Испорчен.

      Антон мялся около двери директора, сейчас предстоит очень важный разговор, который рано или поздно должен был произойти. Собравшись с мыслями, парень уверенно постучал в дверь и, получив одобрительные слова, вошел. — Пап, нам поговорить нужно, — начал, вздохнув, Антон. — Ну давай, говори, — отец улыбнулся и поудобнее устроился на кресле. — В общем-то, как бы правильно сказать… Пап, я, кажется, гей… Мне мальчик нравится.       Мужчина громко выдохнул, насупился, венки на его шее стали видны. — Повтори, что ты сказал, — грубо приказал он. — Я, кажется, гей… — Я очень надеюсь, что это твоя очередная глупая шутка, Антон. Ты же не хочешь опозорить меня? — Это не шутка, такими вещами не шутят. — Господи! За что мне такое наказание? Мой единственный сын, будущий военный какой-то пиндос?! Ты испорчен! Тебе нечего делать здесь рядом со мной. Проваливай на все четыре стороны! Хотя дорога тебе только в одно место. Уходи! Быстрее, меня сейчас стошнит…       Губы Антона задрожали, а в носу предательски засвербило. Он кинул полный отчаяния взгляд на отца и помотал головой. Он не мог поверить, что это его отец, который его всегда поддерживал. — Спасибо тебе, пап, — кинул Шастун-младший и выбежал из кабинета.       Арсений с самого первого учебного дня в училище влюбился в Антона. Он часто наблюдал за парнишкой, рассматривая его. Красивые, озорные зеленые глаза, прямой нос с родинкой на кончике, чуть пухлые губы. Попов любовался им, он был горд, что знаком с таким красивым человеком.       Антон учился здесь по распоряжению отца. Отец его и был директором этого учебного заведения. Шастун учился хорошо, ему легко давались все предметы, так же как и физические упражнения. Со стороны можно подумать, что Антон очередной сопливый мальчик двадцать первого века. Высокий, тощий… Но нет.       В очередной учебный день, перед отбоем, Арсений направился в сторону туалета, чтобы выполнить правила вечернего соблюдения гигиены. В коридорах никого не было, все уже лежали под одеялами, не желая получить наказание, в виде стояния на табуретки в столовой целый день. Попов на эти правила плевал. Он знал, что ему ничего этого не будет, так как отец его может раскидать всех здесь по своим местам. Брюнет открыл дверь и вошел, сразу направляясь к раковине. Он плеснул горячую воду себе в лицо, еще, еще, почистил зубы, но вытираясь услышал небольшие шорохи в самом углу, где обычно стояли швабры, ведра.       Он обернулся на шум и увидел Антона. Тот сидел спиной к стене, поджав к себе колени. Лицо его было уткнуто в руки. Были слышны тяжёлые вдохи и выдохи. — Антон? Ты? — спросил Попов, подходи к парню и опускаясь на колени рядом с ним. — Уйди. — прошипел Антон. — Что случилось? Расскажи, так же лучше будет… — А что тут рассказывать?! — парень поднял голову. — То, что отец от меня отказаться хочет из-за того, что он узнал, что я гей?! Да, мне нравится пацан, но, блять, он даже не знает об этом и никогда не узнает. Зачем я вообще существую?! Меня никто не понимает, но ведь я не выбирал это! Ты тоже давай вставай, бей меня ведь я гей! Давай, что ты смотришь на меня? Бей… — голос Антона сорвался и утонул в хриплом выдохе. — Я не буду тебя бить, я даже не виню тебя и не собирался. Я знаю, что это заложено в человеке и что человек не выбирает это. Успокойся, Антон. Все хорошо будет, — Попов осторожно обнял Антона.       Таким счастливым Арсений не чувствовал себя никогда. Антон был такой хрупкий, тихий, как никогда. Сейчас, обнимая парня, брюнет действительно понял, что такое любовь. Любовь — это когда так хочется обнять его, утешить, поцеловать… Арсений сделал это неосознанно, дотронувшись своими губами до губ Антона. Он заметил, как Шастун обмяк в его объятиях и подался чуть вперед. — Извини, — смущенно произнёс Попов, отстранившись. — Я думаю теперь самое время будет и ты меня не осудишь, может, даже не пошлешь… Короче, люблю я тебя. — Он закрыл лицо ладонями и простонал.       Антон посмотрел на него. Он первый раз видит Попова таким смущенным, робким. Разве это тот заводила, что ничего не боится и принимается за все, что только можно? Разве этот тот парень, у которого было колоссальное количество девушек? Нет, перед ним сидел настоящий Арсений и прикрывал лицо от стыда. — А в курсе, что ты тот мальчик, который мне нравится? — Шастун усмехнулся, тыкая в бок Арсения.       Брюнет удивленно посмотрел на Антона и вскинул брови. — Ты серьезно сейчас? — Очень даже… — выдохнул Антон