Дикий Баскетбол

Брюнет нависает над спящим парнем и осторожно целует в губы, потом в уголок губ. Дорожкой спускается по шее, слегка прикусывая ключицу. Рукой очерчивает каждый мускул столь желанного тела, поднимаясь к груди, начинает играть с сосками. Блондин неосознанно стонет от удовольствия и приоткрывает глаза. Когда до него доходит происходящее, он дергается от увиденного. - Ичи, что ты делаешь? – в шоке спрашивает старший брат у младшего. - Акио… - Ичиро смотрит в разноцветные глаза затуманенным взглядом. – Ты же неглупый… - он проводит языком вверх по шее, вызывая стайку мурашек у Акио. – Ты знаешь, чего я хочу… - Но… Мы же братья… - пытается вразумить блондин, но попытки тщетны, ведь у самого в глазах читается только желание. - Сводные… У нас ни капли одинаковой крови… - шепчет в самые губы брюнет и накрывает губы брата поцелуем. Акио отвечает так пылко и страстно, что у Ичиро просто сносит крышу. Они борются за доминирование, но старший проигрывает. Младший брат отстраняется, разрывая поцелуй, при этом оттягивая нижнюю губу брата. Блондин залезает под майку брюнета руками, чтобы снять ненужный клочок ткани, наслаждаясь рельефным торсом. Миг, и ненужная тряпка летит на пол. Ичиро накрывает пах брата рукой, поглаживая через ткань брюк и завлекая в новый страстный поцелуй. Акио неосознанно двигается бедрами навстречу, чтобы получить больше удовольствия. Он зарывается руками в жесткие волосы младшего брата, слегка оттягивая их, заставляя того немного шипеть в полураскрытые губы. Брюнет начинает прокладывать дорожку из поцелуев, старясь не пропустить ни один миллиметр прекрасного тела. Он снимает с блондина штаны и вновь нависает над ним, наблюдая, как тот сам тянется к его губам. «Боже, Аки… До чего же ты сейчас развратно выглядишь…» Пока Акио сплетает их языки в неистовом танце, его младший брат подцепляет резинку боксеров большим пальцем, начиная тянуть вниз. Блондин разрывает поцелуй и упирается ему ладонями в грудь. - Аки, что случилось? – шепчет брюнет, не понимая, что не так. - Ичи! Ну сколько можно?! – зло возмущается Акио, раздраженно смотря на брата. - Что? – негодовал Ичиро. До него не доходила сложившаяся ситуация. - А ну, живо я сказал! – кричит блондин и скидывает младшего брата с кровати. Ичиро открыл глаза, в которые тут же ударил яркий солнечный свет. - Ичи! – брюнет перевел взгляд, на стоящего возле него брата в одних зауженных джинсах серого цвета. Сам Ичиро лежал на полу рядом с кроватью. – Сколько я должен тебя будить?! – возмущался Акио, который уже десять минут пытался растолкать брата. Внезапно разноцветные глаза посмотрели на пах брюнета. Левая бровь выгнулась, а на лице отразилась усмешка. – Понятно. Уверен, что тебе очень понравился тот, кто снился, раз у тебя на него такая реакция, – после этих слов Нисияма старший вышел из комнаты, не забыв напомнить про завтрак. «Братик, если бы ты знал, на кого у меня такая реакция, то говорил бы совсем по-другому…» Ичиро ухмыльнулся своим мыслям и направился в душ приводить себя в порядок и разбираться с проблемой. Покончив со всеми утренними делами, Нисияма младший натянул на себя черные рваные джинсы и спустился вниз завтракать вместе с семьей. Мама что-то готовила, Акио расставлял посуду, а отец сидел за столом и изучал какие-то брошюры. - Что интересного вычитал? – поинтересовался брюнет, садясь напротив мужчины. - Что на Филиппинах сейчас очень красиво… - задумчиво протянул глава семьи. Ичиро был очень похож на отца. Такие же черты лица, такого же цвета глаза, только цвет волос достался ему от матери. Черные, словно сама ночь, а не темно-каштановые, которые отец сейчас заплел в небольшой хвостик длиною где-то сантиметров десять. - Филиппины... Маширо, а что мы будем делать на Филиппинах? – поинтересовалась Наоми, ставя главное блюдо на стол. - Не могу дать точный ответ… - все также, размышляя, ответил мужчина своей жене. - Вы это… Свалить решили? – спросил младший из братьев, прежде чем отправить кусок рыбы себе в рот. - Да, – коротко ответил Маширо, а потом с издевкой, смотря на сына, добавил. – А ты, маленький, боишься остаться один? Так полетели с нами. Поспим, как в детстве, в одной постельке. - Отец! Хватит уже издеваться! Можешь не заебывать с утра?! – возмутился Ичиро. Его всегда бесило, когда отец над ним подшучивал, вспоминая детство. - Ичиро! – вместе прикрикнули Акио и мать, осуждая мат. Брюнет недовольно отвернулся, что-то бурча себе под нос. - Сынок… - позвал отец, жестом прося наклониться ближе, чтобы занятая жена и пасынок не услышали. – Постарайся сдерживать маты хотя бы дома. Не то они тебе весь мозг выеб… вынесут, – осекся Маширо, смотря, как у сына улучшилось настроение. - Я понял, – немного смеясь, согласился брюнет. - Что ты понял? – садясь рядом, полюбопытствовал блондин, ища подвох. - Материться – плохо! – как маленький, произнес младший брат, чем заставил родителей улыбнуться. – Так куда вы собираетесь? – переводя тему, спросил парень. - У нас отпуск совпал. Вот решили слетать на Филиппины. Самолет через четыре часа, так что мы вас скоро покинем. Вы же вдвоем сможете сами пожить, не ссорясь? – ответила женщина, глядя на детей. - Конечно, мам. Не переживай, – успокоил Наоми Акио, обворожительно улыбнувшись. - Да… Все будет нормально… - протянул Ичиро, уверяя родителей в правдивости слов старшего брата. «Блять! Сначала сон, теперь мы остаемся одни дома… Ками-сама, почему бы просто не повесить плакат с надписью: "Трахни сводного брата!"? Надо попытаться удержать себя в руках…» - Ну, вот и славно, – добродушно улыбнувшись, подытожил Маширо. Остальной завтрак прошел за обсуждением того, что планируют родители и указаний, как надо себя вести парням, чтобы дом остался стоять, а не развалился в первый же день. Насмеявшись, поговорив и даже немного поспорив, братья проводили родителей и, дождавшись пока их машина скроется из поля зрения, вернулись домой, заходя в гостиную. Акио забрался с ногами в кресло-качалку, а Ичиро бросил кости на диван. - Знаешь, может, ты за эти две недели научишься майку надевать в дополнение к джинсам? – предложил Нисияма старший, смотря на полуголого брата, который сейчас открыл глаза и вопросительно его разглядывал. - Я тебя смущаю? Или боишься не сдержаться и наброситься на меня? – подмигнув, подколол младший брат. Его губы расползлись в ухмылке, в то время как старший сузил глаза от возмущения. - А что, если так? – подхватил шутку Акио, ожидая ответа. Ичиро поднялся с дивана, подошел к креслу и оперся руками на подлокотники, находясь в опасной близости от брата. С необъяснимой серьезностью он всматривался в его глаза. Левый, словно ограненный хризолит светло-зеленого оттенка, который переливается в лучах солнца. Правый, светло-карий или же оттенка миндаля, в который так легко нырнуть с головой и стать его пленником без шанса на освобождение. Брюнет приблизился и коснулся малиновых губ брата своими. Прикосновение, которое продлилось всего несколько секунд. Ичиро отстранился, осознавая, что все-таки поддался желанию, а в глазах Акио можно было четко прочитать растерянность. Брюнет ухмыльнулся. - Да… Ты меня явно хочешь… - насмешливо протянул младший брат, пытаясь перевести все в шутку, чтобы старший ничего не заподозрил. - Дурак, – произнес блондин и обиженно отвернулся. «Хера ты творишь? Зачем играешь на моих чувствах, придурок? Самовлюбленная скотина!» - Может, сядешь нормально? А то вдруг швы разойдутся, – выпрямившись, предложил Нисияма младший. Брат на него злобно взглянул, но все-таки ноги опустил. Ему и так хватало швов. Больше он не желал. – Малышку что ли позвать? А то скучно. - У неё дела, – осведомил брата Акио, ловя на себе вопросительный взгляд. – Я с утра в окно видел Дайки без майки, который целовал Мику. Тебе объяснить, почему он полуголый у неё в комнате с утра? - Вот, блять, кролики, – широко улыбаясь, проговорил Ичиро. – Может, в гости заглянем? - Да, оставь ты их в покое. Тебе было бы приятно, когда к тебе приходят в гости, а ты хотел побыть наедине со своей возлюбленной, ну, или возлюбленным, в твоем случае, – объяснил блондин, даже не представляя, что попал в точку, и не подозревая, что брюнет и так сейчас в такой ситуации. - Понял. Не дурак. Пойду, оденусь да в магазин сгоняю, – с этими словами младший брат покинул гостиную, оставляя старшего одного. - Потом зайди, я тебе расскажу о моих пожеланиях, – вдогонку бросил блондин и включил телевизор, пытаясь хоть чем-то заняться. Там шла какая-то мелодрама. Акио неожиданно вспомнил мимолетный поцелуй брата и прикоснулся к своим губам, понимая, что они все еще хранят ощущение от прикосновения. Чтобы отвлечься, пришлось помотать головой, отгоняя ненужные мысли, и переключить канал, вникая в происходящее на экране. Ичиро зашел в свою комнату и сел на кровать, обхватывая голову руками. - Уебок, какого хуя ты творишь? – спрашивал самого себя брюнет, проклиная за то, что не сдержался. Просидев так еще минуты две, занимаясь самобичеванием, он подошел к шкафу, нашел белую футболку с рисунком окровавленного черепа, надел её и спустился вниз. Зайдя в комнату, где старший брат смотрел телевизор, Ичиро спросил. - Так, что тебе купить? - М? Я с тобой иду, – выключая телевизор и вставая с кресла, оповестил блондин. - Как скажешь… - безразлично протянул брюнет, направляясь в прихожую. «Да… Ходить по супермаркету в поисках того, что хочется – великое дело! Похоже, Аки решил облазить все вдоль и поперек. О! Я же могу назвать это свиданием, да? Ахуеть… Свидание в супермаркете, что может быть романтичнее? Хотя… С романтикой у меня напряг…» - Ичи, может сделать на обед Дангодзиру? – спросил Акио, отвлекая брата от размышлений, держа в руках один из ингредиентов блюда. - Ну, сделай. А я себе Никудзягу сделаю, – ответил Ичиро, ловя на себе недовольный взгляд. - Ичи. Почему бы не поесть одно и то же? – немного рассердившись, полюбопытствовал блондин, все-таки кинув необходимое в корзину. - Давай. Я что против? Только хуй я буду есть блюда без мяса, – уточнил брюнет, наблюдая, как брат начинает выходить из себя. - А без мяса нельзя? Тебе бы не мешало поесть просто овощей! Не умрешь! – возмущался старший брат. Ему уже осточертело слышать одно и то же каждый день. «Сколько можно есть мясо? А овощи?!» - Ладно, – согласился парень, чем ввел другого в шок. Обычно Ичиро так просто не сдается, но сегодня решил сделать исключение. – Но я приготовлю рис с яйцом. Идет? - Д-да, – подтвердил блондин. Он уже приготовил целую триаду для уговоров. «Почему он так просто согласился? Что-то случилось?» Вернувшись домой, братья разложили покупки и приступили к готовке. Ичиро занимался рисом, а Акио сосредоточился на супе. Идиллия, так сказать. Ага, как бы ни так. Блондин из стакана обсыпал брата мукой, так что его черные волосы теперь были ослепительно белыми. Брюнет же в отместку разбил о голову брата пару яиц, сделав волосы пшеничного цвета похожими на иголки ежика. С горем пополам, поскальзываясь на вымазанном белком полу и оставляя белые следы, парни закончили готовить обед. Правда, теперь предстояла грандиозная уборка, но сначала они решили принять душ. И как бы Ичиро не уговаривал вспомнить детство, когда братья вместе принимали ванную, Акио наотрез отказался и, бросив напоследок: «Извращенец!», скрылся за дверью. Покончив с душем, отмыванием полов и плиты, расправлением с обедом братья разошлись по своим комнатам, занимаясь привычными делами. Акио залез в интернет, начиная общаться со своими знакомыми, обсуждая новые темы и события. Достал старые журналы, ища то, о чем была затронута тема. Пофлиртовал с девушками, которые решили к нему добавиться. Наслаждался, когда они его расхваливали и засыпали комплиментами. «Да… Все-таки как же приятно слышать комплименты в свой адрес, причем заслуженные. Да, от скромности не помру». Он взглянул на прикроватную тумбочку, рассматривая фотографию со своим братом. «Ичи… Что с тобой происходит? Почему ты больше не делишься со мной как раньше? Что же могло произойти, что я даже не заметил? Я ведь волнуюсь…» Ичиро пытался отвлечь себя, погрузившись в мир философии, что так ярко отражалась в книгах. И у него получалось, пока не затрагивалась тема любви, и все мысли вновь возвращались к брату. «Все. Это клиника… Так, продолжаем…» Парень вновь принялся читать текст, вникая в его суть. Через пару страниц он остановился, а глаз нервно задергался. «Кому удавалось получить поцелуй, заслуживает потерять и то, что ему дали, если не добудет остального. Много ли оставалось сделать после поцелуя для исполнения всех своих желаний. Так описывал это выдающийся римский поэт Овидий, в конце восьмого года нашей эры…» - Блять! – крикнул брюнет и швырнул книгу в стену. – Да, это издевательство! Ахуеть… Почитал философию… Даже в ней, блять, меня как будто призывают пойти к брату, – парень поднял зеленные глаза к потолку и обратился к Богу. – Тебе, блять, заняться больше не чем? Нахуя меня доставать? Ичиро устало рухнул на кровать. У него уже просто не было сил с этим бороться. Он всегда так ловко скрывал все это в себе. Ну, почему сейчас? Почему именно он? Сколько вопросов не задавай – ответов не последует. Брюнет встал с кровати и, отогнав все мысли и засунув их куда подальше, вышел из своей комнаты. Всего какие-то жалкие три метра. Просто сделать несколько шагов и все закончится. Хорошо или плохо. Парень уже хотел было вернуться обратно, но остановился. «Я что девка какая-то? Пошло оно все на хуй!» Ичиро постучал в дверь и, дождавшись приглашения, вошел в комнату. Акио сидел на полу, перебирая какие-то журналы. Блондин поднял голову, с интересом разглядывая гостя. - Братишка, ты что-то хотел? - Аки… Мы можем серьезно поговорить? – на одном дыхании произнес брюнет. - Ну, давай, – согласился старший из братьев и сел на кровать, приглашая на неё жестом младшего. Акио терялся в догадках. О чем мог с ним поговорить младший брат? Что-то насчет Мики? Или личные проблемы? Ичиро на ватных ногах подошел к кровати и сел на неё. Он не знал, как начать этот разговор. Как подойти к такой личной теме? Как сделать так, чтобы брат его не возненавидел после этого. Брюнет решил пойти ва-банк. - Акио, я люблю тебя… - А? Ичи, я тоже тебя люблю, – добродушно улыбнулся блондин. – Ты мой любимый младший братик. - Не так! – прикрикнул Ичиро, а Акио удивленно посмотрел на брата. - Существуют два вида любви: одна простая, другая взаимная. Простая — когда любимый не любит любящего. Тогда любящий целиком мертв. Когда же любимый отвечает на любовь, то любящий, по крайней мере, живет в нем. В этом заключено нечто восхитительное… Я мертв, Акио. Потому что моя любовь не взаимна… Потому что я влюбился в тебя… - Ичи… Ты… Да, хватит прикалываться?! Уже не смешно! – возмутился блондин, отказываясь верить в происходящее и переводя все в шутку. По его мнению, это было единственное логическое объяснение. - Значит, я шучу?! – не выдержал брюнет и придвинулся к брату ближе, заглядывая в такие манящие разноцветные глаза. – А что теперь скажешь?! Ичиро схватил Акио за подбородок, заставляя немного приоткрыть рот, врываясь в него, начиная изучать своим языком. Прошелся по ряду зубов, пощекотал небо, а после поддел язык брата, призывая к ответу, но его так и не последовало. Брюнет отстранился, смотря затуманенным взглядом на столь желанного человека. Блондин все еще не мог поверить в происходящее. Он отказывался верить, что это реальность. Но его сердце… Оно отбивало такой бешеный ритм, что заглушало разум, который кричал, что это не правильно. И сердце оказалось сильнее… - Ичи… - дрожащим голосом, прошептал Акио. - Я понял. Забудь, – быстро ответил Ичиро. – Надеюсь, ты меня не возненавидишь… Нисияма младший встал с кровати и направился к выходу, но не смог он сделать и шага, потому что его схватили за запястье и потянули вниз, заставляя нависнуть над старшим братом. Вскоре последовал мимолетный поцелуй. И Акио с легкой улыбкой пролепетал, заставляя Ичиро опешить. - Не возненавижу… Я заставлю тебя жить… - и братья сплелись в страстном поцелуе.