Game Over

«Я никогда не думал о последствиях решающего броска. Когда думаешь о последствиях, думаешь об отрицательном результате». Майкл Джордан

— Простите, извините…       Лео неуклюже перебирался по узкой дорожке баскетбольной трибуны, держа в одной руке горячий какао — для Майки и черный кофе без сахара — для себя, иначе попросту заснет от усталость и очередной бессонной ночи за уроками. Весельчак, завидев друга, слегка отклонился, выглядывая из-за людей, и помахал Лео, буквально подпрыгивая на своем месте от нетерпения. Сегодняшняя игра обещала быть интересной.       Леонардо вроде даже смог выдать какую-никакую улыбку, хотя темные круги под глазами как никогда лучше выставляли на показ его состояние, а затем и мимолетное настроение, подаренное балагуристым другом, испарилось, когда какой-то мужчина, затыкая своих голосящих кричалки отпрысков, проследил за физиономией парня и выкрикнул пару нелестных выражений в адрес его высокого роста и загораживания обзора. Что ж, вот она, нелегкая участь любого баскетболиста во всей своей красе.  — Долго ты, — отметил Майки, принимая напиток из рук Леонардо, когда тот наконец оказался на своем месте.  — Очередь, — коротко ответил Лео и поставил свой кофе под сидение; пусть немного остынет.       Ребята подоспели к разминке, хотя планировали приехать раньше, но пробки возле Баскет-холла и дальнейшие трудности с парковкой кадиллака Лео, — точнее, кадиллака мамы Лео, — заняли больше 20 минут. Когда родители отдают тебе свою машину на какое-то время, ты чувствуешь себя крутым и независимым ровно до тех пор, пока не сталкиваешься с первыми трудностями, с которыми Леонардо пока только начинал знакомиться.       Майки вовсю наблюдал за разминкой, ища, видимо, особую технику подготовки команд или же просто стараясь урвать каждый кусочек движений и жестов игроков, ведь следующими, кто будет играть с выигравшей командой, станут они. Лео же, скучающе потягиваясь и больше уделяя внимания своим кое-где потертым кроссовкам, лениво перебирал в голове планы на завтра. И на послезавтра. И на послепослезавтра. Они никогда особого друг от друга не отличались.       Все просто: десяток школ, отличившихся в баскетбольной игре теми или иными качествами, заслуживающими внимания, отбирались для турнира, призом которого станут несколько грантов на обучение в престижные вузы и хорошие деньги. Лео со своей командой уже прошли полуфинал, и сегодня они с Майки пришли посмотреть последний отборочный матч, чтобы увидеть в лицо своих будущих соперников. Ныне соревнования проходили не в их школах, а на закрытых баскетбольных площадках, оборудованных под отдельные секции. Людей обычно собиралось много, ведь многие из школьников уже успели зарекомендовать себя как начинающие баскетбольные звезды, да и выручка, полученная с игр, всегда шла на благотворительность.  — Ты сегодня в роли скептика? — шутливо спросил весельчак, посмотрев на Леонардо.  — Наверное, — Лео сложил руки на коленях и задумчиво уперся в них подбородком.       Когда диктор объявил о начале игры, синеглазый даже не удосужился встать, как сделал это орущий и беснующийся с остальными Майки, поддерживая команды. Почему он должен радостно встречать потенциальных соперников? Почему он купил билеты на этот матч? Почему он вообще здесь, если дома ждет недоделанный проект по физике, а вечером нужно ехать на подработку?  — Эй, а ну-ка расслабься! — Майки, словно прочитав мысли Лео только по одному его вымотанному взгляду, потряс его за плечо. — Сегодня же суббота, веселись!       Сложно веселиться, когда поступать через полгода, а ты еще не знаешь, на что надеяться — на грант за соревнования, шанс выиграть которые 50 на 50 или на собственные знания, которых может не хватить для того университета, в который он хочет поступить, если продолжит так же жить без свободного времени и, как следствие, без каких-либо сил двигаться дальше.       Лео совсем не нытик, но, порой, в его голове плохих мыслей становилось на порядок больше, чем хороших, и тогда должно было случиться чудо, чтобы он вновь оживился.       Леонардо проглядел и выход игроков, и приветствие их тренеров, но, когда диктор начал объявлять имена участников команд, он заострил внимание на одной немаловажной детали.  — На поле выходят Дикие Рыси! — далее последовала громкая приветствующая музыка и череда имен: —…Деймон Хиллс, Донателло Уайт и… Рафаэль Сплинтерсон!       На последнем имени толпа взорвалась и взревела, как заведенный мощный мотоцикл. Зашумели барабаны и громко загудели трубачи на верхних трибунах; Лео почувствовал, как по всему его телу пробежала волна мурашек.  — Почему его так приветствуют? — озадачился Леонардо, глядя на смуглого высокого парня, махавшего болельщикам рукой.  — А ты его не знаешь?! — Майки широко распахнул глаза, уставившись на друга как на сумасшедшего. — Да это же Раф! Ни одного проигранного матча, если фолл — всегда забрасывает в кольцо все два раза, рекордное для команд количество трехочковых… — Микеланджело продолжал бы захлебываться в «заслугах» Рафаэля, но Лео остановил его.  — Все, все, я понял, — кивнул синеглазый, продолжая наблюдать за новым для себя игроком. — Ты же знаешь, меня не интересуют чужие команды.       И это было правдой. Леонардо не запоминал тех, против кого играет. Будучи разыгрывающим защитником, он лишь отмечал про себя номера на майках соперников, ловил взглядом каждый их шаг, переходящий в бег и стремительные рывки. Его задача — просчитать все до мельчайших деталей, вовремя вычислить слабые и сильные стороны противника, создать те условия, при которых его команда непременно сможет одержать победу. Но после каждого матча — пустота и требующие немедленной разгрузки мозг и тело. Никаких лишних лиц и действий. Может, пару часов отдыха.       Из размышлений Лео вывел сигнальный гудок, и он поднял глаза к центру поля, где два центровых вот-вот должны были сразиться за спорный мяч. Цифры быстро замелькали перед глазами: 3, 8, 14, 6… Рафаэль. Рафаэль был игроком под номером 6.       Леонардо внимательно следил за тем, как мяч ожидаемо оказался на стороне Диких Рысей, и игроки в красной форме смешались с белыми в одну кучу в борьбе за первый бросок в кольцо.       Шестой оказался атакующим защитником. Сразу вырвавшись вперед своего напарника, он позволил тому легко провести мяч вокруг противников и дать мощный пас с трехочковой линии. Лео хмыкнул. Неплохо.  — Рафаэль как всегда неподражаем! — отметил диктор. — Совершив подбор, он делает высокий прыжок, оттесняя тяжелого форварда, и приносит своей команде два очка!       Леонардо невольно улыбнулся, когда Раф на несколько мгновений повис на кольце, а затем быстро спрыгнул вниз, возвращаясь в игру. В основном, именно подбор решает, какая команда окажется победителем, так что у Лео оставалось все меньше и меньше сомнений насчет того, с кем его команде придется столкнуться в финале.  — Видал? — Майки слегка ткнул локтем в бок Лео. — Говорю же, Раф — машина!       Лео слабо кивнул, возвращаясь к разгоревшейся борьбе на площадке. И, по прошествии двух четвертей от общей длительности матча, он заметил, что команде Шестого не столько забрасывают мяч во время игры, сколько набирают очки за счет фоллов и штрафных бросков. Дикие Рыси вели очень агрессивную игровую политику, часто задевая, а то и явно нарочно толкая участников противоположной команды. Но, несмотря на порой уличный, жесткий стиль игры, «Рыси» уже давно заочно одержали победу.       Когда Рафа задели плечом, на что он получил два дополнительных броска, Лео испытал совершенно смешанные, непонятные ему эмоции. Парню не было видно, как горели зеленые глаза, — сощуренные, переполненные предвкушением победы, — не было видно напрягшихся мускулистых рук, крепко сжавших тугую обивку мяча, но эту надменную, насмешливую улыбку Леонардо разглядел в Рафе еще с первых секунд игры.       Рафаэль не промахнулся. Ни в первый, ни во второй раз. Болельщики выкрикивали имена всех «Рысей», шутливо подкалывая тех, что болел за проигрывающую команду. До конца игры оставалось 10 минут и Лео начал надевать на себя легкую куртку, готовясь уходить, пока на площадке, во время короткого перерыва, во всю выступали черлидерши.  — Бро, ты куда? — Майки удержал друга за плечо, нахмурившись.  — Пойду машину с парковки заберу, иначе потом не уедем. Тебе тоже советую выйти раньше, — сказал Леонардо, в последний раз покосившись на табло с очками.  — Но ты же самое интересное пропустишь! — Майки надулся, как маленький ребенок, и скрестил руки на груди.  — Самое интересное — это наблюдение за тем, как наши противники, даже не запыхавшись, одерживают победу, или осознание того, что мы теперь рискуем проиграть так же, если не начнем серьезно готовиться к финалу? — спросил Лео и, выдержав короткую паузу, вздохнул. — Жду тебя в машине.       И с этими словами Леонардо покинул трибуну, оставив Майки в полном недоумении. «Лео что, впервые запереживал за наши шансы в финале? Да быть такого не может…»

***

      Рафаэль медленно стянул с себя толстовку с эмблемой их лицея и уперся лбом в холодный металлический шкафчик, тяжело выдыхая. Иногда ему казалось, что баскетбол спасает его жизнь, вытягивая из самых дерьмовых ситуаций, в которые он влипал с завидной регулярностью, а иногда любимая игра становится проклятием, вынуждая возвращаться домой слишком поздно, чтобы потом оставались силы на уроки или на тусовки с друзьями. Впрочем, он слишком давно расставил приоритеты в использовании времени вне школы и учеба сместилась далеко не на первое место.  — Эй, Раф, ща такое расскажу!       В раздевалку ввалился Деймон, бросая спортивную сумку на скамью, и поприветствовал напарника ударом кулака о кулак.       Деймон и Рафаэль познакомились будучи игроками одной команды, но сблизились только в конце 11 класса*, когда первый начал баловаться легкими наркотиками вроде травки и экстази. Раф долго не разделял пристрастий друга, но теперь, оглядываясь назад, он пытался понять, что изменило его мнение позже, и, не найдя ни одного объяснения, лишь вспомнил, что в бардачке его машины лежит пара самокруток и небольшой пакетик с белым порошком.  — Выкладывай, — Шестой усмехнулся, переодеваясь в спортивную форму, и присел рядом с Деймоном. — Роб (так звали их тренера) только что сказал мне, что к нам едет Северный Ветер из Хилтона**. Говорит, что мы должны хотя бы один раз сыграть вместе, чтобы рассчитать силы перед финалом.  — Неужели он хочет, чтобы мы втоптали этот мусор в землю раньше положенного? — оба парня зло засмеялись и переглянулись.       Дверь в раздевалку неожиданно открылась и в нее, оглядываясь по сторонам, несмело зашла та самая команда, о которой говорил Роб.  — Пойдем, — кивнул Дей в сторону выхода на игровую площадку, оценивающим взглядом обводя прибывших парней.       Рафаэль повторил его жест, дернув уголком губ в сторону ребят, и вышел.       Через пятнадцать минут все игроки были в сборе. После непродолжительной разминки и беглого знакомства с воодушевляющей речью тренеров, парни выстроились по своими местам, и центровые вышли вперед.  — Донни, давай, — уверенно кивнул Раф, подняв глаза на спину друга, готовившегося отнять спорный мяч.       Дон был самым высоким из всей команды и даже, казалось, чуть выше того центрового, который вышел против него. В уши отдался сигнальный свисток. Мяч упал на сторону Рафаэля; баскетболисты закружили по площадке.       Деймон подхватил мяч, но, стоило ему развернуться в сторону кольца соперников, он тут же испарился из его рук, уведенный ловким и юрким Майки, который, абсолютно расслабленно и слегка улыбаясь, передал пас Леонардо.  — Гаси его, — коротко рявкнул Раф Деймону и встал напротив Лео, размахивая руками в попытках отобрать мяч.       Леонардо слегка приподнял уголки губ, вспоминая Рафаэля и его игру несколько дней назад. Шестой стоял почти вплотную к Лео и, стоило искрящейся зеленой радужке метнуться в не менее выразительную синюю, а рукам парней — соприкоснуться, как Леонардо двинулся вправо, обманывая, прямо над головой у Рафа молниеносно перекинул мяч влево.       Рафаэль на секунду сжал кулаки, запоминая парня как того, кого нужно незамедлительно ставить на место, и побежал к своему кольцу, куда Майки только что закинул мяч. Не уследил.       Прыгучие, ловкие и быстрые — Северный Ветер в корне отличалась от сильных, берущих своими габаритами и жесткостью Диких Рысей.  — Они меня уже бесят, — процедил сквозь зубы Деймон, глядя, как Лео ловко увел мяч из рук его напарника и, отдавая пас, прикрыл Майки.       Раф только оскалился на слова друга, понимая, что недооценил соперников, и погнался за кучерявым блондином, забирая внимание Леонардо на себя. Два взаимных выстрела глазами, полных соперничества и нежелания делить победу, и Лео безапелляционно толкнул Рафа в плечо, вырываясь вперед. Никаких претензий на фолл; тренера, видимо, даже не заметили этого, но Рафаэль-то почувствовал.       А дальше был равный счет, первые серьезные толчки, падения на пол и даже преднамеренные подножки. Тренера только и могли, что садить зеленоглазого и некоторых его напарников на скамью запасных, буквально жонглируя «Рысями». Но, только и делая, что пересекаясь с Лео острыми, как бритва, взглядами, Раф уже носил в голове идею разборки с новым знакомым вне игры.