Найдя мечту

      Чем дальше я шел, тем темнее становилось. Нигде не было видно ни людей, ни домов. Всё, что я видел впереди - лишь скалы, ряд крутых валунов. Впервые я был в месте, которое заслуживает называться Адом.       Я спускался вниз крутым, неровным скалистым ущельем. Было чересчур темно, чтобы что-то разобрать. Но чем дальше я спускался, тем больше страшные чувства окутывали моё тело. Конвульсивный спазм скрутил меня. И я подумал: как выглядят обитатели этой дыры?       Чёрная пустота окутывала меня. Я прислонился к холодной скале в надежде немного отдохнуть. Темнота сжималась вокруг меня, и я запаниковал. Нужно идти дальше. Пройдя немного дальше, я посмотрел вниз, и у меня пропало дыхание. Всё, что я увидел, это полная и безграничная пустота. С тёмной дыры к моим ушам доходила смесь почти неслышных звуков: крики и стоны, как будто в агонии, резкий душераздирающий хохот, истошный вой.       Воздух раздирали все разновидности ужасных звуков, на которые только способно человеческое существо.       Крики и вой. Громкие проклятья. Шипение и рычание. Животный рёв. Предсмертные стоны. Пронзительные крики боли. Шумная возня бессчётного количества душ в мучениях душевного расстройства. Я видел этих существ. Одежда на них висела грязными лохмотьями, сквозь большие просвещения открывая глазам серую и синюю плоть. Глаза, что горели на мёртвых лицах, вытаращились на меня, но они не смеют тронуть, пока я первый это не сделаю. В этом всё спокойствие, ведь мне нужно достичь своей цели. Найти его.       "Я должен тебя найти. И я это сделаю!»       Я шёл по широкой серой равнине, моя обувь шаркала по жёсткой земле. Увидев впереди очередной булыжник, я всё же решил присесть. Хоть ненадолго. Возможно, мне удастся отдохнуть.

***

      Знаете, с раннего детства каждый ребёнок окружен заботой, любовью и лаской своих родителей. Мне же этого было не понять. Я рос в семье, где люди не жили, а существовали. Существовали как прототип семьи. Можно даже сказать, как соседи в коммунальной квартире. Такой моя семья стала давно. Очень давно.       Я всегда задумывался над философией жизни и над её смыслом. Знаете, всё же люди странные существа. Или это я странный?       Меня постоянно ненавидели, презирали. Как будто я был каким-то особенным, что ли. Хотя так и есть. Как раз из-за этого меня и ненавидели. Идёшь по улице: дети кидают в тебя камни, взрослые толкают и бьют, даже собаки лают. Тебя сопровождают криками вроде: "Уродец», "Проклятый». Приходишь домой, и там то же самое. А всё из-за моих способностей, которые достались мне от какого-то родственника, жившего аж в семнадцатом веке. Людям двадцать первого века меня не понять. Это век технологий, но никак не век сверхъестественных сил. Я мог спокойно проходить черту между реальным и потусторонним миром, разговаривать с мертвецами и, как потом оказалось, возвращать к жизни. Как-то раз я разговаривал с духом этого родственника, и он мне всё рассказал. Вернуть я мог только родственную душу, душу любимого человека.       Я нашёл эту душу. Я встретил его, когда мне было шестнадцать лет. Он перевёлся к нам из другой школы, и теперь будет учиться со мной в классе. Этот парень меня очень заинтересовал, и я начал думать, как с ним познакомиться. И придумал. Я подошёл и спросил у него, сколько сейчас времени, а он показал мне пальчиком на часы, которые висели на стене школьного коридора. Позже я узнал, как его зовут. Сиэль. Красивое имя. Сиэль — невысокий пятнадцатилетний подросток с иссиня-черными волосами и глубокими синими глазами. Я до сих пор не могу устоять перед их красотой. Он имеет идеальные, на мой взгляд, пропорции тела: тонкие кисти рук, хрупкие плечи и стройная талия. Сначала мы стали друзьями. Я безумно любил проводить с ним время, да и он, судя по его виду, тоже любил проводить со мной своё время. Вскоре, где-то через два месяца, мы начали встречаться. Это были самые счастливые моменты моей жизни. Он был единственным, кто не презирал меня. Безумно приятно, когда он тебя успокаивал после очередных издевательств: - Неужели у этого уродца хоть кто-то появился? Ха-ха-ха-ха. - Быть не может, наверное, он с ним из-за жалости.       Они уходили, смеясь. Сиэль же крепко меня обнимал и шептал успокаивающие слова. После чего, смотря мне в глаза, говорил: - Я люблю тебя, Себастьян.       И нежно целовал.       Так и проходили годы с этим солнышком. Знаете, постепенно и люди начали реагировать на меня, как на обычного человека. Некоторые даже приходили ко мне, чтобы пообщаться с умершим человеком. В скором времени меня перестали презирать.Я стал подобием местного экстрасенса.       Сиэль всё время был со мной рядом. Эти безумные ночи вместе с ним. Я так их любил. Любил, как он отзывался на мои прикосновения. Любил, как он царапал мою спину своими ногтями. Любил, как он сокращал мое имя, когда я в него входил. Каждая ночь превращалась в безумие. Мы не занимались сексом, мы занимались любовью. Только с ним я могу быть настолько нежным.       Часто мы отправлялись с ним в походы на выходных. Ездили в туристические лагеря. Первого дня в этом лагере мы пошли на прогулку. Два часа шли пешком к парку больших елей. Дорожка была узкой, и я шёл за ним следом, не раз думая о том, какой красивый он в своих джинсах и белых кроссовках, его бело-красной куртке, перехваченной ремнём на талии, шаркая сквозь дорожную пыль, оглядываясь вокруг с детским любопытством, часто спотыкаясь, ибо не смотрел под ноги. Когда мы возвращались с прогулки, приближался закат солнца. Мы остановились возле большой скалы, с которой открывался вид на огромные саженцы елей.       Мы сидели там, любуясь заходом, и тихо разговаривали. — Два, - проговорил Сиэль так, как будто не мог поверить в это до конца. - Куда делись те два года, Себастьян?       Я улыбнулся и обнял его одной рукой. - Поверь, они прошли с пользой. - В день нашего знакомства я был не сильно приветлив, да? - О, я упорно добивался своего, - сказал я, нежно целуя.       Через год я узнал не самую приятную новость. Сиэль заболел раком щитовидки с метастазами в лёгких. Бедный мой мальчик. Он так это переживал. Я же в своё время пытался поддержать его. И знаете, даже поездки по его любимым местам не приносили никакой радости. Со временем он начал терять интерес к чему-либо. Мне было тяжело на него смотреть. С каждым днём он становился все бледней. Сердце не выдержало такой нагрузки. Он умер. Не знаю, как я смог пережить этот момент. Чуть с ума не сошел. Всё напоминало мне о нём. Через неделю после его смерти, я решил воспользоваться своим даром, а именно: навестить потусторонний мир и вернуть его к жизни. Я поклялся себе, что верну его. Ведь люблю.

***

      Поднявшись с булыжника, я продолжил свой путь. Я чувствовал, что ещё немного и я найду его. Совсем немного. Мда… Местность вообще не менялась. Всё те же камни, скалы, ущелья. Те же крики боли, душераздирающие стоны, вой. Шипение и рычание. Животный рёв. Со временем это начало утихать, а это означало только одно - я скоро покину это место. Пройдя приблизительно два километра, я всё же увидел границу между Нижними и высшими сферами. Я не знаю, по каким причинам меня перенесло именно сюда, ведь он не мог быть в таком месте. Это не для него.