Мой голос

Ночь. Время, когда ночная мгла окутывает мир. То здесь, то там пульсируют мутно-коричневые точки. Сколько же в этом мире печали, боли, слез и горя? Я пыталась помочь людям избавить их мир от этой грязи — результат был одним и тем же. Сначала все было хорошо, но через некоторое время они опять начинали светиться этим противным цветом. В очередной раз проникнув в чью-то квартиру, я удивилась тому, что человек был совершенно безэмоциональный. Передо мной на полу, облокотившись спиной о стену, сидел самый обычный юноша. Луна хорошо освещала этого человека: его серо-голубые глаза неподвижно смотрели в окно, а плечи были опущены. «Что случилось?», — тихо спросила я, касаясь парня, но он этого все равно не почувствовал — в этом мире я стала лишь бледной тенью, а моё имя давно кануло в Лету. — Как же все мерзко! — внезапно сказал он, бессильно опустив голову. — Ну почему все люди такие лицемеры? Почему они всегда говорят гадости в спину, а в глаза улыбаются? В этот раз я ошиблась. Он не был расстроен какой-то бытовой проблемой. Он просто разочаровался в людях. Как и я. На его лице была смесь печали, раздражения и брезгливости. «Привыкай. Люди еще не раз разобьют сердце. Намеренно или случайно — это не важно.» — Действительно, — отозвался он, обреченно улыбнувшись. Он…слышит меня? Но это невозможно! Я могу успокаивать людей только одним способом — внушая им определенные эмоции или показываясь во снах! Так не может быть! — Я начинаю сходить с ума… Уже голоса начинаю слышать. «Ты меня слышишь?» — Слышу. Завтра в больницу пойду, — равнодушно отозвался парень. И теперь я могу с кем-то поговорить? Неужели это стало возможным? Но ведь сотни лет прошли с тех пор, как стала бесплотной… — Чего ты молчишь? Раз пришла, так говори уже. «Я не могу говорить. Сейчас ты слышишь меня мысленно. Скажи, видишь ли ты меня?» — Нет. Еще галлюцинаций не хватало, — мой собеседник хмыкнул и вновь откинулся на стену, хотя в комнате присутствовал и небольшой диван. «Жаль… В смысле, мне жаль то, что ты меня не видишь, а не то, что у тебя нет галлюцинаций», — моя речь становится все сбивчивее. Боги, как же я давно не разговаривала с кем-то! — Ты странная. Как тебя зовут? «Не знаю. Я забыла свое имя после смерти".  — Значит, я сам тебя назову. Будешь… Катей, нет, слишком простое имя, тебе не подходит. Сколько тебе лет, моя галлюцинация? «Около трехсот". — Оу, — удивился он, — значит, надо что-нибудь старинное или просто красивое. "Аврора", — спустя некоторое время, произнес мой новый … друг? «Спасибо"! — он дал мне имя… Эта мысль окрыляла. Теперь у меня есть свое настоящее имя! Но я ведь не знаю, как зовут его! «А как тебя зовут?» — Максим. Внезапно контур вокруг него перестал гореть моим самым нелюбимым бурым цветом. Постепенно сияние становилось насыщенно-зеленым. И я обрадовалась. Ведь зеленый, желтый и белый цвет означают, что человек счастлив. «Ты больше не расстроен!» — А толку расстраиваться? Ничего ведь не изменится. Больше не буду раскисать, — пообещал Максим. «Тогда мы можем больше не встретиться…» — хорошее настроение у меня испарилось. — Почему, Аврора? Кто ты? Почему мы не сможет увидеться? «Можешь считать меня духом. Я мертва, но не исчезла. У меня заплачены не все долги. Поэтому я и осталась в этом мире, чтобы помогать людям.» — Нет, феечка. Так не пойдет, — решительно произнес он. — Мы встретимся. И не раз. Ты моя личная галлюцинация, запомнила? Можешь сейчас идти куда хочешь, но я буду ждать тебя каждый вечер. И только попробуй не прийти! — серьезно произнес он. Я улыбнулась. Легко и непринужденно, чего не было уже давно. Посмотрев в его решительный, сверкающие, как сталь глаза я поняла, что вернусь. И не раз.