновало ни хозяина дома, ни его подчиненного. Всхлипнув, девушка медленно повернула голову в сторону лорда, и на этот раз в ее глазах было столько гнева и ненависти к парню, что могло хватить на всех жителей Ипсвича. - Ты такой слабак, что не можешь даже нанести удар? О-о-о, неужели пара царапин, синяков и пуля смогли настолько сделать тебя ничтожным? Да ты просто жалок, - и в тот же момент охранник нанес еще одну пощечину. - Ахах. - Я достаточно брезглив, чтобы не прикасаться к тебе, - сурово продолжил Воулдер, перемявшись с ноги на ногу. - И как же ты тогда заставишь меня расплатиться за брата? - их взгляды снова столкнулись, от чего на ее лице появилась колкая улыбка. - Запрешь в подвале, а потом трахнешь, когда появится настрой? - Ты не в моем вкусе, и не соответствуешь представлениям о девушке, в которой течет кровь аристократки, - Миена снова набрала воздуха, чтобы продолжить, как оказалась перебита. - А шалавы меня не интересуют. - По этому ты прятал их в подобном месте? - Хм, - усмехнулся лорд. - Это место - последнее, что ты увидишь в своей настоящей жизни, - улыбка не сходила с его лица, напоминая зловещую, предвкушающую что-то удивительно жестокое. - Одна только мысль о возможном прикосновении к тебе вызывает у меня отвращение, однако, у Клая подобного нет… - бросив короткий взгляд в сторону своего охранника и заметив утвердительный кивок, продолжил. - Сегодня, ты будешь в его руках - я знаю, у него давно не было ничего подобного, и знаю, на что он способен пусть даже при не большом желании, - и посмотрел на своего охранника. - Делай с ней все, что захочешь, а после - избавься. - Да, милорд, - спокойно ответил тот, снимая с себя пиджак и аккуратно вешая его на один из многочисленных крючков на стене. - Фанн знает, как это сделать. У тебя пара часов, а после - вернешься к леди Андрэа - это ее желание. - Ты-ы-ы… - продолжала Миена, пытаясь высвободить запястья из обжигающих кожу веревок, которые только сильнее стягивались. - Убогое ничтожество! - и это было сказано Клаю, начавшему методично заворачивать рукава своей рубашки до локтя. - Не смей даже притрагиваться ко мне! - О-о, он не только притронется, - усмехнулся лорд, развернувшись и только сделав первый шаг, как… - Ты такой же, как он! - едва ли не задыхаясь от злости и безысходности выкрикнула девушка. - Прислужник, бегающий за моей кузиной подобно верному псу! Резко обернувшись, парень в мгновение ока оказался рядом с Миеной, наклонившись к ней и с яростью заглянув ей в глаза. Подобное заставило ее содрогнуться и отпрянуть назад, на сколько то было возможно связанной на стуле, но все равно напрасно - Таргариен был а ярости. - Андрэа, несмотря на родство с тобой и твоим жалким отцом - представляет наибольшую ценность, чем кто бы то ни был. Даже после вашего предательства - она не желает убивать тебя, однако, я не так милосерден. Клай сделает из тебя ту, кем ты являешься на самом деле - подстилку, думающую о том, как бы выжить, а не том, как отомстить, - по ее коже снова пробежала мелкая дрожь. - И да, я весьма избирателен в выборе девушек, и если она не подходит к представлениям об аристократической девушке - становится на один уровень с девками из Ист-Энда, торгующими собой ради выживания. Ты одна из них, - в глазах Прескот затаился страх и отчаяние, ведь слова Воулдера едва ли не задели ее самомнение… - Оставлю вас, - юный лорд выпрямился, одернув на себе рубашку. - Не люблю смотреть, как он развлекается со своими жертвами. Прощай. Надеюсь больше никогда не увидеть тебя, - после чего снова развернулся, и спешно покинул комнату услышав позади невнятное бормотание. - Нет… Нет… Нет!... Не-ет!... - ее голос перешел на крик, а после стал похож на истерику. - Нет! Не прика…! - но в ту же секунду ее голос прервался, сменившись звуком удара и падением чего-то на каменный пол. Безынтересно подойдя к лестнице и начав подниматься по ней наверх, парень продолжал слышать стоны девушки и редкие удары - да, Клай был беспощаден. Телохранитель, преданный своему господину, вне всяких сомнений ставил его интересы превыше всего, но, после многих дней опеки над леди Андрэа Прескот - успел изрядно к ней привязаться. Даже несмотря на некоторые оплошности со своей стороны, Клай был готов на все, чтобы защитить ее или отомстить всем, кто когда-либо унижал миледи или угрожал ей. Миена, кузина девушки, была первой в списке таких людей, поэтому увидев ее в подвале и узнав, что должен сделать - в глубине души мужчина был рад приказу господина. Он на подсознательном уровне не принимал избиения женщин, но для нее был готов сделать исключение. К тому же, жестокое насилие в сексе только заводило его, но от того, что это было не законно - происходило крайне редко в жизни. Таргариену было известно об этом. Обо всем. И от части это гарантировало Энди защищенность с его стороны - боясь хозяина, он никогда бы не решился поднять на нее руку, после, почувствовав некоторую привязанность к этой хрупкой и упрямой девушке. Уверенный, что Клай выполнит свою работу, юный лорд поднялся по паре лестниц и в скором времени оказался в своей комнате, перед этим сказав Фанну, что нужно сделать так, чтобы она оказалась в том же месте, что и лорд Лабелий. С трудом пересиливая боль и приняв горячий душ, он добрался до кровати, прислонив трость к тумбочке и забравшись под одеяло. В комнате после нагретого помещения было немного прохладно, но Воулдер этого не чувствовал, погруженный в собственные размышления и окутанный жаром температуры. Он знал, что в подвале еще долго будут раздаваться стоны, крики и угрозы Миены, знал, что Дайнерис не зайдет туда и не узнает о происходящем до определенного времени, и знал, что Энди слишком упряма, чтобы принять его помощь и защиту, а по тому - придется ей показать это...в который раз.

***

- Миледи, - раздался спокойный голос Дрейка, - вам плохо? - Нет, все в порядке, - машинально ответила я. - Спасибо, что правильно понял, - в ответ услышала тихую усмешку. - Спасибо за папку, и… Простите - то была проверка. Верить никому нельзя. - Позвольте дать вам совет, миледи: никогда не извиняйтесь перед теми, кем должны управлять. Вы глава компании, и все, что вы скажете, должно приниматься за должное. - Спасибо, запомню, - безразлично ответила я, открыв глаза и снова сев ровно. - Полагаю - это будет вам интересно, миледи, - не отвлекаясь от дороги, мужчина достал из внутреннего кармана пиджака сложенную в несколько раз бумагу, не глядя протянув ее мне. - Что это? - осторожно приняв бумагу и поняв, что это сложенная газета, я настороженно развернула ее, увидев заголовок. “Смертельная потеря в семье Баратеон - единственный наследник “Королевской Гавани” лишен престола”. Опустив взгляд ниже, я “бегло” прочитала статью: “Потрясшая всю Англию трагедия теракта церкви «Апостола Иоанна» унесла жизни многих граждан. В их числе леди Маргери Баратеон, ее брат Лорас и отец – лорд Мейс Тирелл. Не выдержав потери супруги, лорд Томмен Баратеон сегодня утром окончил жизнь самоубийством, выпрыгнув из окна своей квартиры, расположенной на пятьдесят втором этаже высотного здания 20 Fenchurch Street...” Значит, Томмен мертв. Серсея такого исхода точно не предполагала, когда задумывала подрыв церкви. И что будет теперь? Большая корпорация лишилась наследника, Ланнистеры практически изжили свое, Прескоты - в общем то тоже, Тирелл - осталась только леди Оленна, которая от случившейся трагедии вредили на долго задержится на Этом Свете. Кто остаётся? Таргариены? Ох, да, Воулдер может забрать всю власть в свои руки, когда появится возможность и, боюсь в скором времени так и будет: из именитых, действительно сильных родов, мало кто способен на такую ношу, как управление львиной долей бизнесов Англии. Все равно не хочу думать о нем! Снова опустив взгляд, я перевернула страницу и увидела еще один заголовок, едва ли не в самом ее конце: “Охота на аристократов - высокородных особ можно пересчитать по пальцам. Их поколение уходит?” Всмотревшись в сам текст, я поняла, что речь идет о леди Оленне: “...Светлость Оленна Тирелл была найдена сегодня в полдень в собственной спальне. По неподтвержденным данным у миледи остановилось сердце…” Нет… Нет-нет-нет - этого не может быть! В ужасе откинув газету в сторону, я вдруг поняла, что мое дыхание сбилось: неужели леди Оленна не выдержала потери внучки? Она так и не ответила мне… Но нет это просто совпадение! Такой человек, как леди Тирелл была готова пойти на все, ради Маргери, и сейчас, потеряв ее - не могла оставить все как есть, учитывая то, что догадки о причастности Серсеи к взрыву так или иначе “ходили” в наших кругах. Она бы точно посвятила свою жизнь мести, а не… Яд… Ее могли отравить, как это было с моей матерью - все решили, что это остановка сердца стала причиной ее смерти. Невероятно! Но кто мог отравить ее? Кому это было нужно?! Серсея? Решила избавиться ото всех Тиреллов? Но как? Леди Оленна точно бы не подпустила ее к себе… Ничего не понимаю. - Это свежий выпуск? - тихо спросила я, видя, как тонкие листы газеты трясутся от быстрой езды. - Нет, миледи, это завтрашний выпуск. - Я не… - Правительство понимает, в какое положение попала Англия, и сделает все, чтобы его не усугубить: если члены аристократических семей находятся в опасности, что говорить о простых людях? - Никому не нужна паника, - поняла я, переведя взгляд на Дрейка. - Но… - что же делать? Если Серсея хочет уничтожить всех, в ком видит угрозу, и заполучить их компании, значит - мне тоже осталось не так много, особенно если учесть, что Гарс и Прайс хотят того же. Мне нужно избавиться от них первой! - Ты знаком с людьми лорда Таргариена? – собралась с мыслями я. - Да, миледи. - Работали вместе? - Нет, приходилось видеться на встречах вашего отца, миледи. - Методы их работы тебе известны? - мужчина коротко кивнул в ответ. - Ты можешь …? - Миледи, вы не должны спрашивать. Вам достаточно сказать, чего хотите. - Хм… - и я точно знала, чего хочу. - Сделай так, чтобы, Серсея Баратеон оказалась рядом со своим дядей. - Сделать все без шума, миледи? - Да, но...я хочу видеть, как она падает на дно, страх в ее глазах, и… - сама не поняла, откуда во мне столько жестокости, но она мне по непонятной причине нравилась, - понимание того, что это конец. Я хочу убедиться в том, что она исчезла из жизни Британии навсегда - Как прикажете, миледи, - со слабой улыбкой ответил тот, которую я заметила в зеркало заднего вида. Хм, если он выполнит то, что я хочу - пожалуй, сравнение с Клаем будет уместно. К слову о Клае - что с ним произошло? Воулдер в правду жесток, как о нем говорят, но неужели он вырвал ему глаз? Он требователен - это так, однако… Нет, я все еще злюсь на него! Даже несмотря на то, что он сам приехал и пошел на такой тяжелый для него шаг, как извинения, я не могу понять, как можно было столь лицемерно решить, что извинения будут приняты? Своенравный мальчишка! Усмехнувшись собственным мыслям, я посмотрела в окно, поняв, что некогда прилавки и улочки Лондона сменились обычными домами - мы скоро будем на месте. Не прошло и получаса, как машина проехала мимо толпы репортеров, сдерживаемой охраной в черных костюмах возле забора, и попали на территорию недостроенного здания. Не до конца понимая, кто они, я крепко сжала в руке клатч, и как-только машина остановилась возле расчищенной площадки перед домом, услышала голос охранника: - Леди Прескот, если вы не хотите быть здесь - одно только слово, и… - Нет-нет, - его забота была очень похожа на заботу Клая, хотя...теперь это слишком растяжимое понятие, - нужно закончить начатое. Коротко кивнув, Дрейк вышел из машины и, открыв передо мной дверь, подал руку. Приняв помощь и покинув салон, я окинула строящееся здание взглядом и вдруг поняла, что уже была здесь! Да-да, я помню это место - именно здесь мой дядя погиб! Теперь понятно, почему это место окрестили...таким...жутким. Но выбора нет - нужно исправить положение, иначе, никто не будет покупать здесь площадь. И лучший вариант это сделать - передать прессе как можно больше положительной информации. Одернув на себе юбку и взяв подмышку клатч, я махнула рукой журналистам, сразу увидев вспышки фотоаппаратов. Стервятники, но могут быть полезны. Что ж, начнем. - Ваша охрана распределена по всему периметру стройки, - продолжил Дрейк, - вы в безопасности. Даже если что-то произойдет. - Спасибо. - Леди Прескот, - раздалось откуда-то со стороны, от чего я машинально вздрогнула, обернувшись, - могу ли я составить вам компанию? - из-за одной из колонн вышел Алексис Прайс, одетый в темно-серый костюм в крупную клетку голубого оттенка, черную рубашку и накинутый на плечи пиджак.