Moments

Стайлз никогда не любила такие места, они всегда горели для неё опасным красным пламенем и нашёптывали что-то вроде «Не входи, это опасно для жизни». Это Лидия любила подобные сборища или Кора, которой только и надо, что смешать водку с джином и она уже танцует на барной стойке, зазывно покачивая бёдрами. Стилински в такие моменты сидела в сторонке и всем своим видом говорила «Я тут проездом, не обращайте на меня внимания и занимайтесь… чем вы тут занимаетесь». Стайлз отпила из своего стакана, умоляюще посмотрела на сжавшуюся рядом Киру и сказала: – Я домой хочу. Мартин посмотрела на неё как на сумасшедшую и уже открыла рот, но Хейл как всегда оказалась впереди планеты всей. – Хочешь да перехочешь. Сегодня твой День рождения, и сексуальный Мигель будет исполнять свои горячие испанские танцы. Лидия что-то хмыкнула себе под нос, Кира подавилась своей водой без газа, а Эллисон сверкала своими ямочками на чуть округлившихся щёчках. – Кто? – непонимающе спросила Стайлз. – Мигель? Это что вообще за перс? – Самый горячий стриптизёр по эту сторону Атлантического океана, детка. Стайлз подняла брови и посмотрела на Мартин, надеясь хотя бы в этой светлой голове найти лучик объяснения всей той ерунды, которая тут творится. – Не смотри на меня так, это была не моя идея. У Стайлз тут же возник вопрос: «А чья? Ведь подобные мыслишки могла озвучивать только Мартин». Эллисон и Кира слишком милые для этого. Стилински отвернулась, отпила из своего стакана и прошлась взглядом по залу. Сегодня ей исполняется 29 и если быть честной на все сто, она бы провела этот день со своим котом и бутылочкой Дон Периньон, лёжа в ванной из шампанского. Но её мнения никто не спрашивал, поэтому она и оказалась в стриптиз-клубе «Логово». К счастью, её подруги были к ней благосклонны и привели её на мужской стриптиз. – Официант! – прокричала Кора и помахала рукой высокому голубоглазому блондину-кудряшке. Только Кора Хейл могла кричать «Официант» на весь стриптиз-клуб чуть ли не вставая на стол и подпрыгивая. – Да, госпожа, – улыбнулся подошедший мужчина. – Обновите наши бокалы. – Как прикажите. Блондин улыбнулся и собрал их стаканы на свой поднос, чтобы отнести их к бару, Хейл проводила хищным взглядом его запакованную в классические черные брюки задницу и, наматывая локон на палец, протянула: – Горячо. Лидия и Стайлз одновременно закатили глаза. – Что? – немного хмурясь, просила Кора. – Ты бы на него ещё верхом запрыгнула, тогда твои зазывные взгляды точно никто не понял бы. – Он официант в стрип-клубе, чего ты хочешь от меня, Стилински? – Домой хочу. – Так, – грозно произнесла Хейл и всем телом повернулась к подруге, – мы заказали тебе лучшего танцора, и ты не уйдёшь отсюда, пока он не облапает твои бока и не снимет штаны. – Я тоже домой хочу, – испуганно пробурчала Кира, – если Малия узнает, что я по клубам хожу пока она с Питером застряла на озере Тахо, то она меня пополам раскусит. Все тут же посмотрели на неё, Кира потупила взгляд и покраснела, она всегда стеснялась, когда на неё обращали слишком много внимания. – Моя кузина конечно и прожила в горах всю сознательную жизнь, но что-что, а сумасшедшей убийцей пока становиться не собирается. – Хорошо, – шепнула себе под нос Юкимура, кажется, очень серьёзно обдумывая этот момент. – Ваши напитки. Вернувшийся официант поставил на столик принесённые бокалы и, улыбнувшись, удалился. – Интересно, как его зовут? – протянула Кора. – Дон Жуан, – выплюнула Стайлз и отхлебнула своего виски с колой. – Как? – Кора, ты серьёзно думаешь, что он скажет тебе своё настоящее имя? Тут частная жизнь работников так же священна, как и девственность дочки босса. Чуть что – голову с плеч. – Не умеешь ты веселиться, Стайлз, – обвинительно сказала Лидия и перевела взгляд на сцену, где танцевал какой-то хлыщ с зализанными назад волосами. Стайлз в неверии открыла рот. Это она-то не умеет веселиться. Она?! Стайлз Стилински?! Да Стайлз самый весёлый и сумасшедший человек, которого только носила земля, она из спички может сделать фейерверк и сказать, что так и было. Просто сейчас Стайлз хотела только трёх вещей: помыться, обниматься и спать. Она не хотела сидеть в стрип-клубе, пока вокруг неё будет танцевать какой-то продажный мексиканец, которому не хватает денег, чтобы перевести своего эссе в Америку. Стилински глубоко вдохнула и уже хотела высказать всё, что она думает о планах Лидии, но музыка резко затихла, и по клубу прошёлся игривый женский голос. – Леди и джентльмены, – начала высокая блондинка, стоя на сцене, – мы рады приветствовать вас в «Логове» и надеемся, что вам всё нравится и вы всем довольны. Увы, сегодня всё внимание будет уделено одной персоне. У этой важной персоны сегодня День рождения и наш Горячий Мигель решил поздравить её лично. Пускай наша гостья наслаждается шоу, ну а нам всем придётся просто смотреть со стороны. Блондинка хищно улыбнулась на прощание и подмигнула зрителям. Свет в зале погас, и пока Стайлз продумывала план отхода, а Кора хмуро бурчала, что этот Мигель стоил слишком дорого для того, кто делает это по своей воле, к их столику подошёл блондин-кудряшка и, чуть поклонившись, взял Стайлз за руку и повёл её к сцене. Стайлз бросила умоляющий взгляд Эллисон, как самой вменяемой во всей этой компашке и ту кажется даже проняло, но тут Стайлз подхватили на руки и посадили на стул прямо на сцене. Она была счастлива, что свет до сих пор не зажгли и все не видят её красного лица и панического взгляда. В голове крутился целый ураган мыслей, и Стилински не была готова к тому, что сейчас примерно сорок человек будут смотреть, как на её коленях танцует стриптизёр. У неё ноги не побриты и кончики волос секутся, стрелки на глазах разного размера, да и туфли она надела страшные, хотя Лидия говорила, что эти лодочки вызывают у неё смешанные чувства, что в переводе на нормальный язык означает, что Мартин от них в восторге и уже придумывает как бы их оттяпать. По залу начала раздаваться музыка с рокерским мотивчиком, и Стилински захотелось провалиться сквозь землю, когда хрипловатый голос Тилы Текилы заставил свет включиться. Стайлз немного вздрогнула, когда её погладили по плечам, она хотела повернуть голову и шёпотом попросить этого Мигеля остановиться, она даже согласна ему доплатить за это, но мужчина нежно повернул её голову в исходное положение и шепнул на ухо, что ещё слишком рано. «Рано так рано», – подумала Стайлз, испытывая странное чувство принятия ситуации. Горячие ладони прошлись по плечам, пробежались пальцами по спине и немного оттянули волосы, заставляя наклонить голову в бок и открыть шею. Девушка легонько повела плечами, когда чужой холодный нос прошёлся по её шее, и в голове промелькнула мысль о том, что Горячий Мигель не такой уж и горячий, как о нём говорят. Мужчина позади что-то хмыкнул и прошёл вперёд, чтобы предстать перед Стайлз во всей красе. Первые пару секунд Стилински очень расстроилась, но потом ей это даже начало нравиться. На Мигеле были надеты классические черные брюки и галстук бабочка, как и на всех работниках «Логова». Голый торс не блестел, как это принято, но очень хорошо выделялся своими шестью кубиками. Стайлз сразу поняла, что парень очень красивый, даже в этой кружевной маске на лице. У него были красивые светлые глаза, чётко очерченные губы и щетина. К последнему Стайлз всегда испытывала странную тягу. По лицу прошла лёгкая тень, потому что у её бывшего была щетина, и, видит Бог, Стайлз её обожала. Ладно, это дело прошлого, да и быстрее Кора превратится в трепетную фиалку, чем Дерек Хейл станцует стриптиз для Стайлз Стилински. Он ей даже цветов ни разу не дарил. Мудак. Красивый бывший мудак. Мигель танцевал очень плавно, то поворачиваясь спиной, то наоборот, подходя слишком близко и разрешая Стайлз потрогать себя. Сам он себе ни в чем не отказывал и щупал везде где только можно, он даже пуговицу ей на блузке расстегнул не заморачиваясь, что ещё немного и её лифчик будет светиться, как утренняя звезда на весь клуб. Мигеля похоже не заботят такие мелочи как женский стыд. Мужчина странно потерянно улыбнулся, когда развёл ноги Стилински в стороны, встал на колени и прошёлся носом от пупка до шеи девушки. На его щёках сквозь маску проглядывал румянец и глаза стали почти чёрными. Он прошёлся руками по ногам девушки, легонько коснулся бёдер, пробежался пальцами по груди и, резко подавшись вперёд, сделал вид, что собирает укусить Стайлз за горло. В следующую секунду песня закончилась, и клуб погрузился в темноту. Стайлз так и сидела, откинув голову назад и дыша, как паровоз. – Это даже лучше чем секс, – прошептала Стилински. Мигель польщённо хмыкнул и отодвинулся, чтобы Стайлз увидела играющую на его губах улыбку и чёрную от расширившегося зрачка радужку. – Благодарю… госпожа, – немного помедлив произнёс мужчина и грациозно встал, скорее всего для того, чтобы Стайлз по достоинству оценила выступившие вены его на руках. – Ага, – выдохнула Стайлз, – не за что… чувак. Мигель широко улыбнулся и, подав Стайлз руку, помог ей подняться. Храни тебя боже, Мигель, Стайлз не была уверена, что сможет стоять вертикально. Мужчина прошёлся по ней взглядом, немного нахмурившись, смотря на расстёгнутые пуговицы на чуть прозрачной блузке глубокого зелёного цвета, Кора говорила, что Стайлз идёт этот цвет, и начал её застёгивать. Стилински чувствовала, что пальцы Мигеля немного подрагивали, а сам он так покраснел, что кружевная маска уже не могла этого скрыть. – Спасибо, – сказала Стайлз. – Госпожа? – словно из ниоткуда прилетел голос блондина-кудряшки. Официант, мило улыбаясь, протянул ей руку, чтобы помочь спуститься и отвести к её свите, Стайлз ещё раз посмотрела на Мигеля и вцепилась в Кудряшку, чтобы не упасть с этого помоста секса-без-рук. – Ну как? – заинтересованно сверкая глазами, спросила Кора. – Крууутооо, – протянула Стайлз и, посмотрев на подруг, увидела, что глаза блестят не у одной Хейл. Лидия как-то уж больно ехидно улыбалась, попивая своё мохито, Кира бегала глазками, пытаясь спрятаться и переждать ураган, а Эллисон всё так же сверкала своими ямочками попивая через трубочку апельсиновый сок. – Что? – спросила Стайлз, когда чувство опасности в голове начало набирать обороты. – Ничего, – одновременно ответили подруги. И вот тут-то чувство опасности и завопило таким благим матом, что только стой и успевай записывать. – Так, – сложив руки на коленях, начала Стайлз, – что не так? – Да всё нормально, – покивала Кора и вопреки своему же желанию на её губах образовалась широкая не предвещающая ничего хорошего улыбка. – Хейл, – угрожающе посмотрев на Кору, протянула Стайлз. – Я… Лидия? – Что? – пискнула Мартин, когда взгляд Стилински метнулся к ней. – Я ничего. Правда, Эллисон? – Это была твоя идея, – широко раскрыв глаза, начала оправдываться шатенка. – Кира?! Юкимура переводила потерянный взгляд с одной девушки на другую и, остановившись на Стайлз, поняла, что сейчас может произойти что угодно, начиная от истерики до жестокого убийства. Кира была умной девочкой и решила, что спасение утопающих это дело рук самих утопающих, поэтому простите девчонки. – Это была их идея, – показывая пальцем на Мартин и Хейл завопила Кира, – мы с Элли вообще в этом не участвовали, кто ж знал, что он согласится. Никто. Вокруг столика образовался вакуум, Кира продолжала что-то говорить, Кора возражала и называла Юкимуру маленькой врунишкой, Лидия лишь качала головой и пыталась разрулить ситуацию, чтобы в ближайшее время не стать жертвой убийства, а Элли просто сидела с радостными мыслями о том, что на беременных не обижаются. – Что? – тихо спросила Стайлз и вопреки грохочущей вокруг музыке её услышали. – Что ты сказала? Кира резко замолчала, Кора закрыла рот и даже Лидия опустила глаза в пол, явно раскаиваясь в содеянном. Всё это походило на дурацкий сериал, который держится только на красивых актрисах и завуалированном сюжете. Юкимура уже открыла рот, чтобы прояснить ситуацию, но Лидия, закатив глаза, просто сказала: – Твой Дерек поздравил тебя с Днём рождения чуть не сняв штаны перед сотней людей. Стайлз застыла каменным изваянием, она не могла поверить, что Лидия её так предала. Лидия! Её лучшая подруга с третьего класса. Девушка, с которой они пережили самые ужасные и самые прекрасные моменты жизни. И ради чего? Ради… Дерека? – Я не… – Стайлз, ваш разрыв был ошибкой, это знают все, даже МакКолл и его атрофированная часть мозга отвечающая за ум как таковой. Все знают, что Хейл таскался за тобой, как собачка и то, что ради работы ему пришлось притворяться, что он трахает какую-то тощую бабёнку ещё не говорит о нём, как о плохом бойфренде. – Он с ней спал, Лидия, – с расстановкой произнесла Стайлз, – я могла простить всё, но не это. Он обманул меня, ничего не сказал и просто трахнул её. Если после этого наш разрыв кажется тебе ошибкой, то я даже представит боюсь, что для тебя… – Стайлз! – воскликнула Эллисон. – Да, я не верю в чистую и красивую любовь как ты, – прошипела Лидия, – и да, я сплю с мужчинами, которые старше меня, называй меня шлюхой, если хочешь, но Дерек не спал с этой… как там её… это была его работа, и ты, как коп, должна это понимать. – Но я не понимаю, ты хочешь, чтобы я кинулась ему в объятия и облизала его с ног до головы после того, как он присунул какой-то проститутке, только потому, что это входило в его работу? Что ж тогда я совсем не удивлена, что Питер предпочёл тебе другую. Звук звонкой пощёчины потонул в музыке, на сцене танцевал большой чернокожий парень с каменным лицом, вокруг все пили и танцевали, а Стайлз так и застыла, смотря на чуть блестящие глаза Лидии в приглушенном свете клуба. – Лидия, – неверяще выдохнула Кора. – Питер бросил меня, потому что был редкостным мудаком и не заслуживал такую девушку как я. Мне очень жаль, что ты этого не понимаешь. Мартин одним залпом допила свой стакан, взяла сумочку и начала пробираться сквозь толпу к выходу. Стайлз отчасти была согласна с подругой, Питер был тем ещё придурком, и Лидия достаточно настрадалась от него, но какие-то внутренние ориентиры не позволяли Стилински согласится с решение Лидии. Правильно говорят: «В чужом глазу соринку видим, а в своём и бревна не замечаем». Кира, Эллисон и Кора хлопали глазами, не понимая, что это сейчас было. Эллисон глубоко вдохнула и стала что-то говорить, а Хейл сидела вся в себе и хмурила брови, явно негодуя, что её затея не удалась. – Я домой, – выдохнув начала Стайлз, – с меня на сегодня достаточно приключений. Кира что-то крикнула ей в след, но Стилински даже оборачиваться не стала и вышла на свежий воздух.