Несмотря ни на что

POV_Чимин Прошло 3 дня       Я сидел здесь уже 3 дня, почти не кушал и почти ничего не пил. И не потому что не где было купить, а потому что не хотелось ничего. Мама Джи приходила и приносила мне покушать, но мне кусок в горло не лез. — Джи, родная, проснись пожалуйста... Я тебя очень люблю и... Тебе кое что нужно знать... Но я тебе скажу, когда придешь в себя... Я знаю, ты меня слышишь... Мне захотелось в туалет, я встал и вышел из палаты. POV_Юнджи «Что ему нужно сказать? Бросит что ли? Хотя я его пойму и не буду держать зла. Всю жизнь жить с девушкой-инвалидом не по кайфу... Правильно, у него целая жизнь в переди, зачем тратить ее на меня?» Я размышляла и заметила, что вакуум начал разрушаться и осколки лететь прямо на меня, я сгрупировалась, но ничего не чувствовала. Осколки пролетали сквозь меня и белый фон начал мутнеть и в итоге превратился в тьму. Я открыла глаза и чуть не ослепла. Солнце светило прям в глаза, белый потолок и стены. Было неприятное пиканье, как тогда, 3 года назад. Когда я была в коме. Я себя чувствовала мягко говоря очень хреново и не могла пошевелить телом, оно будто онимело, рука была в гипсе, ниже пояса я вообще ничего не чувствовала. Пролежав так примерно 5 минут, я начала ощущать правую руку, подняла ее вверх и начала рассматривать. «Странное состояние у меня...» я дотронулась до головы, она была перебинтавана и побаливала. Я услышала скрип двери и посмотрела в ту сторону. Зашел Чим, он смотрел в пол, я хотела его окликнуть, но воздержалась. Он подошел, поднял взгляд и посмотрел на меня, я тоже посмотрела ему в глаза, Чим будто окаменел. Он стоял и даже не моргал, потом вообще выбежал из палаты. «Странный какой то... Я думала попращается для приличия, а он... Уходит по английски, не попрощавшись.» я осталась одна с кучей вопросов, на которые не было ответов.       Через несколько минут зашел Чим и доктор, он был для меня очень знаком. — Юнджи, ты пришла в себя, молодец. Как ты себя чувствуешь? – сказал доктор и присел рядом. — Хреново я себя чувствую. Голова болит и ниже пояса ничего не чувствую, – я посмотрела на бейджик парня, там было написано Ким СокДжин. «Что? Нет... Этого не может быть... СокДжин?! Я помню этот момент, когда он приставил пистолет к моей голове... Я четко запомнила его лицо.» — Ты знаешь, что ты... — Нет, не говори, я сам обещал сказать, – перебил Чимин. Я поняла, о чем он хотел сказать сам. — Хорошо, тогда я пойду, если что-то тебя будет беспокоить, то зови, – он вышел из палаты, а Чим сел рядом и взял мою руку в свою. — Что, бросишь меня? Я пойму, не бойся... – слезы уже во всю лились ручьем из глаз. — Ты о чем? — О том, что ты мне хотел сказать. Я все слышала, как ты себя винил, еще мои родителям об этом сказал... — Я тебя не за что не брошу, никогда запомни, никогда! – он сжимал мою руку. — Даже мысли этой не допущу! А сказать тебе хотел, то, что ты сама уже знаешь. И это можно исправить, доктор мне показал лекарство, благодаря которому ты можешь ходить, как раньше, – у него тоже текли слезы. — Как может быть, как раньше, если... Если я буду тупо целыми днями валяться в кровати и ты будешь тупо просирать свою жизнь со мной, — Можно тебя стукнуть? Я тебя не брошу не смотря ни на что, – мы смотрели друг другу в глаза, я верила ему, но мне страшно. — Чим, мне страшно. Страшно от того, что если ничего не получится, то тебе просто надоест возиться со мной... — Не говори глупостей, все получится и мне не надоест, – он приблизился и поцеловал меня в губы.