All I wanted was you...

Всю следующую неделю я избегала Сириуса, как могла. Было очень по-детски бегать от него, конечно, но я ничего не могла с собой поделать. Тем временем, приближались рождественские каникулы, и нужно было думать о том, что в скором времени мне нужно будет ехать домой. А там всё было не так гладко, как раньше, и это давило. Регулус молчаливо ходил за мной по пятам, не вдаваясь в подробности того, что сообщают мне родители об Ивэне и обстановке в семье. Зато появились хорошие новости – моя сестра успешно завершила курсы колдомедицины и теперь сможет практиковать как врач. Я ужасно по ней скучала… Рашель была моей самой близкой подругой с самого нашего детства, и даже после того, как она отправилась в Хогвартс, мы постоянно писали друг другу письма. А затем и я поступила, и наши шалости вышли за пределы дома. Мы часто выбирались по ночам из своих спален, чтобы сидеть в гостиной до утра и обсуждать мальчишек. Или бегали к домовикам, и воровали с кухни сладости. А ещё пролезали в запретную секцию и листали жуткие книжки.  Потом я подружилась с Регулусом, но он долгое время оставался жутким снобом и осуждал наши посиделки с сестрой. Но со временем и ему стало интересно. Так разговоры о мальчишках перешли во всякие жуткие или смешные истории по ночам у камина. Я вынырнула из своих приятных воспоминаний о сестре и взглянула на лучшего друга. Он снова задумчиво листал какую-то книгу по древним рунам, и делал небольшие пометки на полях. Мне нравилось смотреть, как он учится. Это всегда вызывало мне чувство гордости за него. Регулус был невероятно умным парнем, и мне снова стало грустно от мысли, что он может уничтожить свой талант, наделав глупых ошибок. - Надо сходить в библиотеку, - он оторвался от чтения, откладывая книгу, и поднялся, предлагая мне руку. - Тебе кажется недостаточным, что ты утащил оттуда 8 новых книг? – с усмешкой поинтересовалась я, принимая его руку. - Мне нужно кое-что для моего исследования, - он пожал плечами, и мы побрели в сторону библиотеки. Тишина в этом огромном помещении всегда мне нравилось. Можно было часами сидеть, читая книги, под шорох пергаментов и страниц. Здесь не часто объявлялись студенты, чаще всего они заходили за книгами и уходили в общежития. Но мы с Регулусом, Лили Эванс и Северус Снейп, были здесь завсегдатаями. Мадам Пинс строго взглянула на нас, когда мы зашли, отчего её пенсне забавно сползло к кончику носа, но быстро потеряла к нам интерес, и вернулась к чтению. Я никогда не видела, что она читала, но была уверена, что это должны быть женские романы. Мадам Пинс была очень суровой и строгой женщиной, но именно такие обычно ждут страстной любви, а если не получают её – то ищут утешения в книгах о ней. Уже подходя к нашему излюбленному месту, я заметила Ремуса Люпина и Сириуса. Сердцезабилось быстрее, но я постаралась натянуть на своё лицо маску невозмутимости и сделать вид, что не заметила их. Не помогло. Сириус заметил меня и тут же оторвался от стеллажа, откладывая какую-то книгу про историю квиддича. Он легко тронул меня за локоть, как будто боясь. - Мы можем поговорить? – тихо спросил он. Я обернулась, глядя в его бездонные карие глаза. Как же мне хотелось ни о чём не думать, и просто растворяться в этих глазах. Но назойливая, совершенно идиотская мысль, что он – моё проклятье, не давала мне расслабиться и наслаждаться его компанией. Как будто что-то в нём, что-то тёмное и пугающее, заставляло отстраняться и пресекать на корню наши отношения. Но удержаться было сложно, и вся моя уверенность в том, что нам не нужно видеться и разговаривать, улетучивалась на глазах. Я тяжело вздохнула. - Ладно. Мы прошли вглубь библиотеки, вдоль стеллажей, и встали у окна. Сириус вновь облокотился на шкаф, рассматривая меня.  В его глазах горел недобрый огонёк, который не предвещал ничего хорошего для благочестивой девушки, берегущей себя до свадьбы, каковой я и являлась. - Ты меня избегала всё время с нашего свидания. Я чем-то обидел тебя? – он был абсолютно серьёзен, и это снова заставило мою уверенность пошатнуться. Мне безумно нравился Сириус. Он был красив, обаятелен, забавно шутил и, пусть он хорошо это скрывал, был невероятно умён. Но я знала, что мои родители, при всей либеральности их взглядов, не позволят нам быть вместе. А ещё эти дурацкие совпадения. Конечно, они были глупостью, но меня настораживало, что именно когда я провожу время с ним – мне приходят дурные вести. Как будто Мерлин и Моргана наказывали нас за проведённое вместе время. Молчание затянулось. Я снова взглянула ему в глаза и тяжело сглотнула. - Прости, - прошептала я. Он положил руку мне на талию, придвигая меня к себе. Сопротивляться было всё сложнее, поэтому я просто решила поддаться своим чувствам. Я положила голову ему на плечо. - Я просто ужасно боюсь, что ты сделаешь мне больно, - неожиданно для себя сказала я, и поняла, что это именно то, что останавливало меня всё это время. Я представляла наши отношения, как мы счастливо смеёмся и гуляем, как он читает мне любимые книги вслух, как мы вместе летаем на метле, как он ловит меня от моих неуклюжих падений и страстно целует, и на поцелуях всё не заканчивается. А затем в моей голове чётко всплывает картинка того, как он разбивает мне сердце: изменяет, уходит, выбирает своих друзей… И от этого моё сердце рвётся на части. Я влюбилась в него, и теперь моё сердце осталось без защиты. Сириус провёл рукой по моей спине, запутался ею в волосах, и наклонился ближе, мазнув горячим дыханием мою шею: - Ты мне нравишься, Розье, так сильно, что я вижу сны, ищу тебя в толпе, в Большом зале, на переменах, на совместных тренировках по квиддичу. Ты заполнила всё моё сознание, - он поцеловал меня в шею чуть ниже уха, и продолжил, - Я не обещаю, что никогда не причиню тебе боли, это выше моих сил. Но я обещаю, что сделаю всё, что в моих силах, чтобы ты была счастлива со мной. Прошу, не отталкивай меня, - он отодвинулся, чтобы взглянуть мне в глаза и наши губы оказались слишком близко. Именно в этот момент, я поняла, что больше не хочу анализировать, сдерживаться или переживать о последствиях, и поцеловала его. Сначала это было робкое движение, я всего лишь легко прикоснулась губами к его, но затем я почувствовала, как его руки напряглись, обвивая мою талию, притянули меня ещё ближе к нему, а поцелуй стал более страстным и глубоким. Сириус нагло вторгся своим языком в мой рот, исследуя зубы и мой язык. Наши языки сплелись, будто в танце, и больше я ни о чём не могла думать. Пусть весь мир горит, но объятия Сириуса Блэка – самое правильное место на планете. Спустя несколько минут я почувствовала, что воздуха становится слишком мало, а жара наших тел слишком много, поэтому положила руки на плечи парня и легонько его оттолкнула. Его глаза стали ещё чернее, радужка полностью слилась со зрачком, а дыхание было таким сбитым, как после полумарафона. Сириус смотрел на меня так, как смотрит волк на свою беззащитную жертву, но от этого взгляда мне захотелось сделать с ним что-нибудь неприличное. - Я полагаю, это согласие? – прошептал он, и я закусила губу, кивая. Остаток вечера мы провели сидя на полу библиотеки, обнимаясь и листая какую-то книгу, слова из которой не отложились в моей голове, потому что я никак не могла оторвать глаз от Сириуса. Но приближался комендантский час, поэтому мы нехотя поднялись с пола и побрели по коридорам в сторону лестниц. - Как думаешь, я могу позвать тебя на ещё одно свидание? – спросил он у меня, когда мы подошли. - Конечно, так ведь и поступают пары, - ответила я. Сириус расплылся в улыбке, притянул меня к себе и увлёк в поцелуй. Он был нежным и спокойным, но ощущался как обещание. Я обвела руками его шею, не желая отпускать. Сириус оторвался от моих губ, прижимаясь лбом к моему и глубоко вздыхая. - Если мы сейчас не остановимся, я не смогу уйти, - тихо сказал он, и по моему телу побежали мурашки от этого тона и от сказанных слов. Я нехотя отпустила его, ступая на верхнюю ступеньку лестницы, ведущей вниз. - Спокойной ночи, Сириус. - Спокойной ночи, Констанс, - ответил он с лёгкой улыбкой. Внутри меня было столько тепла от этих простых слов и от того, как прекрасно звучало моё имя, когда его произносил он. Мне никогда оно особо не нравилось, поэтому я предпочитала, чтобы меня называли Энс или Розье. Но Сириус – первый человек, из чьих уст моё имя звучало так правильно, и так красиво, что мне хотелось слушать и слушать, как он его произносит… Всё следующее утро я провела, витая в облаках, вспоминая вчерашний вечер. Идя на завтрак, мы столкнулись с Сириусом прямо у входа в Большой зал. К счастью, в этот раз без падений. Он дотронулся до моего запястья, от чего по всей руке пробежали тысячи маленьких электрических разрядов. Немного сжал её и отпустил, проходя в сторону своего стола. Я села рядом с Регулусом за слизеринским столом и положила несколько свежеиспечённых круассанов в свою тарелку. - Так что, мы возвращаемся к тому, что я буду наблюдать за тем, как вы с моим братом пялитесь друг на друга каждый раз, когда я буду есть? – насмешливо спросил Рег, разворачиваясь в пол-оборота ко мне. Его тарелка уже была пуста, и он допивал свой утренний чай. - Понятия не имею о чём речь, - ответила я невозмутимым тоном, глядя на свой завтрак, но губы непроизвольно расплылись в улыбке. Я знала, что Сириус наблюдает за мной. Чувствовала его взгляд через весь зал. Я посмотрела на него в ответ, за что была одарена хитрой улыбкой, так часто появляющейся на его лице, что от неё уже остались маленькие морщинки. Его друзья, казалось, были слишком увлечены своей беседой, чтобы заметить, как мы смотрим друг на друга. - Это будет самый невыносимый год в моей жизни, - пробормотал Регулусь, поднимаясь со своего места, и подхватывая наши сумки, - Есть ты всё равно не планируешь, а нас ждёт МакГоннагал, так что пошли, Энс. Я схватила пару яблок из фруктовой вазы, незаметно помахала Сириусу на прощание, и отправилась следом за другом. Мы записывали какие-то очередные способы трансформации предметов в живых существ, когда неожиданно в класс влетел профессор Слизнорт. - Профессор МакГонагалл, - с нетерпением произнёс он, игнорируя присутствие студентов, - там ваши… ученики… опять устроили бардак на моём уроке, - он еле сдерживался от того, чтобы не заорать на несчастного декана Гриффиндора. - Полагаю, это снова были Поттер и компания? – она уже знала ответ, но всё равно спросила. Слизнорт весь позеленел от злости. Его глаза, и без того кажущиеся невероятно огромными, стали выглядеть ещё больше. - Они… Они взорвали котлы! Я требую Вашего немедленного присутствия! Они поспешно вышли из кабинета, а мы стали переглядываться между собой. Через пару минут в класс вальяжной походкой завалился Сириус. - Кто хочет свалить с этих скучных уроков и отправиться посмотреть на фейерверки в честь приближающихся праздников? – он ухмылялся, и я видела, что он аккуратно наблюдает за мной. Хаффлпафцы, с которыми у нас проходила трансфигурация, немедленно взорвались аплодисментами, и подорвались со своих мест. Слизеринцы были настроены более скептически. - Ты уверен, Блэк, - выплюнул мой однокурсник, Аврелий Саммертайм, - что нас не накажут всей школой за твою выходку? - А ты что, боишься не похвастаться новым платьем на рождественском балу? – хохотнул Сириус. Аврелий подорвался со своего места и бросился в сторону Сириуса, но тут вмешался Рег. - Не стоит тратить на него наше время, - произнёс он, кладя руку на плечо Аврелия, - Мой брат – придурок, забыл? Аврелий всё ещё был ужасно зол, но рваться в сторону Сириуса прекратил. Я встала со своего места, собрала вещи и пошла в сторону Блэка. - Не знаю, как вы, а я устала слушать эти монотонные лекции МакГонагалл, - сказала я с дерзкой ухмылкой, чем поразила всех присутствующих. Сириус, сохраняя на лице дерзкую ухмылку, выдавал своё изумление взглядом, а Регулус, наоборот, не скрывал своих эмоций, сжимая кулаки. - Тебе за это влетит, и я не буду прикрывать тебя, - с нажимом сказал он. Я лишь пожала плечами и развернулась, выходя из класса. Сириус и хаффлпафцы последовали за нами. Мы выбежали из школы и понеслись в сторону поля для квиддича. Начало декабря было удивительно тёплым для Шотландии, но первый снег, выпавший где-то неделю назад, уже застилал землю, так что мои школьные туфли вымокли за секунду. У стадиона уже собрались семикурсники с Гриффиндора и Рейвенкло, правда, среди них не было друзей Сириуса – Джеймса и Питера. Я удивлённо взглянула на него, ведь Джеймс был их главным заводилой и идейным вдохновителем всяких глупых, но увлекательных развлечений. - Он отмазывается перед МакГонагалл и Слизнортом, - поняв мой взгляд, бросил мне Сириус, - пытается выкрутиться и отвлечь их внимание, вместе с Хвостом. Я удивлённо вскинула бровь, и Сириус, пожав плечами, ответил: - У нас у всех есть прозвища. Я – бродяга, а Джеймс – Сохатый. - А тот мальчик со шрамами? Люпин? - Он лунатик… - через несколько мгновений нехотя ответил мне Сириус. Я удивилась такому странному прозвищу, но решила, что могу расспросить его позже, когда народу будет поменьше. Стадион заполнялся студентами старших курсов. Сириус подошёл к Люпину и они вместе скрылись за трибунами. Несколько минут ожидания в напряжённом шёпоте, а затем раздались громкие хлопки, похожие на взрывы, и в небе над стадионом начали разрываться красочные фейерверки. Они были маггловскими, догадалась я через минуту, когда яркий сноп искр растворился в небе. Фейерверки в магическом мире можно было заколдовать, чтобы они принимали какую-то форму, а эти просто взрывались, как шампанское. Сириус подошёл ко мне, незаметно беря меня за руку. - Красиво? Я затаила дыхание от его близости. - Очень… Он повернул голову в мою сторону, внимательно изучая моё лицо. Заправил выбившуюся из причёски прядь, задержался на щеке, а затем опустил руку. - Как и ты, - сказал он. Я обернулась к нему, и в этот же миг он потянул меня в сторону трибун. Мы забежали в одну из ниш, и он притянул меня к себе для поцелуя. И снова по моему телу разлилось тепло, а кожа покрылась мурашками от его прикосновений. Через пару минут он оторвался от меня, заглядывая мне в глаза. - Ты пойдёшь со мной на бал? – вдруг выпалил он, и тут же закусил губу, нервничая, - Я знаю ,что ты бы не очень хотела афишировать наши отношения, но… Это мой последний год в Хогвартсе и я хотел бы просто побыть парнем красивой и умной девушки, которая будет пить пунш и кружиться в этом дурацком вальсе по залу в чертовски красивом, но слишком пышном платье, и… Я заткнула его поцелуем. Это было лучшее приглашение на бал, которое я когда-либо получала. И мне было плевать, что и кто подумает, поэтому, отпуская его губы, я прошептала прямо в них: - Конечно да.