Контроль

— Что это? Юу фыркнула, убирая от лица сидящего к ней спиной за столом в столовой Шинсо сертификат и прижимая его к своей груди. Её новое сокровище. Она добивалась этого долгое время, Команда Мечты работала над ним не покладая рук, и наконец это оказалось у них. Документ, по которому они имели право на свою разработку. Патент на изготовление Водородного двигателя. Назвать его вечным они не осмелились. Он работал на водороде, выделяя его из воздуха, однако доказать, что он будет работать вечно, не представлялось возможным. Однажды запасы водорода в атмосфере могут закончиться, и тогда двигатель остановится, поэтому хоть Водородный двигатель и являлся приближенным к Вечному, запатентовать его под таким названием было бы неразумно и рискованно. Так или иначе, годовой проект был сдан на «отлично». Мастер принял подобное изобретение как верный прототип. У него возник только один вопрос, на который ответить в Команде Мечты не смогли: «Где вы достали чертежи Расщепителя Молекул?» Сейчас Юу лишь нервно посмеивалась, вспоминая сдачу проекта. А тогда она едва не покраснела от стыда. Это ведь она начертила расщепитель и перестроила его! Нарисовала, пробравшись в кабинет факультета Общего Образования. Но рассказать об этом значило подставить Шинсо. Ведь без него она ни за что не попала бы туда. А подставлять молодого человека под удар девушка не собиралась. Поэтому вопрос оставался открытым, а напряжение у Кодзе никак не спадало. — Это патент на Двигатель, — ответила девушка, пряча сертификат в сумку. — Надо показать отцу. Ему явно понравится. — Значит, мучения над изобретениями закончены? — Усмехнулся Хитоши, поднимая глаза на девушку. Юу возмущённо сложила руки на груди: — Как это закончены? У меня новый проект! Я уже его начертила! — Она развернула свернутый в рулон лист темно-голубой чертежной бумаги. — Робот-уборщик. Мне нужна помощь с уборкой в комнате. — В комнате можно убраться и без робота, — хмыкнул парень, рассматривая чертёж. — Бесполезная трата сил и времени. — Вот нахал! — Изобретательница замахнулась, и… Опустила руку. Что спорить с ним, непосвященным в тайны разума учеников факультета Поддержки? Не объяснять же ему, что времени на уборку у них после целого утомительного дня, проведённого в окружении шурупов, шестеренок и электрических проводов совершенно не остаётся. — И все равно мой проект полезен для общества. — Она села рядом с Шинсо и обняла его за шею. — Значит имеет право на существование. Как и проекты Мей. Видел ее турборолики? — Даже видеть не хочу. — Хитоши закатил глаза, вспоминая самые безумные проекты Хатсуме и проводя параллель с её новым «малышом». — Это все твои новости? — Ну вообще-то… — Альбинос вздохнула и уткнулась носом в плечо парню. Были, конечно, и другие новости. Однако она не была уверена, стоило ли рассказывать их. Новости о том, что Корин благодаря механизму, который они с Мей собрали, встала на ноги, что она готовится к экзаменам в этом году и, не смотря на задержку в обучении в целый год, собирается поступать в ЮЭЙ на факультет общего образования. Мей говорила, что общалась с ней. Что дальнейшая цель Корин-стать выдающимся юристом, чтобы вытащить из тюрьмы одного дорогого ей человека. Юу не знала, кого именно Корин собирается вытаскивать, и Мей об этом не говорила, однако то, что девушка начала строить планы на будущее, успокаивало. Она собирается поступить в ЮЭЙ… Значит, они будут часто видеться следующие два года. Возможно, они наконец смогут друг с другом поговорить и понять собственные чувства. Это было вероятно. Учитывая, что Корин хочет пойти на этот шаг, заведомо зная, что в ЮЭЙ обучается Юу. — Нет, ничего. — Она мотнула головой, видя устремлённый на неё взгляд аметистовых глаз. — Это все. Сколько у нас ещё осталось? Шинсо посмотрел на часы: — Почти полчаса. А что? Кодзе вдруг загадочно улыбнулась, схватила парня за руку, вскочила и побежала вперёд. Пробежала по коридорам, по лестнице на самый верх, и вытащила парня на крышу. На крышу было запрещено подниматься ученикам, однако на выговор девушке было все равно. Она не собиралась делать ничего противозаконного или опасного. К тому же, именно это она готовила несколько дней подряд, и так и не была замечена системой охраны. Она отпустила ладонь Шинсо и подошла к краю крыши, на котором среди тонкого слоя не так давно выпавшего снега ровной шеренгой лежали бумажные журавлики. Журавликов было много. Всех цветов радуги, большие, маленькие, несколько десятков бумажных фигурок лежали, ожидая, когда придёт их хозяйка. — Что ты собираешься делать? — Вопрос Шинсо утонул в вое ветра. Здесь было слишком высоко, чтобы говорить тихо, однако повышать голос не хотелось. Кодзе не услышала его, присаживаясь на колени перед журавликами и беря одного в руки. Что-то блеснуло в солнечных лучах. Проволока? Леска? Хитоши не успел рассмотреть. Девушка повернулась к нему с лукавой улыбкой и произнесла одними губами, выпуская изо рта облачко пара, одно единственное слово. Парень едва смог различить то, что именно она сказала: — Смотри. И бумажные птицы одновременно взмыли в небеса, мгновенно окрасившиеся во все оттенки цветового спектра, как будто небо пропустили через большую призму. Юу подбежала к Хитоши и обняла его. Её кожа покрылась мурашками, а губы дрожали от холода. В школьной форме бегать по улице в середине зимы додуматься могла наверное только эта безбашенная девчонка. Хитоши и сам почувствовал, что замерзает. — Ты передала приказ им всем одновременно? — Спросил он, шепча ей на ухо. Она кивнула: — Проводником послужила проволока. Они все связаны, поэтому считаются за один предмет. — Кодзе улыбнулась. — Это моя благодарность. Если бы не ты, я всю жизнь бы боялась использовать свои способности. Я всегда думала, что использовать их никогда не смогу… — Она подняла голову. В серых глазах светилась радость. — Спасибо, что показал, что я контролирую их, а не наоборот. — Это звучит как прощание. — Шинсо усмехнулся, смотря на удаляющихся бумажных птиц, уже превратившихся в маленькие цветные точки на ясном голубом небе. Изобретательница нахмурилась: — Какое ещё прощание? — Она сложила руки на груди: — Ты выжил из ума? Я же сказала понятным языком, что это благодарность! Дурень. Она побежала к лестнице, по-детски дуя губы от обиды. Хитоши пошёл за ней, усмехаясь. Верно. Прощаться им было ещё рано. У них было ещё очень много времени для того, чтобы понять друг друга, и стать ещё ближе. Возможно, вся оставшаяся жизнь. Но это уже зависело только от них самих.