Vortex (Водоворот)

«Одиночество». П.а.: Так же активно помогаем автору исправлять ошибки в тексте. Одиночество – это воистину одна из самых страшных существующих в мире явлений. Оно поглощает, угнетает, делает циничнее, озлобленным, полностью ломая личность, дает в полной мере понять и осознать насколько жалкое существование несет одинокий человек. Жалкое и болезненное. Одиночество сродни большой черной дыре или трясине – засасывает и не отпускает. Хотя бывают ведь и исключения: есть такие люди, которые не были, в конце концов, сломлены. Одиночество пожирало их, угнетало, било не физически, но морально, что гораздо больнее. Все знают, что душевные раны заживают намного медленнее физических. А заживают ли вообще? Не смотря на это, они смогли побороть себя, открыться другим. Смогли найти тех, кто стал им дорог. Смогли победить то чудовище, которое еще недавно имело тяготящее и страшное имя: «Одиночество». Но есть и те, кто был слаб. Нет. Скорее те, кто был сломлен. Безвольные. Никому не нужные. Обездушенные оболочки. Как вы думаете, что может сделать человек, который погребен под чувством жалости к себе и осознанием своей же человеческой бесполезности? Но это был, естественно, риторический вопрос. Ведь ответ на него и так знают многие, не так ли? Ответ знали так же и двое парней, которые стояли сейчас каждый перед своим домом. Блондин перед дверями его старой квартиры, а брюнет перед домом его умершей семьи. Они просто стояли. Страх войти и встретить то, чего они боялись больше всего, поглощал их. Да, эти двое были настолько разные, что порой у каждого могла возникать мысль о том, что это вообще чудо. Ну, в смысле их встреча. Ведь они разные абсолютно во всем: характеры, вкусы, способности… Черт возьми! Даже внешне парни были настолько противоположны, что это доходит просто до абсурда! Но… то, что они чувствовали сейчас. Да, эти эмоции были едины. Идентичны. Возможно, именно поэтому Наруто, которому не хватало всего толики смелости, чтобы повернуть чертову ручку, так долго не мог открыть дверь его маленькой затхлой квартиры. Возможно, именно поэтому наследник клана Учиха сейчас поднимался по лестнице к выше упомянутой горе-квартире. Саске тот человек, который быстро воспринимает все, что бы его ни касалось, анализировал, приходил к выводам и принимал. Просто принимал себя как должное. И он принял то чувство, то желание, которое тянуло его именно сюда. К последнему оплоту неподдельной теплоты к нему в этом селении. Саске резко остановился. На площадке было, как всегда, пусто, и он заметил лишь Наруто, который невидящим взглядом буравил входную дверь его дома. Рука блондина неподвижно лежала на дверной ручке. Понимание поведения этого оранжевого урагана уже не было странным для брюнета. Осознание причин чего либо, что касается Узумаки, стало привычным и естественным. Он просто тихо подошел к Наруто и положил ладонь на его руку, легко ее сжав. Узумаки вздрогнул – он не заметил, что к нему кто-то подошел, тем более так близко. Он почувствовал прикосновение теплой мужской ладони. Именно мужской, ибо женская была бы в сотни раз нежнее, а не имела грубую кожу, которая усеяна явно мозолями от работы, или же тренировок. Наруто повернул голову, чтобы отчитать наглеца-извращенца. Ишь, лапают тут его всякие мужики! Но он уткнулся взглядом в черные Учиховские глаза, обладателя которых уж точно не ожидал тут сейчас увидеть. - Сас…ке, - немного хрипло обратился к брюнету Наруто. – Что ты тут делаешь? Учиха лишь хмыкнул в ответ на вопрос и еще сильнее сжал руку Наруто, надавливая на нее, чтобы дверная ручка опустилась вниз. Другой рукой Саске толкнул входную дверь и ловко прошмыгнул внутрь, теперь уже озираясь на немного шокированного Наруто, стоя в прихожей. - Усаратонкачи, ты собираешься заходить или нет? – спросил брюнет, высокомерно взирая на Узумаки со своей фирменной физиономией «морда аки кирпич». Это «усаратонкачи» невообразимо подействовало на обладателя данного прозвища: сердце забилось немного чаще, а улыбка на лице парня растянулась как-то сама по себе. (П.а.: Да! Я смог! Она жива! Она жи-и-ива! Ке-ке-ке). Блондин зашел внутрь и сказал: - Я дома… Наруто сказал это так тихо и неуверенно, что напомнил Саске маленького кота, который не мог различить есть ли в мисочке вода, и пытался почувствовать влагу лапкой, макая ту в округлый сосуд. Это сравнение вызвало у Учихи лишь мимолетную улыбку, которая так и не была замечена блондином, так как в это время он снимал в прихожей обувь, и его взгляд был устремлен прямо в пол. Зато последующие слова брюнета Узумаки запомнил надолго: - Добро пожаловать домой, Наруто. _____________________ На улице уже давно властвовала темная ночь, которая плотно окутала Коноху. Сейчас было так тихо, как никогда раньше. Так спокойно. Казалось, что селение спит крепким сном, словно все живое вымерло в нем. И только двое все никак не могли окунуться в общий сон. Наруто даже не заметил, как пролетело время. Вроде бы еще минуту назад Саске сказал ему «Добро пожаловать», чего, кстати, он больше не делал, а сегодня уже последняя ночь перед экзаменом. Все это время Учиха жил у него в квартире, в которой стало с появлением его привередливой и педантичной натуры намного чище. Они почти всегда были вместе: спали в одной кровати (Саске протестовал против твердого пола, ведь спина после тренировок и без этого очень болела), ели вместе, тренировались зачастую тоже нераздельно. Узумаки казалось, что сейчас все правильно. Что именно так должна была протекать его жизнь: в тренировках, которые делали его ближе к мечте, стремление цели, что давала ему стимул продолжать жить и бороться за общее счастье, и, конечно же, достижения ее совместно с друзьями. Все прекрасно. Все замечательно. Так ведь? Тренировки? Есть. Цель? Аналогично. Друзья? Саске и Сакура рядом. Да и остальные тоже. Но все же плохое предчувствие не отпускало Наруто, сея тревогу в его душе. - Саске, ты спишь? – неожиданно для себя спросил блондин. Что-то подтолкнуло его к этим словам. Прошло несколько минут, но брюнет молчал. Наруто открыл глаза и повернул голову к объекту его заинтересованности. Саске лежал спиной к нему и равномерно дышал, словно спал, но интуиция джинчурики подсказывала, что это только притворство. В последнее время Учихе часто снятся кошмары, от которых он в буквальном смысле просыпался с криками, покрытый испариной. Это беспокоило блондина, ибо, во-первых это мешало ему получать здоровый и хороший сон, в котором Наруто так нуждался, а во-вторых очень беспокоило, ведь это значит, что Саске что-то гложет изнутри. Наруто не знал чем ему помочь, так как от любой беседы на этот счет он изворотливо увиливал, а тумаки наследнику клана Учих вовсе не помогали, и даже больше - Узумаки сам получал удар в ответ. Поэтому блондину казалось, что его друг не спит. Боится еще раз увидеть кошмар. Блондин потянулся рукой к парню. Его прохладные пальцы прикоснулись к такой же холодной коже на руке Саске, что не вызвало несоответствия, неприятных чувств. Пальцы юного шиноби немного сжали плечо брюнета. - И ты еще говорил, что это мне нужно было учиться у Джираи? Извращенец. То, что парень ему все-таки ответил, Наруто вовсе не застало врасплох, но слова брюнета вызвали непроизвольный нервный тик глаза. «Почему же я думал, что по его возвращению у нас будет цветочно-конфетный период, как у парочек? Фу. Зачем только подумал о таком сравнении?! Все-таки с Саске ужасно тяжело временами…» - подумал Наруто. - Раз уж растормошил, то говори, что хотел… - тихо причитал Учиха, чем еще больше раздражал блондина. - Я просто хотел пожелать спокойной ночи, - разочаровано буркнул джинчурики, отворачиваясь от брюнета. - Пятый раз за ночь? Странно как-то для тебя, - уже громче сказал Саске, поворачиваясь лицом к блондину, но натыкаясь взглядом на его спину. – Обычно ты ведь как только заваливаешься в кровать, то сразу засыпаешь. Никакими дзюцу тебя не добудишься. Идиот. Слыша насмешку в голосе друга, Наруто подорвался и встал на кровать ногами, грозно нависая над брюнетом. Глаза Узумаки приобрели алый оттенок. Так всегда происходило, когда джинчурики злился, даже не смотря на то, что Курама все еще находился под действием печати Четвертого, отца Наруто. Брюнет заметил, что блондин очень часто уходил в себя. Он был уверен, что Узумаки в это время общался с биджу, тем самым делая их сознания еще более едиными, в чем прекрасно преуспевал. И сейчас его алые глаза зло взирали на Саске. Но через несколько секунд Наруто успокоился, понимая, что очень даже напрасно разозлился. - Ну и черт с тобой, - опять буркнул джинчурики и плюхнулся обратно в кровать, прикрыв глаза. - Волнуешься? – спросил Учиха, хотя и понял, как есть на самом деле. – Не утруждай свой маленький мозг и жалкие нервишки, усаратонкачи. Я ведь буду рядом. Наруто не знал, как ему реагировать на слова друга: то ли злиться, то ли благодарить. Но тревога все так же не уходила. Продолжала его терзать. И Саске это видел, он, словно кожей чувствовал то напряжение, что «темными флюидами» исходило из блондина. «Отвлечь» - подумал брюнет, и решился на радикальный путь. Ведь теперь можно быть с Наруто откровенным, не так ли? - Усаратонкачи, - обратился Саске к блондину. Он прикрыл глаза, чтобы те не смотрели так пристально на его товарища, пытаясь безрезультатно поджечь его взглядом. - Чего тебе? - немного зло спросил Наруто, который был словно на иголках от предчувствия разговора, что начал Учиха. Его дыхание еле заметно участилось. - Ты когда-нибудь думал о том, почему все так получилось? – ответил вопросом на вопрос Саске. - Конечно, думал. И даже могу дать тебе ответ на этот вопрос, - немного раздраженно отвечал Наруто, так и не открыв глаза. - Тебе интересно, да? Так вот. Я думаю, что все так получилось, потому что ты – тупой придурок. Учиха лишь хрипло рассмеялся. Он не сомневался, что Узумаки со временем начнет чем-то подобным его попрекать. Но он сам начал этот разговор, поэтому не стоит раздражаться. - Я не об этом, Наруто. А о том, почему мы сейчас вместе и не раздираем друг другу глотки. О том, что я отношусь к тебе не так, как до этого. О том, что вообще сейчас творится. Сразу было слышно по голосу, что Учиха немного взвинчен, и его это действительно волнует. Наруто понимал его, как никто другой, ведь они оба пытались вести себя привычно для других, не задавая себе вопросов, которые так и вертелись в сознании. Да и навалилось все сразу так, что и времени не было сначала подумать или ненавидеть, ведь они оба были шокированы, хоть и не показывали этого друг другу. Но когда начались тренировки, парни потихоньку понимали: где они и что делают. Это было странно и интригующе – осознавать, что они прошли сквозь время, и вернулись туда, откуда все и началось. Сейчас Узумаки волновало не только то, что нужно спасать селение от Орочимару, но и то, что Саске опять может уйти. Но уже не к змею, а на поиски Итачи. Наруто страшился этого. Он не мог спросить у друга об этом, так как боялся услышать очевидный ответ. Но может все-таки пора это сделать? Наруто закусил губу, активно размышляя: стоит ли вообще затевать с ним подобный разговор? И вообще, когда он стал таким тормозом?! Ведь раньше он бы спросил даже и не задумываясь, не боясь столкнуться с болью. «Нет, не сейчас. Пока что не стоит…» - хаотично думал блондин. Но он знал, что нужно ответить Саске. - В последнее время… - тихо начал Наруто. – Мы с Курамой говорили об этом очень много. Мы стали с ним ближе. Наруто приоткрыл глаза, и на его лице появилась легкая улыбка. Ему было приятно вспоминать о долгих разговорах с лисом. Он много чего узнал от него про родителей и первого носителя девятихвостого биджу, о Рикудо-саннине и Хашираме, даже о самих хвостатых. По Кураме и не скажешь, но у него прекрасная память, да и собеседником он был хорошим. Правда, он иногда жестоко подкалывал блондина разными способами, но Наруто всегда потом только смеялся, понимая, что это единственное развлечение для лиса. Саске же промолчал, ожидая, что дальше скажет Узумаки. - Я знаю, что ты тоже много думал об этом. Какой бы я не был раздолбай, но уж это я смогу в тебе заметить, поверь! – тихо засмеявшись, сказал блондин немного охрипшим от волнения голосом. Сама обстановка была очень интимная, что подливала масла в огонь. – Саске, я, правда, понимаю, что ты хочешь спасти брата. На этих словах руки брюнета сжались в кулаки, но он продолжал молчать и слушать. - И я хочу помочь. Ты не против? Я знаю, что нет, - опять легкая улыбка. – Тэмэ, хочу, чтобы ты знал: я всегда помогу тебе, ты можешь рассчитывать на меня. Сколько бы ты раз меня не предавал,… я стерплю. Ведь я знаю тебя, пусть ты это и отрицаешь. Я говорил, что стал немного тебя понимать, так ведь? Это правда. Когда я потерял Джираю, мне было невыносимо больно. Поэтому я понимаю тебя. Поэтому мы всегда будем друзьями. Покрасневший Наруто тихо захихикал, сам себе поражаясь, что смог сказать такое вслух. Но Узумаки тут же посерьезнел, поняв, какие еще слова нужно сказать. - Но, Саске, и ты меня пойми. Я с самого рождения был один. Черт возьми! Учиха, ты не представляешь насколько это больно: быть всеми презираемым, никем не принятым, никому не нужным…. Ты не представляешь каково это. Один. Всегда сам с собой. Я ненавидел, Саске. Возможно из-за того, что был все еще ребенком, я всех презирал. Хулиганил, чтобы получить хоть какое-то внимание. Понять, что я не потерянный призрак. Но потом… - голос Наруто был ужасно хриплый от волнения, и того, насколько быстро он это говорил. – Потом я украл тот чертов свиток, с запретными техниками, и стал ближе с Ирукой. Может это и звучит странно, но он мне почти как отец. Сдал экзамен и у меня появились вы. Ты, Саске, Сакура и Какаши. Вы стали мне самыми близкими людьми. Даже ты, тэмэ. Несмотря на то, какой ты засранец. Поэтому, Саске,… будь рядом со мной. Последние слова Наруто почти прошептал. Он отвернулся от столь молчаливого в этот момент Учихи и обнял подушку. А Саске был просто ошарашен теми словами, что сказал Наруто. Они и злили, и приносили тепло в сердце. Ему безумного хотелось ответить что-то в примерно таком же стиле, но мог ли он? Сможет ли рассказать то, что твориться сейчас у него на душе? Вряд ли. Он долго думал над тем, что все же сможет сказать этому парню, который все так же лежал на боку, спиной к Саске. Брюнет даже услышал равномерное сопение парня. «Неужели заснул?» - подумал Учиха и тут же легко улыбнулся. Он понимал, чем его так привлекал Наруто. Этот блондин был сродни его персонального солнца, что не дает парню завянуть в гнилом болоте. «Сравниваю себя с цветком? Докатился…». Но, тем не менее, Саске принимал то, что Наруто занимает не последнее место в его сердце. И что он никогда не мог оставить его в беде. Он ведь мог его убить, но не стал. Учиха оправдывал себя тем, что не хочет получать силу так же, как и брат. Но это было всего лишь самовнушение. Он хотел, чтобы было именно так. А сейчас все прекрасно понимал. И от этого ему становилось легче. И в тоже время труднее. Учиха уже продумал план на завтрашний день, и намерен держаться его, не смотря ни на что. - Прости, Наруто. Кажется, я собираюсь еще раз тебя предать, - тихо прошептал Саске, смотря на уже спящего друга. – Но ты же меня простишь? Сам ведь только недавно сказал об этом. Но джинчурики уже давно не слышал, что твориться вокруг него, а пребывал в прекрасном мире Морфея. _________________________ На следующий день. - Саске, спасай Третьего, а я за Гаарой! – прокричал Наруто брюнету. Он не оборачиваясь помчался за носителем биджу. Продолжение следует. P.S.: Хотела написать об экзамене больше, но думаю, что не стоит заморачиваться на том, о чем все и так знают. В следующей главе, естественно будет всего больше. Тем более я заболела, и голова еле думает. Но я героически закончила эту главу! Ке-ке-ке. В общем. С праздниками всех.