Медицинский справочник по лечению тупости

Джексон летел по ступенькам, словно комета. Он должен, нет, они должны поговорить. Очень срочно. Долетев до гинекологии, Ван с облегчением вздохнул, увидев сидящего в очереди Марка, читающего журналы про беременных. Это как-то... мило? Вполне. Джексон бы и дальше с обожанием смотрел из-за угла за Туаном, но вот именно сейчас начался пиздец. С другого конца коридора послышались вопли какой-то женщины, от которых блондин аж подскочил. Джексону не по себе.. Намджун вылетает, как ебаный орел, снося все на своем пути, добираясь до своей добычи. Вид у гинеколога отрешенно-испуганный. — Марк! — громко позвал Ким, — началось... Марк стоял-стоял, не подавая виду лихорадки, но, по правде говоря, трясло жутковато. Джексон только сейчас понял, что Туан тоже бывает беззащитным пусей. Весьма странные обстоятельства проявления этой особенности, но да ладно. — Пора... НЕТ, Я НЕ ГОТОВ! — начал вопить хирург, слившись со стопкой книг в одно целое. — Можешь, будь мужиком! Ты обещал! — сказал Джун, буквально тащя дохлого Марка за руку. Туан просто умирает, подыхает, выплывает из этой реальности, потому что пузики беременных трогать каждый дурак может, а вот на родах присутствовать только настоящие пацаны. Нет, пацаны не готовы к такому.... — Марк-хен, — неожиданно для всех сказал Джексон, блять, доводя Намджуна до инфаркта, — все будет нормально. — Пиздец, ты неожиданный... — отдышавшись, Намджун хитро взял теперь и Джексона тоже, — будешь на подстраховке, если этот кикнется! — Что?! — однако претензии он не успевает договорить, потому что силушка богатырская Намджуна тащит двух оленей за собой довольно быстро, — что, стой! Блять, стой, нет! Я не хочу умирать!!! — Ты, блять, идиот? За дверью постоишь, — прибавляя в шаге, Ким ускорился к двери, откуда исходили вопли, — но если услышишь шлепок, знай — это Туан сознание потерял. Намджун влетел в кабинет, сразу раздавая всем указания. Хирург это отчетливо слышал, всем телом содрогаясь от предстоящего эпика. Джексону было очень жаль американца, но ничего не поделаешь. Положив руки на плечи напряженного хирурга, китаец заглянул тому в глаза, от чего сердце Марка ушло в пятки. — Пусть ты и козел, но я верю в тебя. «Блин, что ты несешь, придурок?!?» — думал про себя Джексон, уже представляя, как Туан его сейчас пошлет. — Надеюсь... — придя в себя, Туан в своей привычной манере скинул руки китайца, гордо выпрямляясь, — конечно я справлюсь, придурок Ван! Еще сомневается тут, да я тебя ударю! — Моя детка... — довольно сказал Джексон за закрывающейся дверью в кабинет. Остается только ждать.

•••••

Марк очень сильно пожалел после того, как преодолел порог этой сатанистической комнаты. Соен орет, визжит, извивается в кресле-кушетке, всячески проклиная всех и вся. Намджун бегает над сестрой, тут и там крича на сотрудников от волнения. Чимин, парень Чонгука, по совместительству неонатолог, ждет и видит будущего младенца, а пока только помогает Киму добивать орами анастезиолога и УЗИста Чонгука, который просто охуевает с реальности и почему, блять, он акушерка?!? Сокджин старается аккуратно сделать роженице укол с обезбаливающим, но рука предательски трясется под гнетом ора Намджуна. — Намджун-и, заткнись, пожалуйста!!! У меня снотворное есть, могу тебе тыкнуть, если не прекратишь горлопанить!!! — Без проблем, молчу, — сев между раздвинутых ног сестры, Ким принялся ждать эффекта. — Пиздец ты подкаблучник, Намджун-хен, с бабами надо жестче! — Чонгук пафосно стоит в сторонке, но огреб от Чимина по бошке. — Все, Чон Чонгук, неделю без секса! — Блин, Чимин! Намджун-хен, это ты виноват!! — Почему я виноват, это ты начал хуйню про баб нести, — видя движение, Намджун запереживал, — Соен, тужься! — Аааааааа, — проорала девушка, ища что-то рукой, — Маркиииии, подойди... пожалуйста!!! Видя, как подружке плохо и все вокруг напряжены, Туан на ватных ногах подошел к Соен, беря ее за руку. Девушка вцепилась мертвой хваткой в худую руку, пыхтя и тужась. — Давай, еще немного! Еще чуть-чуть! — Чонгук, ты дурак, он не подкаблучник, тем более, мы с Намджуном не вместе.. — Как это? Он еще не сказал? — закончил за парня мысль Чимин. — Что..? Соен плачет, но уже на финишной прямой. Марк искренне старается держаться молодцом, но подруга орет, как невменяемая. Намджун пытается уделять все время сестре, но, кажется, сейчас кое-что всплывет. — Заткн..! — Намджун-хен любит тебя!! — перебил гинеколога Чимин. — Блять... нашли время отношения выяснять... — Чонгук готов брать выползающего младенца. — Блять... — изрек Намджун. — Пиздец... — Марк еле живет. — Может, кто-нибудь, примет у меня роды?! — Да-да, — пришел в себя Джун, лыбясь, — ...Соен, последний рывок! — Ааааааааа!! — Аа аааааа а. Ааааааааааа ааааа!! — Аа ааааааа а аааааа а, Намджунчик, я тоже люблю тебя!!! — Ааааааа аа. Аааа. Ааааааа, — пережив общий стресс, Марк сквозь невидимый туман услышал кряканье ребенка — Мальчик... — сказал Намджун, передавая ребенка Чонгуку, а Чонгук Чимину на взвешивание, рост, пульс, — Джин-хен, это правда?... — Да, дурень, да! Я все ждал, когда ты признаешься... в этом весь ты, — хихикнув в кулак, Сокджин уставился на подошедшего довольного и счастливо Намджуна. Ким на радостях поцеловал не менее радостного анастезиолога, а чигуки лишь радовались за влюбленных. Чимин плавно слил пищащего ребенка на руки заразившемуся всеобщей радостью Марка. Улыбаясь ребенку, Марк обрадовался такой приятной тяжести в руках, пустя на ножку младенца слезу. Мальчик причмокивал, вертя головой из стороны в сторону. Хихикнув с милоты, блондин не сразу заметил влетевшего Джексона. Оторвавшись от визуального контакта с ребенком, Марк обратил внимание на китайца, который то ли удивлен, то ли счастлив. Пустив еще одну слезу, хирург осторожно развернул малыша лицом к Джексону. — Он такой хорошенький, да? — Да, — посмотрев на новорожденного, Ван тоже улыбнулся, — он похож носом на Соен. — И правда, — стерев влажность с лица, блондин продолжал улыбаться сокровищу подруги. — Марк. . — вздохнув, Джексон приобнял Туана за талию, смотря прямо в глаза. — Что? — Что ты чувствуешь ко мне? Все с предыханием наблюдали за кульминационным моментом, даже Намджун и Джин, который тоже только друг другу признались. Даже Соен боялась что-то сказать, хотя малыш не с ней в данный момент. Чимин ест стекло. — Ты козел, которых свет не видел, ты меня так бесишь, что аж подраться хочется... а еще... блин, я тебя так ненавижу, что даже люблю! — Ты меня любишь? — китаец явно задыхается. — Блять, да, ебаный Джексон Ван, я тебя люблю! — Марк! — Кайе прильнул к губам американца, придерживая тем временем младенца. Чимин аккуратно забрал малыша, отдав Соен, продолжая смотреть за столь счастливым моментом. Ребенок лишь пыхтит. Чонгук почти фейспалмит. Джин умиляется с этих полудурков. Намджун радуется за сосущихся марксонов, а потом вспомнил. — Бля, я же руки не помыл.