Мистер Реддл

1963 г. Темноволосая девочка закусила губу усердно сдерживая слезы, которыми постепенно наполнялись ее большие серые глаза. Смотря на это растерянное хрупкое создание, трудно поверить, что это будущая беспощадная пожирательница смерти и самая преданная последовательница Темного Лорда. Беллатриса быстрым движением протерла глаза. Не хватало, чтобы мать увидела ее в таком состоянии. Девочка и так получила выговор от отца за неподобающее поведение в присутствии гостя. Молодой человек с тонкими чертами лица, впалыми щеками, черными волосами и холодными темными глазами заявился к ним в поздний час, когда улицы окутывала ночная тьма, а семейство Блэк готовилось ко сну. Беллатриса никогда не видела этого человека прежде. Отношение родителей к незнакомцу было наполнено глубоким уважением, сама же девочка посчитала его бестактной и высокомерной личностью, о чем поделилась с сестрами. Слишком громко поделилась. Гневный взгляд отца и жесткий приказ сидеть в комнате до завтрашнего вечера задели гордую, но ранимую душу девочки. Одиночество не заставило Беллу почувствовать раскаяние за грубые слова, наоборот только усилило неприязнь к ночному гостю. Тихий учтивый стук в дверь прервал ее мысленное бичевание незнакомца. Беллатриса обрадовалась, наверно, кто-то из сестер решил на свой страх и риск составить ей компанию. Смаргивая остатки слез, девочка быстро подскочила к двери и тихо, чтобы лишний шум не привлек внимание родителей, отворила. Визит ей нанесли, увы, не сестры; пламя свечей, висящих в коридоре канделябров, играло жуткими тенями на лице мужчины, из-за которого она понесла наказание. Желание закрыть дверь перед острым носом было велико, но Беллатриса подавила его и вымученно улыбнулась: — Вы, наверно, ошиблись дверью… — Нет. Я хотел поговорить с вами, мисс Блэк, — губы брюнета изогнулись в холодной любезной улыбке. — Хотите, чтобы я извинилась? — Беллатриса отвела глаза, плохо скрывая раздражение. — Было бы не лишним, — тихий вкрадчивый тон нес в себе глубокую угрозу, которую девочка почувствовала инстинктивно. — Извините, — буркнула старшая из сестер Блэк, надеясь, что ему этого будет достаточно. Мужчина неопределенно покачал головой. — Не впустишь меня? Не ожидавшая подобной просьбы Беллатриса замешкалась, не зная, что делать. Но похоже просьба была лишь формальностью, не дожидаясь разрешения, мужчина прошел в комнату, одним взглядом давая понять, что не в интересах девочки с ним спорить. — Кто вы? — смелости, хотя мать назвала бы это невоспитанностью, Беллатрисы можно позавидовать. — Друг вашей семьи, — глаза мужчины сузились; изучающий взгляд пробежался по нескладной фигуре девочки, остановился на костлявой руке, сжимающей слегка изогнутую волшебную палочку, и остановился на лице. Холодок пробежался по спине Беллатрисы и она поспешно отвела глаза. — Том Марволо Реддл. — по одному ему понятным причинам, волшебник назвал имя, от которого давно отказался. — Том Реддл… — повторила Беллатриса, прицениваясь к имени, иногда оно способно многое сказать о человеке. — Ты одаренная волшебница, — после короткой паузы произнес Том. — Думаю тебя ждет большое будущее. Беллатриса затаила дыхания, всегда приятно слышать похвалу, даже если она произнесена устами неприятного вам человека. — Сколько тебе лет? — Двенадцать, сэр, — кажется, неприязнь Беллатрисы медленно опускала свою змеиную голову. — Ты еще юна и неопытна, но насколько я слышал от твоих родителей, уже показываешь в школе результаты превосходящие твой возраст. Хорошо бы направить твои умения в правильное русло. Том быстрым движением достал палочку. Один взмах, и брекеты, безобразно (по мнению Беллатрисы) сковывающие ее челюсть, исчезли, оставив ровненькие, как на подбор, зубы. Девочка подбежала к зеркалу, не веря в свое счастье. Она до сих пор не понимала, почему нельзя было выровнять ее зубы магическим образом, не прибегая к столь томительному методу, но родители уверяли, что магия могла навредить еще растущим зубкам. Она хотела поблагодарить не такого уж противного незнакомца, но когда обернулась в комнате уже никого не было. *** 1965 г. Беллатриса вместе с младшими сестрами сидела в библиотеке. Между девочками разгорелась бурная дискуссия о месте полукровок в мире магов. Для воспитанниц чистокровной семьи было непреложной истиной, что такие как они - это свет и будущее магического мира, грязнокровки - отвратительная сторона волшебного сообщества; что же касалось полукровок, занимавших промежуточное место, тут мнения разделились. Нарцисса и Андромеда были склонны относиться к ним положительно, считая что разбавление чистой крови не столь ужасно и является необходимой потребностью, чтобы предупредить вымирание волшебников; Беллатриса настаивала, что полукровки ничуть не лучше грязнокровок, а с какой-то стороны даже хуже, ведь один из родителей полукровного волшебника - маггл. Ей претила мысль связывать свою жизнь с магглами, а рождение ребенка от кого-то столь убого брюнетка считала величайшей низостью для чистокровного волшебника. Неизвестно, как далеко зашел бы спор, если бы девочки не услышали хлопок входной двери. Андромеда взглянула на часы, ровно четыре часа пополудни: — Он пришел. Вот уже год каждую субботу месяца в четыре часа дня в поместье Блэков приходил неизвестный. Он был одет в черную длинную мантию, лицо его скрывал капюшон, по твердому баритону можно было предположить, что это молодой мужчина. Девочки не пересекались с ним, в часы его прибытия они либо отсутствовали, либо в приказном порядке сидели в своих комнатах. Юношеское любопытство требовало удовлетворения, но определенная робость перед родителями не позволяла сестрам узнать чуть больше информации о постоянном посетителе. Со временем интерес угас. Они просто считали визиты волшебника привычной обыденностью. Младшие сестры решили остаться в библиотеке, Беллатриса предпочла пойти в свою комнату, захватив фолиант в ветхой обложке по чарам и проклятиям, чтобы за его чтением скоротать время. Но ее планами не суждено было исполниться. Завернув в коридор, ведущий к деревянной лестнице с резными перилами, она пересеклась ни с кем иным, как с их постоянным гостем. В лоб Беллатрисы уперся конец волшебной палочки, обжигая кожу. Девочка не растерялась, подалась назад, выхватывая из кармана багряной мантии свою палочку, но всего через секунду оружие оказалась в руке мужчины. — Неплохая реакция, но этого недостаточно, чтобы остаться в живых при встрече с настоящим противником, — сказал волшебник, крутя в руке прочную и жесткую палочку из древесины грецкого ореха. Беллатриса всматривалась в бледное лицо, знакомые острые черты лица, тяжелый взгляд… Она вспомнила. — Том Реддл? — неуверенный шепот. Легкий кивок подтвердил догадку девочки. — Идем, — Том вернул палочку Беллатрисе и, аристократично развернувшись, направился дальше по коридору. Они зашли в ближайшую пустую комнату. Резкий взмах рукой и дверь захлопнулась, Беллатриса удивленно оглянулась. Реддл способен колдовать без палочки, каким же могуществом он обладает? — Тебе известны непростительные заклятия? — Том, сняв капюшон, выжидательно смотрел на Беллатрису. — Да, мистер Реддл. — Какое твое любимое? Том Реддл все больше поражал юную Блэк. Всем известны тьма непростительных заклятий и строжайшее наказание за их использование — заключение в Азкабане — ужаснейшее место, в котором можно лишиться рассудка. Девочка на минуту задумалась: может это вопрос с подвохом, может проверка от родителей? Одного взгляда в темные змеиные глаза было достаточно, чтобы развеять сомнения. Он не шутит. Перед ней стоит темный маг, и неизвестно насколько длинный кровавый след тянет к подолу его мантии. — Круциатус, — губы Беллатрисы дернулись в легкой усмешке. Да, заклятие причиняющее боль твоим врагам. Ужасную, мучительную боль. — Замечательно, — Том кивнул головой, одобряя ее выбор. — Нам нужен домовик. Как по приказу между ними появилось небольшое лысое существо с острыми крупными ушами, завернутое в чистую, но дырявую простыню. — Звали, сир? — кланяясь, раболепно спросил эльф. Беллатриса прожигала домовика взглядом. С каких пор он слушается посторонних людей? — Смотри, Беллатриса, — Том направил палочку на эльфа, плотно прижавшего уши к голове в ожидании чего-то ужасного. — Круцио. Домовик скрючился, схватившись за голову, глаза казалось вылезут из орбит, из них текли слезы, эльф повалился и начал кататься по полу, издавая душераздирающий вой. Легкий взмах и пытка прекратилась. Домовик лежал, сжавшись и тихо всхлипывая. — Твоя очередь, — не обращая внимание на побледневшее лицо Беллатрисы, приказным тоном сказал Реддл. Девочка неуверенно мотнула головой. Она слышала и читала об этом заклятии, но никогда еще не видела его применение в живую. Оно впечатляло ее... И пугало. — Не будешь? Снова это пробирающее до костей вязкое чувство страха, вкрадчивый голос темного мага нес в себе незримую угрозу. Девочка напряглась и медленно подняла руку, с силой стискивая волшебную палочку. Дрожит. Том медленно подошел к Беллатрисе и обвил длинными холодными пальцами ее кисть. — Увереннее, здесь нечего бояться. Со временем ты войдешь во вкус. Помни — сила заклятия напрямую связана с вложенными в него эмоциями. Белла кивнула, пытаясь представить, что жалкое существо перед ней злейший враг: — Кру-цио, — голос дрогнул. Домовой эльф дернулся пару раз. — Больше практики, — безэмоционально промолвил Том и, бросив на Беллатрису короткий взгляд, удалился. *** 1968 г. Конец августа. Толпы молодых волшебников и волшебниц и их родителей наводнили Косой переулок. Кроме семьи Блэк. Они привыкли заказывать необходимые им товары по совиной почте, чтобы лишний раз не пересекаться с вездесущими грязнокровками. Но не все в семье любили сидеть взаперти, и сестры Блэк покинули свое поместье, спеша появиться в Косом переулке прохладным летним утром. Нарцисса считала необходимым провести хоть один день каникул со своим будущим мужем, выбранным ей семьей - Люциусом Малфоем; Андромеда поспешно убежала по своим делам, стоило ей только очутиться на улице магов. Беллатриса, уже достигшая семнадцатилетнего возраста, направилась в лавку «Горбин и Беркс», испытывая неподдельный интерес (раньше родители запрещали ей бывать здесь) и желание приобрести какой-нибудь темный артефакт. Зайдя внутрь магазина, девушка жадно пробежалась глазами по выставленным товарам, задерживаясь на фигуре в черном плаще, стоявшей у прилавка. Еще посетитель. Наверняка, темная личность. Редко кто из светлодушных посещает место настолько пронизанное темной магией. Из комнатки за прилавком доносился тихий шорох, похоже, мистер Горбин искал там что-то по требованию покупателя. Беллатриса медленно прошла вглубь лавки, искоса поглядывая на незнакомца. Ее всегда тянуло к черным магам. Легкий поворот головы в сторону брюнетки, знакомый блеск холодных глаз. — Мисс Блэк, не ожидал встретить вас здесь, - знакомый елейный голос заставил сердце девушки пропустить удар. Это был ее несостоявшийся учитель темных искусств. — Я тоже, мистер Реддл. Беллатриса испытывала двоякие чувства, в одно время она была рада видеть мужчину, в другое — вспоминался восхищенный ужас испытываемый ею в редкие минуты их общения. Девушка отвернулась, разглядывая предметы на витрине, взгляд уцепился за золотой перстень с черным матовым камнем в окаймлении витиеватых завитков. В голове что-то щелкнуло. — Мистер Реддл, вы же не женаты? — сорвался непредсказуемый вопрос с губ девушки. Белла, ты, наверно, обезумела… — Нет, — спокойный ответ без угрожающего подтекста придал Беллатрисе смелости для продолжения диалога. — Завидую я вам, мистер Реддл. Мне бы тоже хотелось остаться свободной, не имеющей контроля мужа над своей жизнью. Традиционно девушек Блэк выдают замуж за представителя чистокровной семьи, не спрашивая мнения, — Беллатриса бросила настороженный взгляд на Тома. Он молчал, по лицу сложно было понять, о чем он думает. — Если бы я могла хотя бы сама выбирать… — У тебя есть кто-то на примете? — Том насмешливо изогнул бровь. Белла покраснела, а потом резко, откинув голову назад, расхохоталась. — Уж вам-то точно известно, кто это может быть. Реддл хмыкнул. Он хорошо умел читать людей, и чувства взбалмошной девчонки не были для него секретом. Однако, отвечать взаимностью он не спешил. За прилавок вернулся хозяин лавки, окидывая недоуменным взглядом странную парочку. Точнее, девчонку, смело стоявшую рядом с Темным Лордом и накручивающую прядь густых черных волос на палец. Горбин протянул Тому свиток, перевязанный темной лентой, и открыл было рот, чтобы что-то сказать, но не издал ни звука. — Пошли, Беллатриса, у меня есть, что тебе предложить, — Реддл направился к выходу, а Горбин провожал его выпученными от удивления глазами. Блэк, на секунду замешкавшись, поспешила следом. На затемненной улочке никого не было. Магия или совпадение? Но так или иначе их разговор останется строго конфиденциальным, Беллатриса была полностью в этом уверена. — Что ты думаешь о лорде Волан-де-Морте? — Том окинул ее немигающим взглядом. На мгновение растерявшись Беллатриса быстро взяла себя в руки. И криво, даже несколько безумно, улыбнувшись, вымолвила. — Я отношусь к нему с глубоким уважением. Его могущество и умения, его взгляды и ненависть к магглам и грязнокровкам… Я полностью разделяю их. Я бы с радостью сложила к ногам лорда Волан-де-Морта бесчисленную гору трупов тех, кто посмел воспротивиться его политике, — в голосе старшей Блэк сквозили нотки упоения. — Если бы я представил тебя Темному Лорду… Девушка прервала Тома, подойдя вплотную, крепко сжала в руках его мантию. — Я была бы безмерно благодарна вам, мистер Реддл, — бархатный голос и приглушенный смех прорезали тягучую тишину Лютного переулка.