Соединение

      » Приди на мой зов та, что ожидает за гранью! Услышь обращение к тебе смертного человека. Восстань, о созданная другими богами! Взываю к тебе из мира людей! Айямун Йонагх Массоре!» — закончила магический призыв девушка, облачённая в синюю мантию с опущенным капюшоном. В тонких руках она держала книгу в переплёте из человеческой кожи. Цвет обложки был полностью чёрным без единого символа и слова о том, чем могла быть эта книга. Она была открыта на середине, и на её постаревших страницах изображались знаки, символы и заклинания для призыва и воплощения тёмных богов хаоса. Стояла она перед ярко горящим костром, окруженным овальными камнями с рунами. Костер горел жарко и высоко, так и говоря, что вот-вот вырвется на свободу и уничтожит всё на своём пути. В двенадцати шагах от костра находился каменный стол для принесенных жертв. Выточен он был из сплошного серого камня неизвестного происхождения: от него исходила энергия тьмы и угрозы, а украшен он был странными алыми символами. Алтарный камень, костёр и девушка находились внутри круга из треугольных чёрных камней.       Девушка терпеливо ждала, когда призыв будет услышан, и к ней придёт та, кого она так жаждала встретить. Но ничего не происходило, а время как будто бы замерло. Ей начало казаться, что ничего не вышло, и никто не придёт в эту ночь полной алой луны. И минуты тянулись с адской медлительностью. Она обратила лицо к небу. Оно было ясным: ни единого облачка не закрывало той бездонной космической темноты с миллиардами сияющих звёзд. И лишь полная луна была неестественного цвета. Одинокий спутник земли безмолвно взирал на девицу с высоты небес — даже самые высокие верхушки деревьев не могли дотянуться до него.       Около защитного круга всё было тихо. Старый лес, где проходил обряд, спал своим бессознательным сном. Только ревущее пламя нарушало эту таинственную тишину. По какой-то причине ночные звери и птицы сейчас молчали — возможно, они уже знали, что ритуал всё-таки свершится и поэтому прятались по своим укрытиям.       Сердце девушки начало терять надежду — беспокойство и смятение пробиралось в душу, заставляя медленно соглашаться на прекращение ритуальных действий. Она уже закрыла старый гримуар, как позади круга, в нескольких метрах от нее громко хрустнули несколько веток. Она вздрогнула и обернулась.       Из-за тёмных елей и берёз вышла молодая женщина. Она была выше среднего роста, в длинном облегающем платье из чёрной полупрозрачной ткани. Её ноги были босы, а руки обнажены по плечи. Формы ее стройного тела были мягки и изящны, как у молодой ивы. Под платьем, судя по всему, больше ничего не было: бронзовый свет луны выделял пухлую, округлую грудь с возбуждёнными сосками. Под грудью красовался серебристый пояс, спадающий до самой земли.       На круглой головке красовался венец из сплетённых ивовых веточек. Венец мягко и невесомо ложился на золотистые волосы: те стекали пышными волнами до колен, что проглядывали из вырезов платья, когда дева медленно подходила к магическому кругу.       Светло карие глаза заклинательницы расширились от изумления; ритуал сработал, и богиня услышала ее призыв. Тело пробрала дрожь, и по коже забегали мурашки. Несмотря на то что она давно практиковала магию, это был первый раз когда происходило нечто подобное. Внутри всё похолодело от страха, и чувства беспомощности охватили ее сердце. Нужно было прочесть заклинание изгнания и немедленно прекратить все происходящее. Но тело не слушалось. Мозг отдавал сигналы в конечности, но руки и ноги по-прежнему не двигались. Сердце забилось быстрее — в кровь ударил адреналин. Внутри себя она уже молила о том, чтобы тело вновь начало ее слушаться. И ей удалось возобновить над ним контроль. Но лишь на короткий миг. Чья-то чужая и сильная воля нависла над сознанием. Руки обессиленно опустились, а чёрная книга упала на прохладную траву, под босые ноги.       Древняя богиня стояла прямо в кругу, всего в нескольких шагах от девушки. На её идеальном лице появилась лёгкая усмешка. Её сапфировые глаза, обрамлённые длинными белыми ресницами, внимательно изучали того, кто ее призвал. Жрица древней магии, ослабленная силой божества, дрожала всем телом и со страхом глядела на него во все глаза.       — Зачем ты позвала меня? — мелодичный и глубокий голос коснулся ушей девушки. — Я… Я лишь хотела познать тебя! Соприкоснуться с твоей великой энергией, моя госпожа!  На глазах заклинательницы появились блестящие слезинки. Богиня рассмеялась хрустальным смехом, а затем подошла вплотную и протянула белые, как снег, руки с длинными синими ногтями к накрытой капюшоном голове и скинула его.       Копна мягких каштановых волос, рассыпалась, закрывая плечи. — Дитя мое, никто из людей не в состоянии познать моей силы. И даже если бы меня вызвал хоть трижды сильнейший заклинатель, то и его постигло бы разочарование. Вы, люди, не способны на принятие той разрушительной мощи, из которой мы созданы! В сапфировых глазах появился оттенок снисходительности. — Вы ведь пощадите меня, госпожа? Я клянусь, что более никогда вас не потревожу, — молила девушка, осознавая свое бессилие. — Пощадить? А какую плату ты приготовила для меня, чтобы я оставила тебя в живых? — Глаза божества предостерегающе сверкнули.       — Камень, госпожа. Морион, заключающий в себе тысячу душ проклятых грешников — убийц, насильников, воров, и, в добавок, в нём находятся три души некромантов. Я старалась его отыскать и только после того, как нашла, осмелилась вас позвать. — Заклинательница с надеждой посмотрела в сторону алтаря. Древняя проследила за ее взглядом и обратила внимание на каменный стол за костром. На его поверхности что-то блеснуло.       Она ненадолго ослабила хватку своей силы, и девушка почувствовала как внутри нее стало свободнее. Золотые локоны богини развевались на ветру, когда она шла к алтарю. Не прошло и секунды, как она оказалась перед ним. С подозрением присматриваясь к артефакту, она протянула к чёрному кварцу свои изящные руки и одними кончиками пальцев подняла камень над головой. Затем она повернулась в сторону кровавой луны и посмотрела сквозь него на бронзовый свет.       Заклинательница не обманула: дар был великолепен. Дева облизнула пухлые алые губы и правой рукой коснулась ложбинки между грудью — под пальцами засиял фиолетовым светом символ. Она опустила камень прямо на символ: тот засиял ещё ярче, и богиня начала вставлять кусочек мориона в кожу; сияющий символ жадно поглотил камушек.       Древняя подняла голову в небо. На ее идеально выточенном лице выражалось наслаждение. Она вожделенно простонала и на мгновение выгнула спину назад: от этого возбужденная грудь выделилась вперёд.       Заклинательнице стало не по себе от увиденного, и в то же время она ощутила внизу живота вспышку грязного желания. Ладони вспотели, а во рту пересохло. В воображении появилось видение обнажённого сияющего тела потусторонней девы. В горле встал ком. Она вдруг осознала, что сильнейшим образом желает соединиться с телом прекрасного существа. Девушка задрожала. Она понимала, что ее желание исходит вовсе не от нее. Заклинательница точно знала, что энергия, создания извне, влияет на неё. Но противиться этому не могла — воля девы была сильнее.       — Подойди ко мне, заклинательница, и я дарую тебе то, чего ты сейчас так сильно жаждешь! Рука с длинными ногтями поманила девушку к себе. Потусторонняя воля снова взяла вверх, и заклинательница подчинилась. Тело стало каким-то чужим, оно перестало слушаться. Холодная дрожь так и била изнутри, а сердце, казалось, вот-вот выскочит из груди. Воздуха стало не хватать. Она задыхалась — каждый вздох давался с неимоверным усилием. Секунда — и богиня уже стояла возле нее.       Дева протянула белую руку к мантии заклинательницы, и, потянув за узел шнурка на тонкой шее, одним движением распустила его: мантия медленно начала сползать с тонких и бледных плеч. Тело оказалось полностью обнажено перед взором могущественной богини. Оголённая кожа сразу озябла и покрылась мурашками. Но ведьма не заметила этого. Она больше не владела собой — ее тело поглотило страстное желание.       Девушка подошла вплотную к золотоволосому божеству. Их губы соединились в глубоком поцелуе. Языки обеих скользко ласкали друг друга. В этот момент богиня развязала серебристый пояс и освободилась от невесомого платья. Она обняла девушку за талию и прижала к себе: при этом груди обеих соприкоснулись возбуждёнными набухшими сосками.       Слабое тело заклинательницы изогнулось, и она простонала сквозь поцелуй. Богиня разорвала поцелуй и аккуратно уложила девушку на мягкую, теплую от костра траву — тот был на безопасном расстоянии. Замерзание им не грозило.       Молодая золотоволосая женщина теперь находилась над юной заклинательницей. Её сапфировые глаза гипнотизировали волю ведьмы, заставляя углубляться в них — растворяясь, становиться частью той бездны, что была внутри самого божества. Она облизнула нежные губы девушки и взяла в руку ее правую грудь: несильно сдавив розовый сосок, она начала водить по нему длинным пальцем. Это поддразнивание отозвалось более громким стоном.       — П-прошу не мучай меня подобными в-вещами, — прошептала несчастная заклинательница. — Наслаждение. Только его я могу тебе даровать, о большем и не умоляй. Дева опустилась на всё ещё зажатую грудь, и провела несколько раз языком вокруг, оставляя дорожку из тягучей слюны. Это отозвалось новыми стонами и изгибами молодого тела.       Проведя рукой по плоскому животу, древняя коснулась ее набухшего клитора. Влага сразу оказалась на белой коже. И божество, изобразив подобие улыбки и посмотрев в глаза обнаженной ведьмы, начала медленно двигать пальцем, массируя край промежности заклинательницы. Та вскрикнула от извращённого восторга. Но это был еще не конец.       Из кожи на пояснице богини выползло наружу несколько скользких щупалец. Они быстро добрались до раздвинутых ног девушки. Наползая на них, они продвинулись к ее влагалищу.       Сначала та ничего не заметила, но через несколько минут ощутила, что нечто ужасное ползёт по ее ногам. Она посмотрела туда и увидела чёрные склизкие щупальца.       — Не-ет! Вскрикнув от испуга, девушка попыталась высвободиться из объятий божества. Безрезультатно. Новые, более мелкие, щупальца обвили ее запястья и с силой пригвоздили к земле. Одно из них обвилось вокруг шеи. Ещё пара подползла к ее груди. Обвившись вокруг, они начали ласкать соски своими ледяными кончиками. — Не надо! Прошу… М-молю… — Сапфировые глаза девушки начали закатываться, а горло сжиматься вокруг противных масляных щупалец. Девушка чувствовала, что не может вдохнуть, и лишь умоляюще смотрела на богиню. «Госпожа!» — последнее слово, которое заклинательница успела произнести в угасающем разуме. Силы покидали обездвиженное тело.       А деве были совершенно безразличны ее мольбы. Из ее влагалища наружу выполз огромный член. Он был тёмно-красного цвета, а кожа на нём была натянута и облита какой-то алой слизью. На прекрасном лице расползалась злая и извращённая улыбка. — Ты не должна была вызывать меня, глупая пташка. Но теперь слишком поздно… Чёрное блестящее щупальце на горле заклинательницы, начало скручиваться, и в глазах у девушки помутнело. Она поняла, что сможет продержаться еще с минуту, а потом…       В это же время божество вошло своим членом в промежность девушки и, проталкиваясь, скользнуло до самого предела. Заклинательница попыталась вскрикнуть или хотя бы выдохнуть от боли, но горло все еще было зажато. Движение началось: медленными толчками божество начало подводить ее к оргазму — девушка не испытывала удовольствие, но при удушье мышцы тела напрягаются и становятся стальными. Вот, каково было ее последнее удовольствие! Щупальце ещё сильнее сдавило горло. Воздух совсем исчез из ее легких, и они заболели, а голова налилась кровью от повышенного давления.       Мерзкие щупальца продолжали массировать сжатую в своих тисках грудь, и толчки в теле все ускорялись. С каждой минутой жертва ослабевала всё сильнее. Божество же стало агрессивнее и грубее: оно упёрлась обеими руками в землю и с каким-то утробным рычанием двигалось с увеличивающейся скоростью.       Жертва хищника, дрожа поддавалась своим безвольным телом, каждому толчку и движению. Она безмолвно рыдала. Смерть почти подошла к ней. Ещё немного, и она будет мертва, а кто знает, что ждет ее на том свете? Быть может, богиня продолжит делать этот ужас с ней и там, на обратной стороне этого мира? Этого не должно было случиться. Просто не могло. Никто не говорил ей, что можно вот так умереть. Только не так… Будь проклят тот кто написал строки призыва этой адской твари! Нет! Нет… Боль, страх, тьма, холод…       Давление крови и нехватка кислорода бросили сметённую душу в пучину адского пламени.       Толчок. Ещё и ещё. Хриплый и сдавленный крик. Снова толчок.       Похоть. Скользкие щупальца разрывающие все на своем пути.       Боль…боль…боль…       Финальное движение.       Последний крик. Смерть.