Радар

- А-а-а-А! – тяжелый вздох вырвался из уст Сены. Рука замерла над “мышкой”, но потом все-таки нажала “удалить”. Нет, он не так уж и сомневался, таинственные “счастливые воспоминания”, были слишком уж таинственными. Вернее говоря, в них было не такое уж и загадочное двойное дно. Испытав прилив мерзости к уже удаленным фотографиям, Сена отодвинулся от стола. Замерев, он тоскливо оглядел пустую квартиру. Та была корпоративной и пока что совсем не уютной. Это было ненадолго, Сена был уверен, что в ближайший выходной исправит это положение, накупив кучу всякой душевной фигни. Можно было даже попросить Мамори ему помочь. Или Судзуну. Или Саваи. Или… Да в принципе, кого угодно. У всех его подруг был вкус. Только у каждой был свой минус, а Сена не хотел ни лекций, ни “я же говорила”, ни подначиваний, ни советов, ни предложений шырнуться… Хотя последнее было бы просто шуткой Наасу, но в каждой шутке, как говорится… Приятней всего было бы с Мегу, но та, как раз, таскаться по магазинам и есть пироженки не любила. Она была далека от понятия уют, вернее, он был у нее какой-то свой, с мотоциклами и ночными свиданиями с бородатыми байкерами. Тем не менее, она считалась Сеной самой адекватной и интересной. Как иначе, если Тсумине не лезла в его личную жизнь, не пыталась активно и навязчиво поддержать, но всегда находила нужные слова, когда это было действительно важно. Почти таким же другом для него был Дзюмондзи. Но это тот случай, когда “почти” оказалось пропастью, обратившей дружбу в пустоту. Сене было все еще больно вспоминать об этом, хотя прошел месяц с их “ссоры”, хотя Сена хотел бы подобрать другое слово, но ничего в голову не лезло. И ведь именно Кадзуки настаивал на том, чтобы рассказать ему, настаивал, требовал, потому что хотел помочь, и вот как вышло. - Да… С нормальными парнями я дружить не могу, - пожурил себя Сена, тоскливо вздохнув снова. Кобаякаве казалось, что это его персональное проклятие. Только раньше он думал, что это распространяется только на любовь. Он даже как-то пожаловался Тсумине, что у него сердце какой-то радар на мудаков. Если влюбился в кого-то, то тот точно нормальным не окажется. В последний раз Сена терпел до последнего, через силу, убеждая себя, что лучше не будет, что любовь зла – полюбишь и рогатую тварину. Причем, рогатую, понятное дело, не из-за него. Сена думал, что может быть и ему стоит вести разнузданный образ жизни, но не мог. Он был слишком честен для этого. Любил искренне, был верен. Но все это не имело ценности для тех, в кого он влюблялся. - Надо менять типаж… - это он и без Мамори знал. Пока ему нравятся жаркие, склочные мачо-мены ничего не поменяется, он так и будет получать в лицо шваброй. А потом фотографии удалять… Чтобы поменялся типаж, скорее всего, стоило поменяться самому, но Сена не знал, что менять. Мамори советовала ему не быть тряпкой, но Сена не представлял, что она хочет. Вести себя так же? Он не сможет, это не в его силах делать больно человеку словами, и уж тем более физически. Да, надо отстаивать свою позицию, но пока это возможно, он так и делал. А вот когда уже было невозможно, тогда что? Оставалось убегать. В последний раз, например, он ушел, потому что физически больше не мог терпеть побои. Это было унизительно, и вариант просто поговорить не прокатывал. - Помазать, что ли, синяки, - флегматично подумал Сена. Завтра было выходить на новую работу, к счастью, со строгим дресс-кодом. Сена провел по шее – рубашка все скроет. Жаль сердцу особо не прикажешь, да в броню не оденешь. Любить все равно хотелось. - Какой я идиот. Правду говорят, горбатого могила исправит… ** Утро проходило довольно степенно, все коллеги были на первый взгляд милыми, очень умными и интеллигентными. По крайней мере, в том отделе, который ему представили. Пока его рабочее место готовится, он будет физически находиться здесь. А потом его переведут в свой отдел… Сена вздохнул про себя. Вряд ли там будет так же мило. На прошлой работе не было… Постоянный дух соперничества, который у многих почему-то ассоциировался с крысятничеством. Сене завидовали, и Кобаякава признавал, что психологически проиграл. А вот после обеда все поменялось в ожидаемую и даже привычную сторону, как с иронией подумал Сена. В тот момент его с силой толкнули в стену, потянув за галстук так, что Сена мгновенно ощутил нехватку кислорода в виде потемнения в глазах. Пришлось хвататься за чужие сильные руки. Кобаякава закашлился, почти привычно ожидая удара поддых, но вместо этого он услышал незнакомый голос и открыл глаза. Мужчина перед ним был полностью в его вкусе, подходил под лучший типаж. Эдакий наглый самовлюбленный красавчик. Светлые волосы, зеленые глаза… А уж голос! - Ну что, Кобаякава Сена, добро пожаловать! – с издевкой сказал он, и его двое коллег загоготали. - Посмотрим, кто кого в этом месяце. Сену взяли за подборок, заставляя смотреть в глаза. - Уж сбежал к нам, будь добр показать класс. Мы, знаешь ли, многого от тебя ждем. Се-на. Его снова толкнули в грудь, на этот раз не сильно, мило улыбнулись, и оставили в растерянности в коридоре. С тяжелым сердцем Сена отправился обратно в отдел. Незнакомец навел его на кучу мыслей, а саму разборку Кобаякава довольно быстро выбросил из головы. Это было настолько привычно, что почти скучно. Если бы не коридор здания, он бы отдавил этому товарищу ногу и выкрутился бы, сбежав. Сена не видел для себя особой опасности, прорех в этой “атаке” хватало. Но все это было Кобаякаве неприятно. Снова? А еще Сена пожурил себя за идиотизм. Несмотря ни на что, ему понравились сильные жилистые руки этого типа. Длинные пальцы, тонкое запястье, прокаченные мышцы… Вздохнув, Сена вернулся к рабочим мыслям. Ему надо показать себя в продаже акций так же хорошо, как на прошлой работе, это раз. Он снова втянут в игру “кто больше продаст”, и наверняка будут ставки на деньги. То есть всякие разные подставы обеспечены, это два. Но третье, самое печальное, он, кажется, снова влюбился. Как обычно с первого взгляда, но настолько сильно внешне ему еще никто не нравился.