Дьявол и мисс Смит

Рассвет только окрасил горизонт нежным румянцем, когда первые золотые нити солнца скользнули по крышам спящего города. Реми, застывший силуэтом у окна, вглядывался в пробуждающуюся даль. Навязчивое пиликанье будильника, ворвавшееся в его мысли, раздражало. Отключив трель, он вышел из комнаты, уже готовый к рабочему дню, но непреодолимое желание заглянуть к Анне привело его к двери в ее комнату. Приоткрыв дверь её спальни, Реми на мгновение ослеп от хлынувшего света. Когда зрение адаптировалось, он увидел под одеялом плавный, изящный изгиб её тела. Теплая улыбка невольно тронула его губы. Он тихо присел на край кровати, любуясь её безмятежным сном. Какой кроткой и беззащитной она казалась, словно дитя, укрытое пеленой покоя. Солнечные лучи рисовали на её волосах золотые блики, дарили коже чувственный медовый оттенок. Ему хотелось остаться, укрыть её в своих объятиях, вдохнуть её аромат, признаться в чувствах, что терзали его, в страхе и нежности, которые она вызывала. Он осторожно коснулся её щеки, и Анна, словно цветок, распустилась навстречу утру. – Доброе утро, Chère. Его голос, проникновенный и нежный, разлился по её телу волной блаженства. Ей захотелось броситься к нему, утонуть в его объятиях. – Доброе.  Прошептала она, переворачиваясь на живот и вспомнив, что единственным её нарядом были кружевные трусики. – Ты уже уходишь? Сонно спросила она, обнимая подушку, отчего одеяло предательски сползло, обнажая линию плеч и спины. Анна успела перехватить край, не давая ему упасть дальше. Реми не мог отвести глаз от её алеющих щек. Он склонился к ней, откинув прядь волос, открывая нежную шею. – Да.  Прошептал он ей на ушко, а затем его губы коснулись её кожи, осыпая её поцелуями. Анна прикрыла глаза и поёжилась, чувствуя, как от каждого касания губ начальника, её тело сводит томительная дрожь. Реми, продолжая расцеловывать мисс Смит, позволил себе запустить свою руку к ней под одеяло. Его ладонь, опасным скольжением, шла по спине вниз, и совершенно не собиралась останавливаться на упругой попке, хотя и уделила ей немало внимания. Анна вздрогнула, шумно выдохнув, крепче сжимая подушку и невольно подаваясь бедрами навстречу его пальцам. – Что же ты со мной делаешь? Прокомментировал её действия Реми, уже возбужденным и острым шепотом, параллельно с этим его пальцы забрались под кружево белья, скользнув по нежным складкам Анны. Та тихо простонала, выгнув спину, после оглянулась на босса и схватив за ворот, резко потянула к себе. Поцелуй был жадным и требовательным, словно шторм, накрывший его с головой. Он подхватил её, и в следующее мгновение она оказалась на его коленях. Руками по изгибам тела, с ней в такт, он чувствовал, как ей нравится, как она заводится, по-настоящему плавится. Рубашка слетела в мгновение ока, не менее быстро ремень и брюки оказались расстегнуты. Откинувшись на постель, Анна принялась стягивать с него штаны, а он, перевернув её, оказался сверху, ненадолго отстранившись, чтобы избавиться от брюк, что как назло запутались в ногах. После он вернулся к горячему и чувственному телу Анны, начав усыпать её поцелуями. Он спустился к груди и стал исследовать её губами и кончиком языка. Его теплое дыхание, скользившее по коже, поднимало в Анне жгучие волны возбуждения и трепета. Не пропуская и миллиметра бархатной кожи, его влажные губы спускались всё ниже. От жаркого прикосновения его языка, кружившего вокруг пупка, у Анны перехватило дыхание, а по мышцам плоского живота пробежала агония наслаждения, рассыпав по коже дрожь и мурашки. Стянув кружевные трусики мисс Смит, босс, спустившись к лобку, приник к нежной коже губами, и её ноги задрожали. Каждое его прикосновение переворачивало её мир. Он тщательно ласкал, побуждая её к ответу, провоцируя, желая сломить её сдержанность. Пальцы Анны, зарывшись в его волосах, сжали их. Он добрался до самого сокровенного места и принялся с осторожностью, но настойчиво ласкать. Тихий стон вырвался из её груди, ногти впились в его кожу. В ответ Реми еще сильнее сжал её бедра. Не останавливаясь, он продолжал свои изощренные ласки. Нахлынувшее на мисс Смит наслаждение было таким острым и неистовым, что её дыхание, её голос, её чувства и сознание стали уплывать куда-то далеко в нереальный мир. Тело её изогнулось, стон пронзил пространство комнаты, руки напряглись, по безвольно сжавшимся пальцам пробежали иглы тока.  Он вновь навис над ней, в его глазах горел сумасшедший огонь. Его губы требовательно приникли к её губам, все еще дрожащим от страсти. Анна сдалась, позволяя ему владеть ею. Его язык жадно исследовал теплое нутро её рта. Не отрываясь от поцелуя, Реми скользнул рукой к источнику наслаждения, возобновив ласки. Её тело задрожало в ответ, жаром и исступлением отзываясь на каждое прикосновение. Она звала его. Страсть требовала выхода. Анна уперлась ладонями в грудь Реми и перевернула босса на спину. Он добился своего, Анна, жадно поцеловав его, опустила руку к его твердому члену, охватив его и начав массировать. Реми с трудом задышал, голова уже кружилась от желания, страсти, предвкушения. Оторвавшись от губ начальника, мисс Смит начала расцеловывать его шею, чувствуя, как его руки сжимают то её плечи, то грудь, то соски, то талию. Слыша хриплое дыхание босса, которое только успевало наполнить его легкие, как сразу обрывалось, Анна спустилась ниже. Проведя языком по идеальному прессу Реми, мисс Смит дразняще коснулась губами влажной головки, после обвела её языком. Босс, почти прорычав, одной рукой сжал простыни, а другой охватил локоны Анны, намотав их на кулак. Та продолжая истязать начальника, провела по основанию его достоинства языком по всей длине. Реми приподнялся на локте, наблюдая за Анной, та, не сводя глаз с его лица, стала осторожно и медленно вбирать его в рот, плотно охватив губами. Реми застонал от мучительного наслаждения. Отрывистое дыхание и безумные удары сердца, всё это говорило о буре, бушевавшей в нем, которую он уже едва сдерживал. Действия Анны были сверх ожиданий, для босса сейчас это было слишком, поэтому, как только её губы оставили его член, Реми подхватил мисс Смит и усадил к себе на колени. Анна обняла его шею в трепетном ожидании. Всё её тело дрожало и требовало проникновения. Оттолкнув его от себя, она медленно насадилась на его член. Ощущение раскрывающегося органа отозвалось в судорожно сжимающихся мышцах. – Дьявол! Сипло проговорил он, вцепившись руками в её бедра. Одним мощным движением он проник в неё до конца. Анна вскрикнула от наслаждения. Она подалась навстречу, принимая каждый его толчок.  Движения становились всё более ритмичными, всё более глубокими, разгоняя кровь по венам, заставляя забыть обо всем на свете. Каждый удар, каждый стон, каждый вздох сплетались в единую симфонию страсти.   Вид Анны сверху был уж слишком горяч, поэтому Реми перевернул ее, поставив на колени, и углубился в нее с новой силой. Анна застонала, запрокинув голову назад, и вцепилась пальцами в изголовье кровати. Он владел ею, дикий и необузданный, и она позволяла ему, отпуская все свои страхи и сомнения.   Крики и стоны тонули в пространстве комнаты. Дыхание участилось, движения стали более судорожными. Близость была такой осязаемой, что казалось, можно коснуться ее руками. Каждый нерв в теле Анны был на пределе. Она чувствовала, как волна наслаждения накрывает ее с головой, унося в пучину забвения. Но Реми не собирался ее так скоро отпускать и потому уложив ее на спину и закинув одну ее ножку себе на плечо, сбавил темп до издевательски медленного. Анна было собиралась простонать от досады, но взглянув на босса возвышающегося над ней и его рельефное красивое тело и затуманенный взгляд, чуть не кончила сразу от одного только вида. А когда он начал свою медленную пытку каждая клеточка ее тела взмолилась о пощаде, но Реми был неумолим. Он скользил внутри нее дразня, растягивая удовольствие до невыносимости. Анна впилась пальцами в простыни, пытаясь удержаться на грани, не сорваться в пропасть экстаза раньше времени. Она закрыла глаза, стараясь сосредоточиться на ощущениях, на его прикосновениях, на его запахе, который теперь казался ей самым желанным в мире. Он чувствовал, как ее тело дрожит под ним, как она извивается в бесплотных попытках ускорить неизбежное. Реми знал, что она близка к пределу, и это только подстегивало его. Он наклонился и нежно поцеловал ее в шею, чувствуя, как ее пульс бьется учащенно под его губами. Анна застонала в ответ, не в силах больше сдерживать нарастающее напряжение. Волна наслаждения прокатилась по ее телу, сметая все на своем пути. Она почувствовала, как ее мышцы непроизвольно сокращаются, как ее дыхание становится прерывистым и судорожным. Она больше не контролировала себя, полностью отдавалась во власть Реми и его искусной пытке. Наконец, волна экстаза достигла своего пика, и Анна разразилась протяжным стоном. Она почувствовала, как Реми отвечает ей, как его движения становятся более быстрыми и интенсивными. Реми извергся в нее горячим потоком, чувствуя, как оргазм пронзает его каждую клеточку. Они вместе погрузились в пучину наслаждения, растворяясь друг в друге.  Откинувшись на подушки, они обнимали друг друга, словно руки партнера были единственным, что удерживало их в этом мире. Реми крепко обнимал Анну, чувствуя, как дрожь медленно покидает её тело, и ощущая, как сердце колотится в груди. Закрыв глаза, они пытались вернуться в реальность, но почти одновременно провалились в царство Морфея. Сквозь пелену дрёмы Анна ощущала нежные прикосновения – ласковые поглаживания по плечу, колену. Тепло разливалось по телу, умиротворяя, а мерное эхо сердцебиения и ровное, глубокое дыхание где-то над головой убаюкивали. Она приоткрыла глаза. Яркий солнечный свет, разлитый в комнате, на мгновение ослепил. Когда зрение вернулось, Анна приподнялась и осознала, что лежит в объятиях Реми. Он лежал на спине, нежно прижимая её к себе, а она, словно кошка, уютно устроилась у него на плече, по-хозяйски закинув на него ногу. Мисс Смит несмело подняла голову и встретилась взглядом с начальником. В тишине комнаты их глаза говорили без слов. Реми осторожно коснулся её алеющих щек. От его взгляда что-то трепетно защемило в груди Анны – таким она еще никогда его не видела. В его серебряных глазах плескались чистота, счастье, ласка, и любовь. Реми притянул её ближе и нежно поцеловал. После долгой паузы, пронзив её еще одним взглядом, он решился: – Анна, я… – Опоздал на работу уже на три часа. Романтическая атмосфера разбилась вдребезги, словно хрупкий хрусталь, столкнувшись с грубой реальностью. Вся нежность момента замерла, словно зажеванная кассета в старом магнитофоне. – Начальство не опаздывает, оно задерживается.  Парировал босс, но Анна не оценила. – Это ты будешь говорить Дэнни. Реми нахмурился, недоуменно глядя на нее. Анна, отстранившись от его объятий, села на край кровати, кутаясь в одеяло. – Тебе пора. Собирайся. Она подцепила ножкой брюки и рубашку начальника. Последнюю она оставила себе, а брюки, не оборачиваясь, бросила Реми в руки. И, словно намеренно, пряжка ремня угодила ему прямо в нос. – Эй…! – Извини. Безразлично отозвалась мисс Смит, натягивая рубашку начальника и застегивая её почти на все пуговицы. Затем она встала и с отстраненным видом скрылась за дверью в ванную. Реми, словно окаменев, несколько минут хлопал глазами, глядя на закрытую дверь. «Какого черта? Да что с ней не так?! И ведь не поймешь – то ли злится, то ли обижена… В чем дело-то? Ей что, не понравилось? Или она жалеет?» – миллион вопросов и сомнений закружились в его голове, пока он одевался и ждал, когда Анна выйдет из ванной. Он был в полной растерянности. Реми никогда прежде не сталкивался с такой противоречивостью. После ночи с любой из любовниц реакция была предсказуемой – восторг и обожание. А тут – сначала безумная страсть, а следом ледяное безразличие. Он уже не знал, с какой стороны к ней подступиться. «Я так скоро сапером стану!» – подумал он, понимая, что устал выбирать, какой провод перерезать, чтобы не рвануло. Анна вышла из ванной и сразу же наткнулась на босса, который стоял возле двери, облокотившись на стену локтем. – Ты еще не ушел…? – Ты в моей рубашке. Реми хотел обнять ее, но она проскользнула мимо. – Уверена, у тебя есть еще. Отчеканила мисс Смит и вышла из комнаты. Реми закатил глаза, отчетливо расслышав двусмысленный намек в её фразе. Раздраженно поджав губы, он вышел вслед за Анной. «Отлично! Хорошо! Хочешь так, будь по-твоему!» – подумал он и ушел к себе. Там, одевшись и приведя себя в порядок, Реми вышел из квартиры и, не сказав ни слова, уехал на работу. Анна была на кухне, когда услышала, как сначала открылись, а потом закрылись двери лифта. Она оперлась ладонями о столешницу и, опустив голову, вздохнула с облегчением. На самом деле мисс Смит была в панике. Чувства переполняли ее, душили. Поэтому она провела в ванной целых пятнадцать минут, стоя под ледяной водой. Ей нужно было все осмыслить и справиться с нахлынувшей волной влюбленности и счастья. Анну просто замкнуло от взгляда Реми, от его объятий, поцелуев, оттого, что он собирался ей сказать – его слова без труда читались в его глазах. Словно не выдержав напряжения, ее автомат перегорел и отключился в аварийном режиме. Все в ней закипело настолько, что если бы она хоть как-то отреагировала на ласку босса в тот момент, то просто взорвалась бы от нежных чувств. Все это было сильнее ее. Эта снежная лавина эмоций накрыла ее с головой, и ей нужно было самостоятельно выкарабкаться на поверхность, чтобы уверенно встать на ноги и плавно поехать дальше, чтобы привыкнуть и быть готовой к резким виражам будущей трассы. День для обоих прошел бесцветно. Они были заняты делами, но существовали в них с эффектом полного отсутствия, потому что головы были заняты мыслями друг о друге. Анна, не желая оставаться в стороне, работала удаленно, постоянно ведя переговоры по телефону и пытаясь забронировать номера в отеле на выходные для съемок. Это оказалось нелегкой задачей – элитный курорт бронировали заранее. Но все же Анна справилась и с этим. К вечеру, не зная, чем себя занять, она решила набрать брату. – Привет. – Привет систр! Как дела? – Нормально. Как твои? – Отлично, только вот с тренировки вернулся, завтра домой. – Понятно. Ты надолго вернешься? – На выходные, потом опять на сборы. – Значит, мы с тобой не увидимся. – Что? Почему? – У меня командировка. – Далеко? – Едем на съемки в Альпы. – Куда? В Альпы?! – Да. – Что вы там снимать собрались? – «Nike» выпускает новую зимнюю коллекцию, хотят снежные горы, так что нам не остается ничего другого. – Блин, круто! А можно поехать с тобой? – Со мной? Не знаю… Мы пытаемся по максимуму сэкономить, Курт. «Nike» требуют звезду зимних видов спорта, боюсь представить себе, какой гонорар эта звезда запросит. – А кого вы хотите? – Да хоть кого-нибудь. Мы вылетаем в выходные, а звезды нет. Не знаю, может, Реми что-то решит по этому вопросу, но пока все глухо, как в танке. – А если я решу ваш вопрос насчет звезды? – В каком смысле? – Ну, у меня есть один знакомый сноубордист… Слегка пафосно проговорил Курт, а Анна широко улыбнулась. – Да ладно?! – Да, но у меня условие: вы берете меня с собой. – Хорошо, я поговорю с Реми и перезвоню тебе… ладно? – Ок, ну ты скажи ему, что мой друг снимется бесплатно… – Бесплатно? Ты уверен?! Опешила Анна. Курт рассмеялся. – Уверен! – К черту Реми, я официально заявляю, что ты едешь с нами! – Вот это другой разговор! Круто! – Так, а как зовут твоего друга? – Пусть это будет сюрприз. – Курт…? – Не, не, не, не выпутаешь! – Ладно, ну, насколько он звездатая звезда? – Звездее некуда, систр, расслабься! – Курт, ты просто палочка-выручалочка! – Для тебя – что угодно! – Спасибо. – Эй, систр, у тебя точно все в порядке? Анна набрала в легкие воздуха побольше. «Как ему это удается?» – подумала она. – Да, Курт, все хорошо… – Да? По голосу не скажешь. Если честно? – Если честно… не очень… – Что-то случилось? «Ох, мой милый братец, ты даже не представляешь…!» – подумала Анна. Ей хотелось выговориться, но она не рискнула обсуждать волнующие ее темы с братом, во всяком случае, не по телефону. – Да. Нет. Не знаю. Непонятно. – Ооо, я смотрю, все запущено. Это из-за Реми? – Все-то ты знаешь! Откуда ты все знаешь? – Догадался. Ты никогда раньше не называла его по имени, всегда говорила «босс» или «начальник», а сейчас, за весь разговор, назвала аж три раза. Анна осеклась, ведь она даже этого не заметила. – Да, ты прав, проблема в нем… во мне, в нас… Черт. – Систр, как я понял, у вас непростые отношения. Это, конечно, нехорошо с моей стороны, но я, пожалуй, скажу: я точно знаю, что ты ему небезразлична. – Откуда такая информация? – Тебе какая разница?! Главное, ты меня услышала. – Ладно, спасибо. Курт запнулся на секунду, что-то кому-то пробубнив. – Ой, ты не один, да? – Ну да. – Ладно тогда, позвони мне завтра, когда приедешь. – Договорились. Ну все, целую, пока. – И я тебя, пока. Анна положила трубку и плюхнулась на диван. «Нужно позвонить Реми, сказать, что проблема решена…» – только подумала она, как декоративные двери лифта позади открылись. Анна обернулась и увидела босса. Он на пару мгновений задержал на ней взгляд и, поздоровавшись почти неуловимым кивком, прошел мимо. Мисс Смит почувствовала себя провинившимся щенком под его взглядом, поэтому она, неловко ковыряя ногти, опустила голову, отводя взгляд. Выйдя из гостиной, Реми с облегчением выдохнул. Анна была дома, и с ней все было хорошо. Этот визит по-английски дался ему тяжело. Ему хотелось обнять ее, поцеловать, но, продолжая играть в ее игру, он просто молча прошел мимо. С тех пор как Реми вернулся домой, он уже больше двух часов не выходил из кабинета. Почти все это время висел на телефоне. Сегодня днем он бросил клич своим знакомым в Орлеане, приказав вынюхать хоть какие-то следы Анри. Поглощенный разговором, Реми едва услышал тихий стук в дверь, а следом в кабинет несмело заглянула Анна. Не прерывая беседы, Реми кивнул, молча разрешая ей войти, но тут же отвернулся к окну, теряясь в его вечерних далях. — Rien? Il ne pouvait pas s'évaporer! Continuez à chercher, passez tous les clubs de cartes et les bordels. Le dimanche, je serai en ville, à ce moment-là, trouver quelque chose! (Ничего? Не мог же он испариться! Продолжайте искать, обойдите все карточные клубы и бордели. В воскресенье я буду в городе, к этому времени найдите хоть что-то!) Анна, внимая французской тираде босса, украдкой изучала его кабинет. Слева от входа простиралось огромное окно, превращенное закатом в живое полотно с видом на мерцающие огни города и темную гладь Гудзона, в которой плескались оранжево-алые мазки заходящего солнца. Справа высились стеллажи, заваленные книгами, папками, документами. В центре комнаты, словно неприступная крепость, расположился рабочий стол, освещенный лишь одиноким лучом настольной лампы в классическом стиле. Рядом с ноутбуком покоилась стопка неразобранных бумаг, словно безмолвное напоминание о делах. Пока Анна разглядывала корешки книг, Реми завершил разговор и опустился в рабочее кресло, делая вид, что полностью поглощен работой. Она хотела заговорить, но босс вскинул указательный палец, заставляя ее замолчать в немой просьбе. «Пусть не думает, что я тут умираю от желания ее видеть…» – ворчливо подумал он, нарочито игнорируя ее присутствие, стараясь не выказывать, как волнует его эта картина: она, все еще одетая в его рубашку, едва прикрывающую соблазнительные бедра. Безразличие давалось с трудом – взгляд то и дело предательски соскальзывал с экрана ноутбука на ее точеные ножки. К счастью для Реми, она стояла боком, увлеченно перелистывая страницы одной из книг. Выдержав паузу, он наконец обратился к ней: — Ты что-то хотела? – спросил он небрежно, откинувшись на спинку кресла и скрестив руки на груди. Анна обернулась, слегка улыбнувшись, закрыла книгу и, вернув ее на полку, подошла к столу. — Хотела узнать, как продвигаются дела со звездой для «Nike»? — Пока глухо, как в танке. Анна кивнула, обошла стол и, остановившись рядом с боссом, облокотилась на столешницу своими округлыми бедрами. Сердце Реми  отозвалось на близость обнаженных ног Анны предательским скачком в груди. Его взгляд скользнул по коленям, бедрам, задержавшись на ткани рубашки, которая, собравшись в игривые складки в районе паха, будоражила воображение. Он почувствовал, как кровь с силой ударила в голову, – казалось, его качнуло вместе с этим внезапным приливом. — Тогда у меня хорошие новости. Голос Анны вырвал его из оцепенения. Реми перевел взгляд на окно. — Да? Выдохнул он, отчаянно пытаясь вернуть рассудку ясность и хладнокровие. — Да. Я говорила с Куртом перед тем, как ты пришел. Оказывается, у него есть друг-сноубордист… Реми удивленно посмотрел на Анну, но та кивнула, подтверждая свои слова. — Курт сказал, что попросит его сняться в нашей рекламе, и что его друг сделает это бесплатно. На лице Реми расцвела довольная улыбка. Это была первая хорошая новость за весь день. И, как это случалось последние два месяца, она пришла от Анны. — Отлично. Одной проблемой меньше. — Да, только у Курта есть условие. — Какое? — Он хочет, чтобы мы взяли его с собой. — Хорошо, пусть едет. Он нам очень помог. Анна с облегчением выдохнула, но Реми наградил ее всезнающим взглядом. — Потом, ты же наверняка уже сказала ему, что он едет с нами? Анна невинно прикусила губу и загадочно отвела взгляд. Реми лишь усмехнулся. — Насколько известен друг Курта? — Когда я спросила его об этом, он сказал, что звезднее некуда, и просил расслабиться. — Надеюсь, мы не разочаруемся. — Да, я тоже. В комнате повисла пауза. Реми вновь отвлекся на телефон, а Анна собиралась с духом. Босс, говоря по телефону, поднялся с кресла и подошел к окну. Анна с восхищением смотрела на своего начальника: красивый мужчина на фоне заката – настоящая картина маслом. «Вот бы он еще полуголый был… Это было бы вообще шикарно…». От нахлынувшей мысли она мгновенно покраснела и, округлив глаза, уставилась на свое отражение в дверце стеллажа. Когда Реми повесил трубку, Анна подошла к нему: — Есть какие-нибудь новости насчет Анри? Потирая переносицу, уставший босс отрицательно покачал головой. Анна осторожно приблизилась и мягко обхватила его руку выше локтя, прижавшись к нему. — Не волнуйся, уверена, он найдется. Этот жест удивил Реми. Анна напомнила ему кошку, которая выпрашивает ласку у хозяина – ненавязчиво, но понятно. Он опустил взгляд на нее. Они несколько минут смотрели друг на друга, ощущая, как нарастает напряжение и желание. — Анна, чего ты добиваешься? — Что? — Ты прекрасно видишь, что я хочу тебя, но уверен, стоит мне тебя поцеловать, как ты снова пошлешь меня к черту. Анна глубоко вздохнула, отведя взгляд. Голос начальника был непривычно спокойным, тихим, почти равнодушным. От воспоминаний об их утре она покраснела, едва слышный вздох возбуждения сорвался с губ, а мышцы внизу живота непроизвольно напряглись. Реми, конечно, это почувствовал – его рука была прижата к ее телу. И только Анна набралась смелости сказать, что это лишь защитная реакция, как Реми, выругавшись от нестерпимого желания, развернулся, схватил ее и с жадностью впился в губы поцелуем.  Стопка неразобранных бумаг одним взмахом его руки полетела на пол, а Анна случайно опрокинула настольную лампу, погрузив кабинет в полумрак. Не отрываясь от ее губ, Реми повалил Анну на стол и стал жадно ласкать ее обнаженное тело, быстро расстегивая рубашку и срывая трусики. Она не отставала – одним рывком выдернула его рубашку из брюк и, не тратя времени на пуговицы, просто распахнула ее, так, что они с треском разлетелись по комнате. Сама рубашка тут же оказалась на полу. Страсть накрыла их с головой, расплавляя тела и наполняя их горячим желанием и волнением. Поцелуи становились все глубже, откровеннее, нетерпеливее. Реми расстегнул брюки, и, когда ненужные вещи рухнули на пол, Анна обвила его талию ногами, а он подхватил ее бедра, крепко сжимая и прижимаясь твердым членом к горячему и влажному лону. От этих прикосновений по ее телу пробежали мурашки, и она простонала в губы Реми. Еще немного, и он, нежно лаская ее лепестки, одним резким движением вошел в нее. Анна вскрикнула от неистово желаемых ощущений и, прижавшись к его бедрам, еще сильнее обвила его ногами. Движения поначалу были грубыми и несдержанными, но именно этого они оба хотели в этот момент. Анна чувствовала, как теряет рассудок, как пелена страсти застилает глаза, оставляя в реальности только Реми. Он вновь потерял над собой контроль – Анна будто отключала все приличия и доводы рассудка, заставляя чувствовать только желание, страсть, неутолимый огонь, желать только ее, всю, без остатка, без прелюдий, без церемоний, без ума. От нахлынувшего экстаза Анна мелодично простонала, обхватив плечи Реми, словно боясь, что сейчас разобьется на осколки. Получая удовольствие от ее стонов, он крепче обнял ее, давая насладиться моментом. Потом оторвал ее дрожащее тело от стола, подхватил на руки и понес из кабинета в спальню. Там, упав на кровать, Реми продолжил их безумную страсть, но уже нежно и трепетно, ласково и медленно. Для Анны это был удар ниже пояса – казалось, она уже получила все, что хотела, но Реми не собирался останавливаться, обрушив на нее новую волну страсти легкими поцелуями и медленными движениями, которые обжигали ее словно раскаленное железо. Эта сексуальная пытка продолжалась до тех пор, пока не выжала из пары все до последней капли, пока наслаждение не захлестнуло их обоих, не унесло их точно бурным и мощным потоком реки. Утомленные, но довольные, они лежали в объятиях друг друга, постепенно возвращаясь в реальность. Реми обнимал Анну и думал, что лучший секс в его жизни был сегодня утром, но то, что произошло несколько минут назад, ничем не уступало ему. В конечном счете он пришел к выводу, что сама Анна – это лучший секс в его жизни, как в прямом, так и в переносном смысле. Он готов был терпеть все ее выходки, какое бы хладнокровие она не проявляла до или после этого безумия, более того, он хотел этого, он стал зависим от этого. — Реми… Вдруг услышал он, Анна обратилась к нему тем самым нежным и ласковым голосом, каким говорила с Куртом, но этот тон был даже ещё слаще и волшебнее. Реми чуть не запрыгал от счастья. — Что, chère? — Нам нужно поговорить. — О чем? — О нас. Анна приподнялась и зарылась в одеяло. Реми улыбнулся, наблюдая за ней. — Я слушаю тебя, chère.  Проговорил он, притянув ее обратно и откинувшись на изголовье. — Тебе не кажется, что мы слишком торопимся? — Торопимся? Анна, ты два месяца издевалась надо мной, воротя от меня свой чудный носик, я не намерен упускать больше ни секунды. Анна тоскливо выдохнула, и Реми это не понравилось. — Эй, ma chère, почему тебе кажется, что мы торопимся? — Эти сумасшедшие эмоции давят на меня. Мне тяжело справиться с этим. У меня от тебя просто крыша едет… Услышав это признание, Реми расплылся в самой довольной и счастливой улыбке на свете. — Давай немного притормозим. Мне нужно привыкнуть. Все это сильнее меня. — Хорошо, chère, твое желание для меня закон. Я прекрасно понимаю, о чем ты говоришь! Ты тоже сводишь меня с ума! Реми привлек Анну ближе и осыпал лицо нежными поцелуями.  — Можно вопрос? — Да, конечно. — Скажи честно, ты всё ещё сомневаешься во мне? — Уже нет, почти. Реми ощутил тепло от её искренности. Ни тени лукавства, ни намёка на обиду — лишь доверие, хрупкое, но такое желанное. Каждый миг этой откровенности словно сплетал нити между ними в единое целое. Он крепче обнял Анну, и новый поцелуй запечатлел признательность на её губах. — Чего тебе сейчас хочется больше всего? Анна подняла на Реми невинные глаза, и лёгкий румянец тронул щёки. — Есть.  Выдохнула она. — О да, Chère, ужасно хочется есть! Рассмеялся Реми, подхватывая её настроение. Анна ответила ему звонким смехом. — Идём? — Идём.