Улькиорра Шифер - персональная нянька - для маленького Ичиго.

День в Лас Ночес начался с громкого плача Ичиго. Шиффер, посмотрев на нарушителя спокойствия, стал вспоминать первую главу злосчастной книжки. Написанное гласило: "Если ваш ребенок встал, значит он выспался или описался во сне. Чтобы ребенок успокоился проверьте не мокрые ли у него плавки ( перевожу на русский! Шифер будет менять своему врагу подгузник!). Что ж, пришлось встать и проверять, не наложил ли малыш в штаны. Улькиорра встал, и, подхватив орущего как плохо смазанная китайская бензопила, Ичиго. Положил его на стол (не поняла, а на кровати не судьба?)и сняв розовые колготки с единорогами и цветочками (А это точно мальчик?), увидел сухие плавки с Микки Маусом. Не заморачиваясь насчет одежды, а точнее не одев колготки обратно, в одних плавках, да белой майке положил его на холодный пол. От такого отношения к себе Ичиго стал орать пуще прежнего! Да так, что весь Лас Ночес мечтал о затычках для ушей. Улькиорра, не обращая на орущего ни капли внимания, стал вспоминать второй пункт написанного в книжке: "Если ваш ребенок не обмочился, это значит, что он выспался и хочет есть." Улькиорра посмотрел на заливающегося крокодильими слезами ребенка и, бросив привычное "Мусор", вышел из своих ( про второго хозяина комнаты он даже не вспоминал) покоев. Взяв в столовой для шинигами (Тоусена, Гина и Айзена) овсяной каши (Тоусен ее обожает), апельсинового сока и, конечно, ложку и прочие столовые приборы для еды, он удалился в свою комнату. Войдя в свои покои, где так же визжал как пожарная сирена Ичиго, он с неизменным лицом-кирпичом поставил еду на стол (А как он до подноса дотянется! Или от бессонной ночи мозги перестали варить!) и удалился кормить женщину. Накормив женщину и обрадовал ее известием о том, что Куросаки здесь, но превратился в ребенка, и он теперь за ним ухаживает. Бедная Орихиме грохнулась в обморок. Поднимать рыжую Улькиорра не стал (зачем? Ведь жива осталась). Придя в свою комнату четверка эспады понял, что где-то крупно облажался. В комнате стояли: Ками, Гин, Канаме, Тия и Заэль. Гин, ничего не говоря, подошел к Шифферу и, взяв его за свободное ухо потащил в другую комнату, где слышался детский плач. Боясь за свое ухо, которое могут оторвать Куатро, пошел бочком за Ичимару, у которого лыба почему-то спала с лица. Войдя в комнату Шифер увидел, что все заляпано овсяной кашей и залито апельсиновым соком. Гин видя что Улькиорра смотрит не туда с превеликим удовольствием показал ему куда нужно глазеть. Чувствуя, что ему сейчас оторвут ухо, четверка посмотрел вниз, куда и направляла его рука надзирателя. На полу сидел и жалко всхлипывал малыш, который был весь в каше, соке и порезах от ножа который Улькиорра положил на поднос с едой. Понимая, что Ичиго мог ненароком себя убить Шиффер осознал, что Ками ему это еще на раз припомнит. Ичиго, услышав, что кто-то вошел, слегка приподнял голову и, заметив свою няньку, потянул к нему ручки. Гин отпустил ухо Улькиорры и поняв, что Шифер не собирается брать на руки малыша, сам поднял его. Ичиго, видя, что его взял на руки Ичимару, а не Улькиорра, заорал с новой силой, стараясь привлечь внимание своей няни. Стараясь не обращать на крики Куросаки никакого внимания, Гин с Ками, Канаме и частью Эспады чуть ли не бегом отправились в лабораторию Заэля. Отмыв и обработав раны малыша, Гин старался не задушить вечно орущего Ичиго. Курасаки был почти доволен, его накормили, одели, и раны не болят! Вот только няня на ручки не берет! Нужно погромче поорать! И заорав на полную мощь Ичиго потянул ручки к Улькиорре. Все за исключением Улькиорры завыли в голос, пока Тия не схватила за шкирку четвертого и смотря ему в глаза прорычала " Шиффер! Возьми ребенка на руки!" Посмотрев на согласно кивающего, Владыку Улькиорра взял на руки орущего ребенка. Ичиго от радости сразу замолчал и обвил своими ручками шею Улькиорры, и счастливо улыбался. Все в замке облегченно вздохнули. А Улькиорру приучали таскать на руках малыша.