Операция «Тёмная Сталь»

— Ты все подстроил, не так ли? — Понятия не имею, о чем ты говоришь, Кларк. — Похищение, Брюс. Ты подстроил его. — Ты ранишь меня, дорогой. Ты же знаешь, я бы никогда не сделал ничего подобного. — Ты не проведёшь меня этим невинным видом, Брюс. Они были слишком неряшливы, чтобы быть профессионалами. — Ты не можешь обвинять меня только из-за того, что наши похитители были неопытны, Кларк. Это совпадение. Я не имею к этому никакого отношения. — Слишком удачное совпадение, на мой взгляд. — Я отказываюсь признавать свою причастность, Кларк. — А я отказываюсь верить тебе. — Клааарк, я клянусь, я не имею к этому никакого отношения. — Вау, у Барри случится сердечный приступ, если он узнает, что Бэтмен ноет своему парню. — Не думаю, что он сможет осознать больше того факта, что мы встречаемся. — Сомневаюсь, что он поймёт это. Для начала ему нужно будет осознать, что Брюс Уэйн — Бэтмен. В любом случае, я всё ещё не верю тебе. — Я ничего не делал! — Леди слишком бурно протестует. — Кал, пожалуйста…

***

Лига Справедливости ожидала следующей встречи по разным причинам. Причина Бэтмена очевидна. Супермен просто хотел, чтобы это закончилось, когда самодовольство Бэтмена стало невыносимым. Чудо-женщина собиралась насладиться мгновением истины. Джон просто не мог больше лгать своим друзьям. — Итак, парни, вы догадались? — спросил Супермен друзей на следующем собрании. — Да, догадались, — с самодовольной улыбкой подтвердил Флэш. — Справились? В таком случае, кто мы? — спросил Супермен. — Мы знаем, что ты репортер, Супс, — сказал Зелёный Фонарь. — А ты учился в Академии Готэма, Бэтс, — добавил Зелёная Стрела. Супермен поднял бровь. Он был удивлён. «Ого, они действительно поняли. Получай, Б». Он необоснованно гордился своими друзьями. Бэтмен всё ещё был настроен скептически. И не разделял его надежду. Эти трое всегда умудрялись все испортить в последний момент. Дж’онн хотел, чтобы этот позор поскорее закончился. — Так чего вы ждёте? Поведайте свои выводы, о, великие детективы, — Диана закатила глаза от их самоуверенности. — Супермен и Бэтмен — это… — Барри сделал драматическую паузу. — Просто скажи это, — нетерпеливо прорычал Бэтмен. — Ричард Уайт и Харви Дент, — одновременно закончили Зелёный Фонарь и Зелёная Стрела. Неудобное молчание последовало за объявлением. Флэш ощутил, как его желудок скрутило. В первый раз за всю историю Лиги Справедливости Супермен одарил их взглядом Бэтмена «как-я-работаю-с-этими-идиотами». Чудо-женщина хихикала. Бэтмен, как обычно, не был впечатлен. — Хорошо, ты был прав, Б, они идиоты, — сказал Супермен. Ему хотелось побиться обо что-нибудь головой. — Мы ошиблись? — спросил Зелёная Стрела неуверенно. — Ага, — ответила Чудо-женщина, не переставая смеяться. — Но мы были абсолютно уверены в этом, — сказал Зелёный Фонарь, и нет, он не надулся. Если кто-то говорит иначе, он лжет. — Ричард Уайт и Харви Дент? В самом деле? Вы оскорбляете и нас, и свой интеллект, — произнёс Супермен. — Но… — начал Барри. — Поздравляю, вы преуспели в оскорблении почти не существующего эго Кала, — ухмыльнулся Бэтмен. — Я имею в виду, парни, Ричард Уайт, как вы вообще пришли к такому выводу? И не заставляйте меня объяснять, что не так с Харви Дентом, — было очевидно, что Супермен разочарован. — Значит, вы, ребята, не Ричард Уайт и Харви Дент? — переспросил Зелёный Фонарь. — Нет. Тебе недостаточно реакции Кала, чтобы понять это? — подтвердила Чудо-женщина, отсмеявшись. — Я просто хотел убедиться, — сказал Фонарь. Он выглядел расстроенным. — Но на этом торжестве не было никого, кто мог бы быть вами двумя, — сказал Зелёная Стрела. — Если, конечно, Бэтс не дворецкий Брюса Уэйна, — вставил Барри. — Что? — Чудо-женщина и Супермен спросили одновременно. — Игнорируйте его. У него есть сумасшедшая идея, что Бэтмен — дворецкий Брюса Уэйна, Альфред Пенниуорт. — Эй, я уже говорил, парни, я не виноват, что у них одинаковый взгляд, — защищался Флэш. Ещё одно затишье последовало за этим. Длиннее предыдущего. И тогда случилось невероятное. Бэтмен, стойкий, бесчувственный Тёмный Рыцарь Готэма, разразился смехом. Оставшаяся часть Лиги с открытыми ртами смотрела на то, как троица, включающая Бэтмена, самозабвенно смеётся. Лишь спустя некоторое время они смогли остановиться. — Вы видели то же, что и я, или мне привиделось? — восторженно спросил Зелёная Стрела. — Если ты имеешь в виду то, как Бэтмен смеялся, я думаю, да, — сказал Хэл, встречаясь взглядом с Флэшем для подтверждения. Последний просто шокированно кивнул. — Спасибо, Флэш. Нам с Б нужен был этот смех, — сказал Супермен, успокоившись. — Всегда пожалуйста? — Что в этом такого смешного? — спросил Хэл, не замечая юмора. — Это внутренняя шутка. Ты не поймёшь, — ответила Чудо-женщина. — Вы не можете смеяться над нами. Не наша вина, что нас похитили с середины вечеринки и у нас не было возможности наблюдать дольше, — заметил Зелёная Стрела. — Вы должны наградить нас за то, что мы пережили. Верно, Дж’онн? — спросил Хэл. — Я согласен, — сказал Марсианский Охотник, жалея своих друзей. — И через что вы прошли? — спросила Чудо-женщина. — Скажем так, мы узнали, что Брюс Уэйн и Кларк Кент спорят даже больше, чем Бэтмен и Супермен, и закончим на этом, — сказал Флэш с дрожью в голосе. — Да, нам не хотелось бы говорить об этом, — согласился Зелёная Стрела. — Вы дадите нам ещё одну подсказку? — спросил Хэл. Он действительно хотел знать, кто же является мировой элитой. — Да, может, будет ещё одна вечеринка, на которой мы все будем присутствовать? — с надеждой спросил Зелёная Стрела. Бэтмен и Супермен посмотрели друг на друга и одновременно отрицательно покачали головами. — Пожалуйста, дайте нам ещё один шанс, — взмолился Флэш. — Мы дали вам более чем достаточно подсказок, и участие в другом мероприятии будет слишком утомительным, — сказал Супермен. — Это было так просто, что Дж’онн обнаружил нас через десять минут, — издевался Бэтмен. — Дж’онн, как ты смог? — удивился Флэш. — Да, Дж’онн, как ты мог предать нас? — спросил Зелёный Фонарь. — Я попросил его не говорить вам об этом. Мне казалось, вы хотели узнать это самостоятельно, — снисходительно заметил Бэтмен. — Я узнал только из-за моих способностей, ничего особенного. Это действительно очевидно, когда понимаешь. На самом деле, это последние люди, которых вы подозревали в том, что они Б и С, — намекнул Дж’онн. Всё было напрасно, когда Зелёная Стрела после долгой паузы шутливо спросил: — Джокер и Лекс Лютор? И разумеется, рука Марсианского Охотника встретилась с лицом. С Супермена было довольно этой игры. — Я думаю, пора переходить к другим вопросам, связанным с Лигой, — сказал криптонец. — Но… — Достаточно, Флэш. Мы потратили слишком много времени на это, — произнёс Супермен. Игнорируя разочарованные взгляды трёх членов Лиги, он продолжил собрание. В конце встречи Бэтмен и Супермен сделали объявление: — Мы бы хотели, чтобы Лига следила за Готэмом и Метрополисом в течение короткого периода в следующем месяце, — сказал Бэтмен. — Что-то случилось? Вы будете работать под прикрытием? — спросил Хэл. — Нет, мы собираемся в наш медовый месяц. Не так ли, Кал? — беззастенчиво промурлыкал Бэтмен. — Да, мы отправляемся в медовый месяц, — согласился Супермен. — На самом деле, парни, не смешная шутка. — Мне больно, что ты не веришь нам, Хэл, — заявил Бэтмен, хватаясь за сердце. — Учитывая, что это ты предложил нам место для медового месяца, Гималаи. Глаза Хэла расширились, его мозг закоротило. — В конце концов, Париж такое клише, — продолжил довольный своим женихом Супермен. Флэш начал вибрировать, повторяя «нет» несколько раз, будто это могло изменить тот факт, что Кларк Кент и Брюс Уэйн… Он отказывался завершать эту мысль. — Но это невозможно, — недоуменно воскликнул Зелёная Стрела, преодолев шок. — Нет ничего невозможного, Олли, — пропел Бэтмен легкомысленным голосом, который принадлежал Принцу Готэма, а не его Тёмному Рыцарю. Это уничтожило все сомнения в том, кем он был. И шокировало Хэла и Барри заново. — Как, чёрт возьми, работают эти очки? — спросил Оливер, когда понял, кто такой Кларк. — Я мог бы произнести длинную речь о том, что люди видят лишь то, что хотят видеть. Но, честно говоря, я понятия не имею, — смутился Супермен. — Не волнуйся, иногда мне тоже интересно, — вставил Бэтмен. — Даже несмотря на то, что очки обманули и тебя тоже? — спросил Кларк. На этот раз с самодовольной улыбкой. Бэтмен не ответил. Это была больная тема. — Что ж, теперь я могу утешить себя. Мою компанию опережает Бэтмен, а не Брюс Уэйн, — сказал он, и вся Лига, за исключением Хэла и Барри, которые всё ещё находились в прострации, посмотрела на него. — Бэтмен — это Брюс Уэйн, Оливер. Нет никакой разницы, — сказала Диана. — Вы не понимаете, разница есть. Эй, Барри, похоже твоя теория была ближе всего к истине, — весело сказал Оливер, похлопывая друга по спине. Ответа не было. — Хэл и Барри всё ещё в шоке, — вздохнул Дж’онн, встряхивая обоих. — Бэтс и Супс выходят замуж?! — в унисон закричали они. — Так и есть, и вы все приглашены, как мы и говорили вам пару дней назад, — сказал Бэтмен. — Я был бы очень расстроен, если бы вы не пришли, парни, — пояснил Супермен. — Я буду там, если я — шафер. Серьёзно, почему не может быть подружки жениха?.. — прежде чем Диана смогла возмутиться несправедливостью по отношению к женщинам, её прервал Хэл: — Но вы двое не можете быть вместе. Вы же ругаетесь как кошка с собакой. — Они — лучший пример того, что противоположности притягиваются, — сказала Диана. — Если это хоть немного утешит тебя, Хэл, то встретились и влюбились друг в друга мы как Брюс Уэйн и Кларк Кент. Я не знал, что встречаюсь с Бэтменом, а он не знал, что встречается с Суперменом. — Это делает всё ещё более запутанным, — проворчал Барри, наконец придя в себя. — Поскольку больше обсуждать нам нечего, давайте завершим встречу, — Бэтмен окинул всех своим обычным взглядом. Барри, Хэл и Оливер с облегчением поняли, что Бэтмен пришёл в норму, и решили поддразнить его, как обычно: — Так, как вы познакомились? Это стало началом бесконечных вопросов, заданных Человеку из Стали и Тёмному Рыцарю. Кларк с радостью удовлетворял их любопытство. Брюс же начал сожалеть, что раскрыл им правду, несмотря на удовольствие, полученное в процессе. Но в конце концов, сияющая улыбка, украшающая лицо его мужа, когда он видел всех их друзей, присутствующих на свадьбе, была честной ценой за страдания.