Танцуй на костях

-М-мама? -прошептала девочка.-Папа! Сестренка! Она шла медленно, но с каждым разом ее шаги ускорялись и малышка вбежала в их комнату. -А-а-а…! -закричала черноволосая, даже не пытаясь скрыть свой крик. Все стены, потолок и пол были в крови. По среди комнаты стоял гуль. Его кагуне. Два какугана устремились на внезапную закуску. Застыв от ужаса, убежать было невозможно. -Вкусно пахнешь! -прошептал гуль и поднял голову девочки. Осматривая ее, как товар, он улыбнулся шире.-Будешь моей игрушкой. -Ч-чудище! -прошептала она, продолжая плакать. Было страшно. Ужасно страшно, но ноги не слушались безумных криков разума. -Так ведь веселее! Тогда мне было только девять лет. Харико Дота. Маленькая наивная девочка, что верила в единорогов и фей. В таком возросте все в это верят. Вот только вместо принца на белом коне ко мне заявился гуль. Мама всегда говорила, что если ты хорошая и послушная, молишься и каишься в грехах, то Бог будет беречь тебя от зла. Почему тогда он не уберег меня от самого демона? -Харе реветь! -рявкнул гуль, заставляя малышку еще больше плакать.-Если не закроешь свою пасть, я раздеру ее нахрен. Угрозами гуль сделал только хуже. Она как буд-то испытывала его терпение. Всю дорогу пытаясь не наброситься на свое новое «развлечение», гуль начинал понимать, почему люди отдают детей в приют. -Я не пойду с тобой! -твердо ответила малая и отсунулась от него к окну машины. -Блин! До чего же трудная! Взяв ее за руку, гуль потянул ее на себя и, закинув на плече, пошел в дом. Большой четыриетажный особняк П-образной формы окружен цветами, деревьями. На площе был фонтан в виде маленького мальчика, пускающего с рта водчичку. -Жди здесь! -он забросил ее в первую попавшуюсь комнату и запер на ключ. Шаги начили отдаляться и девочка рынула к окну. Третий этаж, да еще и окно закрыто. -Он меня сьест! -прошептала она и сползла по стенке на пол, обнимая руками колени.-Чудище! Сьел моих маму, папу и сестренку. Мы ведь с ней вчера посорились, -слезы опять рынули с глаз, — Я даже не успела попросить прощение за книгу и сказать, как я ее люблю. Глупая старшая сестра. -Опять ревешь? -фыркнул внезано вошедший гуль. Сейчас он выглядел иначе. Темно-синие, зачесаные на правую сторону, волосы, черные глаза, каменый вид. Он был в черных штанах, белой сорочке с расчебнутыми тремя верхними пуговицами и на плечи наброшен пиджак. -Отпусти меня! -Уже отпустил. Не ты ли бежишь по улице в подприжку? -Чудище. -На себя бы посмотрела. -Я не ем людей в отличии от тебя. -Для тебя господин Кен или Данте-сан. -Я тебе не служанка. -Ты будешь делать то, что я накажу, мелкая. Усекла? -Нельзя издеваться над слабыми. Хочешь сьесть, ешь сейчас! -Смелая, что ли? Не маловата еще командовать мной? Я гуль, а ты жалкий человек. Заткнись и знай свое место? -Сестра учила меня одному приему, -прошептала Дота и поднялась. Она подошла к гулю.-Если я попытаюсь, то буду знать, что не маленькая слабачка. -Чего мымрешь? -Он точно меня убьет, -прошептала опять Дота и замахнулась ногой. Гуль скривился и сполз на колени. Оказывается, что удар в пах опасен даже для таких монстров. Дота открыла дверь и побежала по коридоре. Ее памать идеальна и поэтому обратный путь нашла быстро. Вот уже выход. Девочка побежала к двери. Открыта. Она побежала по площе, к браме, по улице. Людей сдесь нет. Нужно еще немножко пробежать. Вот только… Сейчас ночь. Кто ходит по ночным улицам? -Прошу, помогите! -закричала Дота. Повезло. Женщина довольно молодого возроста остановилась на зов помощи. -Такая маленькая. Что ты сдесь делаешь? -голос был приятным. -Побежали быстрее! Прошу! -Куда? От кого? -Он чудище! Монстр! Людоед! Он сьел мою семью и хочет сьесть меня. -Хор… -Мем? Дота услышала тихие шаги за спиной. Женщина замерла на минуту и верхняя часть ее тулуба упала. -А-а-а! -закричала девочка, отходя от трупа. Много крови. Ужасно. Ее резко дергнули за волосы и потягли назад. -Думаешь, что если используешь такой грязный метод, то убежишь? Согласен, недооценил, но впредь такой ошибки не будет. -Отпусти меня! -Завали рот и будь паинькой! Я зол и не советую драконить меня еще больше. -Ты все равно убьешь меня. -Ты на большее не заслуживаешь! Он издевался надо мной. Избивал, заставлял делать грязную работу, есть человеческое мясо. Оно отвратительное. От него воротило. Оно не принималось моим желудком и слава всему живому. Я понимала, что Бог мне не поможет и нужно надеятся на свои силы и чудо, но не могла. Не могла взять и забыть о том, что вера умирает последней. Во сне приходила моя семья и заставляла быть сильной. Молиться и каяться. Когда он уходил, оставляя меня на едине с тишиной, ее разрушал мой тихий шопот. «Прости и сохрани мою грешную душу!» Эту фразу я повторяла раз за разом, но на душе легче не становилось. Только хуже. Я не могла слышать ответ на свои мольбы, но тогда вновь просила прощение за глупость и прислушивалась к шагам. Вдруг он еще не наигрался и ночной кошмар придет вновь? Пять месяцев спустя я так же верила в святых, просила о помощи или смерти. Это веселило гуля. Его веселили мои крики, просьбы прекратить. Синяки. Все тело в них. Садины, порезы. Вся камера была в моей крови. Иногда он приходил зол из-за проблем с семьей, которая была против его развлечений и в те минуты я могла умереть. Не раз он влетал как ураган и срывался на мне. -Знаешь? - спросил гуль в Доты. -У меня такая идея возникла в голове. Слышала об гульем ресторане? Если бы девочка и хотела ответить, то не смогла. Вся в крови. Ее дышание еле слышно. -Если я сделаю с тебя мясника, то срублю крупную сумму. Тогда эти старые хрены не будут грызть меня за бездельнечество и я смогу зарабатывать сам. Разве я не гений?! Зайду завтра и раскажу поподробней, а сейчас… Сладкий снов, мой денежный мешочек! Дверь захлопнулась. Дота открыла подпухший глаз, так как второй даже не открывался, она поползла к стене. Собрав последние силы, малышка приподнялась и облокотилась об прохладную каменую стену. -П-прост-ти и сохр-ра-ани мо… греш-н-ную душу! Про-ш-шу, услыш меня-я и дай зн-а-ак! Боже, я вс-сегда верн-на т-тебе. Смил-луйс-ся хоть б-бы раз… Даже в тот момент я свято верила в него. Бог. Я не знала какой он, но представляла старым добрым дедушкой с искреней улыбкой. Возле него витают маленькие ангелы на белых крыльях с нимбами на головах. Каждый защищает одного человека и, возможно, мой ангел шепчет Всевышнему мои молитвы, переказывая каждое слово. Мама говорила: « Бог терпел и нам велел». Я терпела. Все боли и унижения. Зачем? Тогда ответа я не знала, а дни шли. Гуль на самом деле заинересовался своим планом и начал подготовку. Боль. Это было моей вечной тренировкой для психики. Боевые искуства. Я как-нибудь махала руками и тонкий кнут оставлял на руках след от неправильного движения. Тогда он учил меня фехтованию. Совсем ненужное умение для девочки, но я опять же хлопотала за ошибки. Приходилось учиться. Иного выбора не было. Год прошел с дней моего перебывания в роли «груши для згнания злости и усталости». Гуль страно улыбался и даже забрал меня с пыточной камеры. За две недели он привел мое тело в полный порядок, даже шрама не осталось. Дота стояла посреди большой арены. Со всех сторон на большой высоте сидели неизвестные люди в масках и перешептывались, то восхищено что-то восклицали. Напуганая не на шутку девочка росматривалась по сторонам, но так ничего, что обьяснило б происходящее, не нашлось. Вдруг противоположная брама открылась. Гуп-гуп! Коленки Доты затряслись и малышка еще сильнее сжала в руках свое оружие. Небольшой кенжал, как ее рука от локтя к кончикам пальцев, с золотой ручкой и тонким серебреным клинком, красиво блестящем под светом. Да и сама она была красивой. Черные идеально ровные волосы доставали бедер, ровная челка, закрывающая брови, большие фиолетовые глаза, густые черные ресницы, маленький носик, малиновые губки, бледая кожа из-за недосыпа и недоедания. На ее голове был белый тонкий обруч с розой. Светло-голубое платице к коленкам с белыми рюшами, рукавами украшеными белыми манджетами и воротником, под которым красный бант. На ножках белые носочки и красные туфельки. -Так он не шутил? -прошептала Дота. Вот оно и вышло. Огромное гуманоедное тело в 5-7 или 8 раз больше самой малышки. Она сглотнула и попятилась назад. -Нет, прошу, заберите меня отсюда. Я готова на все, лишь уберите это или убейте меня. Прошу! -заплакала она. Огромная тень нависла, как грех. -Бах! -заривел мясник и ударил кулаком по тому месту, где стояла Дота. Ее там не было. Девочка со всех ног бежала подальше, но поле сражения огромное. Выход закрыт. Что делать? Осталось лишь ждать, когда это исчадие ада ее убьет. Гули фукали и кричали, чтоб этот «Бах» убил мелкую мошку, но довольно быструю и гибкую. Слезы текли по щеках бедняжки. Все против нее. Все. Весь мир. Бог обернулся к ней спиной. Он не любит ее. -Вот и конец! -прошептала Дота. Она была прижата к углу и «Бах» наближался с ужасно перекошенной рожей.-Давай договоримся. Я не ударю тебя, а ты не зачепишь меня! Прошу, отпусти меня или убей очень быстро! -Бах! Бах- бах- бах! -это был его единственный ответ. От его шагов тряслась земля. Поднималась пыль. -Убей ее! Убей! Убейййй! -кричали гули.-Задави мелкую нахалку, что осмелилась бросить тебе вызов! Быстрооо! Так, чтоб кровь брыскала, как фонтан! Красивооо! Убеййй! От этих слов пробирала дрожь. Гули ужасны. Они звери. Дикие. Они несомнено верхушка пищевой цепочки. Есть ли те, кто бы смог их победить? Нет! Против их кагуне нет оружия, потому-что это самое сильное орудие убийства. -Если я смогу его ранить, то возможно, они меня отпустят! -прошептала Дота. Она вовремя убежала с того места, проскользнув между ногами «Бах» и оставляя глубокое ранение от кенжала. Она начала бешено лупить его своим холодным оружием. Тот заревел и обернулся к ней, пытаясь раздавить. Она отпрыгнула назад и победала на него. Всплеск адреналина придал силу и смелость. Ловко уворачиваясь от кулаков и ног, Дота изрезала его кожу. -Нет! Нет! Нет! Я не хочу убивать! Мне лишь 10 лет. Я должна играть с подругами и радоваться каждой мелочи, а не заниматься этим. Выпустите меня отсюда! -кричала Дота, но ее крики заглушивали сотни других. Гули быстро сменили фаворита. По крайней мере половина. Они кричали: «Убить!» и теперь кого уже не имело значения, просто больше крови и все. Это их веселье. Их развлечения. -Простите! -прошептала Дота. Она все еще плакала, но побежала на «Бах». Ускользая от ударов, она взобралась на его спину и начала бить по спине, шее, голове. Глаза были закрыты и лишь мягкая поверхность и влага от крови говорила о том, что этт его убивает. Он ривел. Громко и отчаяно. -Ему же больно! Остановите бой! -кричала Дота и в противоположность себе продолжала бить по плоти. Оно рухнуло на землю и затихлу. На минуту была тишины, а тогда зал взорвался криками. -Я убила его! -заплакала Дота и выбросила кенжал с рук.-Я монстр! Я убийца! Я его убила! Чем я отличаюсь от них? Я такая же! Гуль опять забросил девочку в камеру пыток. Робота выполнена и она теперь не нужна. А Дота плакала. Она не переставала и проклинала свое существование. -Прошу простить и сохранить мою грешную душу! Прошу! Нет! Забери мою душу и позволь этой оскверненной плоти гнить! Я не хочу так жить! Я не хочу убивать заради денег и развечений! Убери меня отсюда! «Ты думаешь, что Бог существует?» Странно. Голос. Тихий и еле слышный. Откуда он? «Будь Бог на самом деле, ты и твоя семья была бы жива!» -Ты не права! -ответила Дота, все еще всхлипывая. «Если он и есть, то отвернулся от твоего темного сердца. Ты осквернена. Не только ты, а и твоя душа. Зачем ему такая?» -Я покаюсь в грехах и буду прощена. «Думаешь, что все так легко? Свое каинье нужно показать, а ты лишь ревешь все время!» -Что мне еще делать? Я маленькая слабая девочка. «Ты убила того живого человека. Ты не маленькая, лишь хочешь такой казаться!» -Ты врешь! «Я всегда говорю правду!» -Лгунья! «Я часть тебя, поэтому мне не соврать!» -Ты лишь плод моей фантазией! Дота почувствовала, как на ее плече ложиться рука. Тяжолая, как каменя, тянущей ко дну. Она спускалась к локтю, запьястью, взяла ее руку в свою и сплела пальцы в замок. «Тогда почему ты меня чувствуешь?» -Потому-что я тебя выдумала.-ответила Дота и убрала свою руку с невидимых цепей. Скорее всего, это шок. Оно пройдет. Она, вымышленная поддержка рухнувшей психики ребенка или привиденье такой же «игрушки», что скончалась сдесь еще до ее прибытия сюда. Это неизвестно, но и то и то пугало одинаково.