Сестры

      Всегда грустно покидать родной дом, где все так знакомо, так привычно. Ладно, если ты покидаешь это в поисках чего-то нового и желанного; гораздо хуже, когда ты покидаешь его, зная, что впереди тебя ждет мрак непознанного, да и вообще искать приключения не особо хочется.       Именно так размышляла Юи, смотря в окно автомобиля. На сидении рядом закашляли. Юи посмотрела на Элинор, свою старшую сестру.       — Эли-тян, тебе плохо? Ты уже который раз кашляешь за эту поездку. Не простудилась ли ты? — взволнованно спросила Юи.       — Юи, можешь не беспокоиться, со мной все в порядке. Скорее всего, это из-за того, что я так волновалась, что забыла запить таблетку водой, она застряла, а организм пытается ее вытолкнуть. Со мной уже такое бывало, ты в курсе.       Элинор улыбнулась, стараясь смотреть на сестру по-доброму, что выходило не особо. Юи робко улыбнулась в ответ.       Старшая Комори опустила взгляд вниз. Было видно, она чем-то была обеспокоена. Юи смотрела на свою сестру. Ей нравились ее рыжие прямые волосы, такие яркие обычно, но сейчас, на удивление, такие тусклые. Также Юи нравились глаза Элинор, чистого изумрудного цвета, но сейчас они выглядели болотно-зелеными, и, как казалось младшей Комори, дело вовсе не в освещении. Единственным, что осталось неизменным — веснушки, разбросанные по всему телу Элинор.       — Эли-тян, ты выглядишь очень расстроенной. Тебе необязательно было покидать дом вместе со мной, все в порядке, я сама бы справилась.       — В этом-то и дело, что нет, — обреченно проговорила Элинор, после чего осеклась.       — Что ты имеешь в виду?       Элинор смотрела на сестру испуганными глазами.       — Юи…       — Что, Элинор?       Комори старшая мялась, пытаясь что-то сказать, но тут машина остановилась.       — Мы приехали… — голос Элинор звучал приглушенно.       — Да, ты права, — сказала Юи и вышла из машины. Она начала улыбаться и сказала сестре: — Эли-тян, не надо грустить. Научись уже во всем видеть положительные стороны.       Элинор сморщилась, глядя на радостное выражения лица сестры.       — Если бы я умела видеть хорошее, я бы стала такой же дурочкой, как и ты.       — Эй!       — Я пошутила, — сказала Элинор, выходя из машины и помогая сестре открыть багажник, ибо водитель отказался это делать.       Сестры взяли свои чемоданы и пошли ко входу в особняк.       — Да, он огромен, — сказала Юи, открыв рот от удивления.       Элинор хмыкнула и молча открыла входную дверь.       — О, открыто? Эли-тян, откуда ты знала?       — Это нам даже на руку, — произнесла Элинор, говоря даже больше себе, чем сестре.       — О чем ты? — не понимала Юи.       — Узнаешь.       Элинор вошла, вслед за ней Юи. Комори старшая нервно осматривалась.       — Эли-тян, может, ты перестанешь говорить загадками и объяснишь, что с тобой вообще происходит?       Элинор осмотрела холл и увидела, как шестеро силуэтов стоят и смотрят на них со второго этажа.       — А вот и хозяева этого дома… — холодно произнесла старшая Комори.       Юи начала осматриваться и увидела, что в холле они действительно не одни.       — Ну и кто же вы такие? — спросил кто-то из них.       — Я Комори Юи, а это Комори Элинор, моя сестра. Вас должны были предупредить о нашем приезде, — робко начала Комори младшая.       — А? Серьезно? Почему я слышу об этом впервые? — спросил наглый мужской голос.       — Две невинные души занесло в наш дом. Ах, какой праздник! — произнес кто-то восторженным голосом.       — Тедди, у нас появились новые друзья. Ты рад? — произнес голос то ли мужчины, то ли женщины.       — Черт! Какие-то бабы будут здесь жить. Замечательно просто! — процедил сердито кто-то другой.       — То, что эти леди не постучались, говорит о том, что они еще и невоспитанные. Какая жалость, — проговорил пятый голос.       — Странно, Он говорил, что приедет одна, — зевая, произнес еще один голос.       — Да, я должна была приехать одна, но моя сестра не захотела оставлять меня одну в чужом доме, — нервно проговорила Юи, а после сказала, поклонившись: — Прошу прощения.       Элинор фыркнула.       — Можешь не извиняться перед ними, — злобно процедила рыжая.       — Что ты там вякнула? — крикнул один из них, спрыгнув вниз и подойдя к Элинор.       Юи охнула. Она была удивлена, что он это сделал так просто и приземлился очень удачно.       Элинор злобно смотрела на этого парня. У него были красные волосы, зеленые глаза, в ушах серьги, а одет он был в школьную в форму с тонким подобием шарфика.       — Что? Язык проглотила, дуреха?       — Закрой свой поганый рот! — рявкнула Элинор так злобно, что тот красноволосый опешил.       Юи поняла, что обстановка сильно накалилась. Ей даже на секунду показалось, что в глазах Элинор летали молнии.       — Да кто ты такая, чтобы со мной так обращаться? Ты, ничтожный людишка.       — Тебе слово не давали, гнилая пиявка!       — Гнилая пиявка? Серьезно? — произнес еще один красноволосый парень, довольно похожий на стоящего внизу.       — Как ты смеешь так обращаться Великим Мной?       — Вампиры — низшая раса. Ты априори не можешь быть «великим», — Элинор показала в воздухе кавычки.       Юи вздрогнула. Почему она назвала того парня вампиром? Что вообще здесь происходит?       — Замолчи, человеческая сука! — закричал он и ударил Элинор так, что она упала.       — Эли-тян! — закричала Юи и стала испуганно смотреть на происходящее далее.       Парень сел сверху на Элинор и начал приближаться к ее шее. Она же даже не пыталась сопротивляться.       — Аято, ты обнаглел уже в край есть ее раньше нас? — вскричал кто-то и спрыгнул к ним вниз.       Это был парень со светло-фиолетовыми волосами и довольно щуплой фигурой. В руках он держал плюшевого мишку.       — Заткнись, истеричка. Я должен ее наказать! — произнес он, а после обратился к Элинор: — Готовься ощутить боль.       Он наклонился и уже собрался укусить, но отпрянул от нее.       — Твоя кровь… так ужасно пахнет. Мне даже пить ее не хочется. Гадость какая-то, а не кровь.       Элинор удивилась, но встала и отряхнулась.       — Как и ожидалось. Низшая раса ни на что не способна, кроме как нападать на невинных людей.       Элинор усмехнулась, Аято же зарычал.       — Они… они и правда вампиры? — дрожа, подала голос Юи.       — Хах, несчастная Стервочка, — произнес красноволосый парень в шляпе-котелке. Он спрыгнул прямо к Юи, взял ее руку и поцеловал.       Юи задрожала еще больше.       — Ах, бедняжка. Ты так испугалась, да? Ох, а твоя кровь очень соблазнительно пахнет.       Он собрался укусить ее кисть, что, собственно, он и сделал.       — Райто, ты такой нетерпеливый, — проговорил мужчина с темно-фиолетовыми волосами, поправляя пальцами свои очки.       Юи завизжала от страха и боли. Она вообще не понимала, что происходит, кроме того, что ее кровь пьют. Она достала крест и приложила его ко лбу Райто.       Он отпрянул, смеясь. Послышались смешки от остальных к помещении, за исключением нескольких.       — Юи-тян, против этих вампиров не действует церковная атрибутика, — сказала Элинор мрачно, после чего добавила, обращаясь к остальным: — Как вы поняли, она ваша жертвенная невеста. Я не в праве запрещать пить ее кровь, однако все же попрошу не убивать ее, не насиловать и не избивать. Если прям невмоготу, и хочется помучить живую плоть, у вас есть я.       Юи упала в обморок, благо ее поймал Райто. Комори младшая не выдержала стольких странных событий, произошедших за последние несколько минут.       — Ничего себе, какое милосердие, какая жертвенность, какие любовь и сострадания! Как они уместились в тебе, Ведьмочка? — спросил Райто, обращаясь к Элинор. Она напряглась от такого обращения, хотя понимала, что получила это прозвище из-за своих рыжих волос.       — Хах? Серьезно? Ты либо не понимаешь, насколько мы можем быть жестокими, либо действительно так любишь свою сестру, что готова на такие глупые поступки, — произнес парень с темно-фиолетовыми волосами, поправляя очки.       — Скорее всего, ты просто ненормальная. Тедди, она ненормальная? — спросил юноша у плюшевого мишки.       — Два сапога — пара, Канато, — фыркнул пепельноволосый парень.       Канато удивился, пытаясь понять, что он имел в виду.       — Вы ошибаетесь, если думаете, что я не знаю о жестокости вампиров. Мне как раз это все хорошо известно. Также я понимаю, что моя сестрица не выдержит всего этого, да и к тому же, она росла в стерильных условиях. Я считаю своим долгом помочь ей, хотя я никогда не отличалась человеческим милосердием, — сказала Элинор, тщательно подбирая слова.       — Вот как… Что ж, будет интересно посмотреть, справишься ли ты со своим долгом или нет. Во всяком случае, мы готовы тебя принять.